Джеффри вытаращил глаза и прирос к своему месту. Деймон же похлопал Кейт по спине, предложил ей воды, а потом свой носовой платок, чтобы вытереть внезапно выступившие слезы. С трудом восстановив дыхание, Кейт бросила на него выразительный взгляд.
В ответ он послал ей заговорщическую улыбку, потом наклонился и легонько поцеловал ее в губы.
— Тебе лучше? — заботливо осведомился он. Кейт задохнулась, ошеломленная и поцелуем, и тоном его голоса. Она не могла издать ни звука. Хорошенько откашлявшись, она сделала еще одну попытку:
— П-пожалуй. — Но взять себя в руки она так и не сумела. Как актриса она Деймону и в подметки не годилась. — Д-думаю, нам пора.
— Конечно, любимая. — Деймон поднялся с извиняющейся улыбкой и доверительно осведомил ее отца и Джеффри: — Нам не терпится остаться наедине. — И, понизив голос, спросил: — Понятно?
Джеффри стиснул зубы.
Помертвев, Кейт наступила Деймону на ногу. На сегодня достаточно, черт возьми!
— Спокойной ночи, папа. Приятно было познакомиться, — сказала она гостям. — Пока, Джеффри, — коротко кивнула она, пытаясь уйти из ресторана как можно быстрее, но Деймон задержал ее, прощаясь со всеми — начиная с японцев, кончая ее отцом.
— Очень приятно, что мы наконец-то встретились, мистер де Морней.
Юджин, казалось, придерживался другого мнения, но выдавил из себя ледяную улыбку и кивнул:
— Алексакис. — И после паузы: — Завтра я с тобой поговорю, Кэтрин.
— И как давно ты его знаешь?
— Недавно.
— Где ты с ним познакомилась?
— Я работаю у его сестры.
— Нянькой? — Юджин де Морней умудрился вложить в одно слово непомерную дозу отвращения и ужаса.
— Да, помогаю ей справляться с ее пятилетними близнецами.
Отец фыркнул.
— Я думал, ты управляющая агентством, Кейт. Только не говори, будто дела так плохи, что тебе приходится самой присматривать за детьми!
— Это личное одолжение, — ответила Кейт, что было близко к правде. — София не совсем здорова.
— Гм. И, надо полагать, однажды Деймон Алексакис увидел тебя и влюбился по уши? — Язвительный тон отца ясно дал понять Кейт, как он относится к этому.
— Ну, что-то вроде этого. — Если Кейт и чувствовала какую-то вину за вчерашнее, то сегодня, после его жестоких слов и злого голоса, она совсем не ощущала себя виноватой.
— Бред. Полный бред. Не могу поверить, чтобы моя дочь купилась на такую вещь. Неужели ты и вправду думаешь, что он влюблен в тебя, Кэтрин?
— А почему бы нет?
— Господи, Кейт, когда ты наконец повзрослеешь? Он хочет прибрать к рукам фирму де Морнеев, — разъяснил отец.
— У него есть собственная финансовая империя, в два раза больше твоей, так что ему не нужны капиталы де Морнеев, папа. — Она сказала чистую правду и порадовалась, что правда именно такова.
— Конечно, он в них не нуждается, — раздраженно сказал Юджин. — Но это не значит, что он не захочет прибрать их к рукам. Такие люди, как Деймон Алексакис, не довольствуются необходимым, Кэтрин. Они гребут под себя все. Я слышал, что он чертовски умен, но не думал, что он опустится до такой низости.
Кейт вскипела, услышав его последние слова.
— Почему тебе так трудно поверить в то, что кто-то может влюбиться в меня просто так?
Отец коротко засмеялся.