Мастаков. Грустный? Нет, я ничего.
Захаровна. Обедать пора!
Мастаков. Пора, так зови. На-ко вот денег, это чаевые каменщикам, Никите отдай. Идём, Таня.
Степаныч (около сторожки с ружьём в руках, напевает).
Захаровна. Ты что это среди бела дня с ружьём?
Степаныч. Боюсь — украдут. Тут всё тёмный какой-то шляется, про хозяина выспрашивает, кто он, откуда… *
Захаровна. А чего ему надо?
Степаныч. Не сказывает. Наверно — сыщик воровской, ворами подослан.
Захаровна. Ты с им зря-то не болтай!
Степаныч. Зачем? Я уж хозяину доложил про него.
Захаровна. Зови Харитоновых обедать.
Степаныч. Сами идут — вот они…
Харитонов (Павлу и Якову). Учитесь, как надо дела крутить.
Захаровна. Обедать пожалуйте, Яким Лукич!
Харитонов. Жалую. Вокруг его дела хороводом ходят, а у меня — то забастовка, то кредит на дыбы…
Яков. Ему полковница помогает!
Харитонов. Глупости! В делах баба — не помощница.
Павел. Обирает она его. Он ей на пасху серебра подарил на семь сот да на именины браслет с яхонтом.
Харитонов. А ты всё считаешь?.. Ишь ты!
Степаныч (подмигивая вслед им). Вынянчила ты волчонка.
Захаровна. И у родной матери не всегда дитя свято…
Степаныч. Бойкая ты у нас старушка, весёлая.
Захаровна. Я свои печали давно оплакала. Где ни поселюсь — веселюсь.
Павел (из калитки). Стёпка, вотчим где-то там счета оставил, ступай — найди!
Захаровна. Экой ты грубый! Какой он тебе Стёпка?
Павел. Убирайся к чорту, нянька!
Захаровна. У, дурачок. (Ушла в сад. Павел присел на скамью, закурил, прислушивается, глядя в кусты. Голос Софьи Марковны.)
Софья Марковна (за сценой). Не распрягай, я скоро. (Выходит из кустов, раздвигая их зонтиком. Ей за тридцать, одета просто, но кокетливо.) Вы мне, кажется, кулак показывали, да? Или — нос?
Павел (смущён). Вовсе я ничего не показывал!
Софья Марковна. Серьёзно?