Снег перед входом в пещеру совсем растаял от пламени, что изрыгал Дракон, и теперь перед ними была большая лужа, в которой плавали льдинки. Роуэн и Силач Джон скользили, падали, с трудом поднимались и бежали дальше.
Глаза Дракона горели красным светом, клубы дыма, пламени, словно от тысячи печей, вырывались у него из ноздрей и рта, обжигали храбрецам ноги, превращали лед в кипяток и горячий пар. Роуэн и Силач Джон катились, ползли, убегали по тающему льду, едва успевая уворачиваться от языков пламени.
И тут послышался какой-то хруст, и лед у них под ногами пошел трещинами. Лед, что образовался за много дней, пока Дракон был нездоров, теперь от жаркого пламени начал таять. Прохладная вкусная вода показалась над ледяной коркой и устремилась в подземное русло, через которое она когда-то текла с вершины Горы. Поток неожиданно подхватил Роуэна и Силача Джона и понес их, точно щепки. В одно мгновение они очутились под землей. Дракона больше не было видно. Но не было видно и неба. Вода тянула их за собой, и они не могли сопротивляться ей.
Вокруг были только темнота, гладкие, точно стеклянные, скалы, ледяная вода и оглушительный грохот. Роуэн схватил Силача Джона за руку. Он наконец понял, что случилось. Они открыли секрет потока. Вода все прибывала и увлекала их за собой. Они освободили ее из ледяного плена. Теперь она свободно потечет дальше, по длинному крутому руслу, по которому она всегда стекала с Горы. И она возьмет их с собой и понесет все ниже и ниже — прямо в Рин.
Вэл и Эллис проснулись перед рассветом оттого, что кто-то тихо стучался к ним на мельницу. Они открыли дверь и увидели грязных, оборванных Марли и Аллуна, которые от усталости еле держались на ногах. Брат и сестра провели их к себе, промыли им раны, напоили и накормили. Только после этого они выслушали рассказ о страшном пути назад — через топкое болото, затянутое туманом, Лес с пауками, скалы и крутые утесы — к подножию Горы. Все четверо озабоченно переглянулись, подумав о том, что могло произойти в пещерах, на самом верху Горы.
— Храбрый был Джон, — сказала наконец Вэл.
— Что ты хоронишь-то его?! — воскликнул Аллун, возмущенно оттолкнув свою чашку.
— Все равно это скоро случится, — упрямо продолжила Вэл. — Вместе с ним и Рин можно будет хоронить. Он на Горе совсем один. Что он там делает? А в живых он точно не останется.
— Он не один, — возразила Марли, — с ним Роуэн.
Вэл и Эллис посмотрели на нее как на сумасшедшую.
— Да на что Джону этот заморыш? — бросила Вэл. — Рядом с ним должен быть кто-то смелый, храбрый и…
— С ним было пятеро смелых и храбрых, — подняв голову и глядя Вэл прямо в глаза, ответил Аллун. — Ну и что? Где он и где они?
Марли закрыла лицо руками.
Наконец заговорил Эллис:
— Скоро рассветет. Надо пойти к Джиллер. Она сейчас должна быть с букшахами либо у озерца, либо на лугу. Придется рассказать ей, что случилось.
У всех четверых покинувших мельницу было тяжело на душе. Когда они добрались до пересохшего озера, небо на востоке стало розовато-золотистым. Джиллер, туго повязав голову платком, уже стояла там вместе с Аннад. Она смотрела на Гору, дрожа от ледяного ветра, потом обернулась и увидела их. Грусть на ее лице сменилась ужасом, и она вскрикнула:
— Аллун! Марли! Что случилось? Где Роуэн? Где Роуэн?
И в этот момент на Горе зарычал Дракон, и рев его пронесся по округе, точно раскаты грома.
Звездочка подняла голову и замычала, призывая Джиллер и Аннад. Девочка ее не услышала. Она обнимала за шею новорожденного теленка Зорьки и успокаивала его как могла, потому что тот весь задрожал, услышав рев Дракона. А Джиллер, под красными глазами которой залегли глубокие тени, застыла рядом с Аллуном и Марли. Она слышала только этот ужасный звук, раздававшийся с высокой Горы, и видела только отблески пламени в небе над облаками.
Вэл и Эллис молча стояли поодаль, рядом с ними были Бронден и другие жители Рина. Все прибежали сюда, потому что услышали знакомые раскаты.
Но вот повисла гнетущая тишина, и это оказалось еще страшнее.
На Звездочку никто не обращал внимания. Она отошла от пересохшего озера и двинулась вверх, по сухому руслу Реки. Она не знала, зачем ей это надо. Она только понимала, что обязательно должна идти, и идти быстрее. На ее пути оказался забор. Грудью Звездочка легко повалила его и пошла дальше. Она слышала голос Джиллер и еще чей-то голос, но не оглядывалась назад. Крики стали сильнее. И тогда, спотыкаясь о камни, она побежала.
— Звездочка! Стой! Куда? — кричали ей.
Звездочке показалось, что Джиллер заплакала, и она услышала, как за ней устремились несколько человек. Она побежала быстрее. Под ногами у нее бурело русло высохшей Реки. Копыта мяли комья земли, траву и цветы по бывшим берегам.
Впереди, на другой стороне Реки, стояла мельница — высокое каменное строение и большое деревянное колесо, которое молчало уже много дней.
Но вот… Звездочка повела ушами. Ей что-то послышалось. Сначала тихо, потом все громче и громче зашумела вода. Вода! Пересохшее горло Звездочки уже давно жаждало ее. И еще она услышала голос. Знакомый голос звал ее:
— Звездочка! Звездочка! Звездочка!
Она откликнулась и поспешила вперед, дальше по сухому руслу, на звук воды. Он шел со стороны мельницы, оттуда, где со скрипом закрутилось мельничное колесо. Вода, да какая вкусная! Звездочка широко раздула ноздри, вдыхая долгожданный запах. Еще не видя воды, Звездочка знала, что она дотекла уже до мельницы, а значит, вот-вот дотечет и до нее, а потом побежит дальше, в Рин.
Звездочка радостно встретила идущую на нее волну. Мотая головой, она двинулась ей навстречу, не обращая внимания на палки и камни, которые больно били ее по ногам, и борясь с желанием остановиться и как следует напиться воды. Она спешила к мельнице. И, громко замычав от счастья, добежала до нее и ткнулась прямо в ладонь мальчика, который держался за какую-то сваю.