— Дурак! Я Полли! — заорал попугай. — Убирайся!
— Купил за десятку в зоологическом магазине. Бьюсь об заклад, миссис Истмил не отличит его от своего обожаемого Робби! Расцветка точно такая же, я сличал с фотографией. Минерва для этой цели выпросила у миссис Истмил снимок. Я уже договорился с профессором Политом. За триста долларов он берется обучить эту птичку любому слову, которое знал Робби. Надеюсь, вы оставили у себя пленку?
— Триста долларов? Пожалуй, можно их сэкономить. Поставим клетку возле приемника и через неделю услышим любимое изречение Робби: «Гигиеническая туалетная бумага «Радость» гарантирует хорошее настроение!»
— Я и не подозревал, что вы так хорошо изучили психологию попугаев, инспектор. — Когда Дейли был в шутливом настроении, он называл Муна его прежним служебным титулом.
— Она ничем не отличается от психологии наших сограждан… Итак, вы считаете, что это выгодное дельце?
— Само собой разумеется. Чистый доход — тысяча минус десять.
— Сейчас вы увидите, как ваши девятьсот девяносто долларов вылетят в окно!
Выпущенный на свободу попугаи не думал улетать. Усевшись на подоконник, он закричал:
— Убирайся! Я Полли! Мун замахнулся.
— Я умный! Ты дурак! — прокричал на прощанье попугай и скрылся в мареве накаленной жарою улицы.
— Устами птицы вещает истина, — Дейли покачал головой. — Пожалуй, я еще заработаю на вас. Буду показывать за деньги публике. Национальная диковина! Честный человек! Вход — пятьдесят центов!
— Я по–прежнему убежден, что честность — самый выгодный капитал…
— … Сказал мистер Мун, объявляя о своем банкротстве, — съязвил Дейли.
— Уж лучше финансовое банкротство, чем моральное. Я вас предупреждаю: если Минерва еще раз вздумает использовать потусторонние силы для рекламирования нашего агентства…
— Должна ведь жена поддерживать фирму своего мужа!
Перепалку прервал телефонный звонок.
— Что такое? — шепотом спросил Дейли.
— Междугородний. Из Санариско!
Дейли уставился на телефон с видом верующего, молящего всевышнего о ниспослании чуда. Из трубки донесся бесстрастный голос:
— Говорит Брэдок. «Авиабрэдок». Прошу выяснить причину гибели «Золотой стрелы». Гонорар — десять тысяч. За вами выслан специальный самолет. Подробности сообщит моя секретарша. Передаю ей трубку. До свидания, мистер Мун!
— 2-
Санариско встретил легким туманом. По посадочной полосе бежали гигантские буквы: «Авиабрэдок». На аэродроме ждала черная машина, окаймленная золотой стрелой. Такая же стрела украшала фуражку шофера и блузку встречавшей их секретарши.
— Вам эта стрела очень идет. Как вас зовут? — Дейли начал атаку с ходу.
— Мэри Дануа, — девушка попыталась улыбнуться, но из этого ничего не получилось.
Причину Дейли понял через минуту, когда Мэри показала на огороженный канатом четырехугольник, возле которого маячила фигура полицейского. Невдалеке высился огромный рекламный щит Универсальной страховой компании: «Отправляясь в воздушное путешествие, не забудьте застраховать свою жизнь!» Судя по непросохшей краске, он появился только сегодня. Реклама шагала по свежим следам событий.
— Отсюда «Золотая стрела» отправилась в свой последний путь, — сообщила Мэри. — Утром я еще надеялась… Час тому назад передали, что поиски прекращены… Там была моя тетя…
Они въехали в город. На шпилях небоскребов висели клочья тумана, но поднимавшиеся в гору крутые улицы заливал солнечный свет, густой, как апельсиновый сок.
Где–то в порту ревели сирены океанских судов.
Остановились у гостиницы «Золотые ворота». Мэри взяла ключи у дежурного. Для Муна и Дейли были резервированы спальные комнаты, соединенные общим салоном. В ванных лежал полный комплект туалетных принадлежностей, начиная с зубной щетки и кончая электрической бритвой. На столе салона Мун увидел ящик с сигарами. Дейли обнаружил в холодильнике целую батарею бутылок.
Зазвонил телефон. Мэри взяла трубку.