— Позволь мне отвезти тебя домой, — снова сказал Бобби.
— Скажи, где я могу найти отца. — Мэгги взглянула на него. — Четырехлетний ребенок и мужчина с кровью на руках. Почему ты так уверен, что сделал правильный выбор?
Он промолчал, и Мэгги сказала:
— Уходи.
Миссис Гротка что-то пробормотала по-украински и подтянула концы шали, наброшенной ею на плечи Мэгги.
— Отец Бобби, может быть, лучше вы сейчас идти.
Мэгги услышала, как закрылась дверь, но головы не подняла. Бившая ее судорожная дрожь стихала, мозг снова заработал. Когда Бобби позвонил, желая убедиться, что она спокойно добралась до Порт-Вашингтона, было полчетвертого ночи. Он сказал, что поспит до рассвета, потом доставит письмо и вернется в свой дом. Сейчас одиннадцать. Значит, отец находится в двух часах езды от города. А возможно, и ближе.
Мэгги огляделась в поисках рюкзачка и сразу вспомнила, что оставила его в кабинете Патрелли. Она встала.
Миссис Гротка положила ей на плечо руку:
— Ждать, ждать. Ваш муж, он приходить за вами.
— О Боже, миссис Гротка, хорошо бы. Но его нет здесь.
— Да. Вчера утром. Сегодня, это утро. Он здесь. Ищет вас. Вы сейчас остаться, подождать его. Он найти вас здесь.
Мэгги, ошеломленная, уставилась на экономку:
— Сэм? Здесь был Сэм? Куда он ушел?
— Он проводить время с отцом Патрелли, потом уйти.
Мэгги сбросила с плеч шаль и вылетела из кухни. Ворвалась в кабинет Патрелли. Пусто. Выбежала на улицу. Деревянная дверь церкви была не заперта, Мэгги толкнула ее.
Внутри было тускло, холодно. Мэгги шла по нефу, и звук ее шагов отражался от каменных стен. Наконец она остановилась, глядя на коленопреклоненную фигуру.
— Почему ты не сказал, что здесь был мой муж?
Патрелли, вставая, стянул с пальцев четки:
— Прости. Я знал, что к отцу ты должна отправиться одна, и думал, тебе будет легче, если я скажу об этом потом.
— Где сейчас Сэм?
— Я не знаю.
— Ах, Бобби. Как ты мог?
— Андреа, я поклялся…
— К черту твои клятвы.
Она вышла из церкви. Бобби за ней не последовал.
Мэгги вернулась в дом священника. Сэм здесь, ищет ее, но ждать его она не может. Нет — потому что Джимми все еще в лапах у этого чудовища.
Она вернулась к прежним вопросам. Где отец? Кто может знать, где прячется Сальваторе Беллини?
И словно молния, прорезающая темное небо, явилась мысль: кто же еще, как не его земляк, paesano?
Дверь кабинета Патрелли стояла открытой. Мэгги вошла, взяла рюкзачок. И уже собиралась выйти, как вдруг на письменном столе зазвонил телефон. Сэм, подумала она, срывая трубку с аппарата.