— Ну и что с того? — возразил Элмонт. — В пятьдесят девятом тоже была комета, а вот заразы я что-то не припоминаю.
— Зато в том самом году была вспышка оспы в Ирландии, — заметил мистер Хэклетт.
— Они там случаются постоянно, — сказал Элмонт. — Каждый год.
Хантер ничего не сказал. Он вообще мало говорил во время ужина, оказавшегося таким же отчаянно скучным, как и все прочие подобные мероприятия у губернатора, на которых ему доводилось присутствовать. На некоторое время его заинтересовали новые лица — Мортон, капитан «Годспида», и Хэклетт, новый секретарь, туповатый худой хлыщ. В его жене, отличавшейся худощавостью и смуглостью, чувствовалась французская кровь, наряду с некой животной похотливостью.
Для Хантера самым интересным моментом за весь вечер было появление новой служанки, восхитительной белокурой юной девушки, время от времени заходившей в обеденный зал. Он пытался поймать ее взгляд. Хэклетт заметил этой неодобрительно уставился на капитана. Это был не первый его неодобрительный взгляд в адрес Хантера за нынешний вечер.
Когда девушка обошла стол, наполняя бокалы гостей, секретарь поинтересовался:
— Вам по вкусу служанки, мистер Хантер?
— Когда они хорошенькие, — небрежно ответил Хантер. — А вам кто по вкусу?
— Баранина превосходная, — пробормотал Хэклетт, густо покраснев и уставившись в тарелку.
Элмонт перевел разговор на плавание через Атлантику, только что совершенное его гостями. Капитан Мортон рассказал о настигшей их буре так взволнованно и подробно, словно он был первым в истории человеком, столкнувшимся с пенящейся водой. Хэклетт добавил к его повествованию несколько устрашающих деталей, а его жена призналась, что ей нездоровилось.
Хантеру делалось все скучнее. Он осушил бокал.
— Ну а затем, после этой ужасной бури, длившейся два дня, настало ясное, чудесное утро, — продолжал Мортон. — Видимость была превосходная, на много миль вокруг, с севера дул легкий ветерок. Но мы не знали, где находимся, ибо нас двое суток носило по волнам, завидели землю и направились к ней, надеясь там причалить.
«Ошибка, — подумал Хантер. — Видимо, этот Мортон чудовищно неопытен. В здешних водах ни одно английское судно никогда не подойдет к суше, не зная точно, кому именно эта земля принадлежит. Всегда существует вероятность, что ею владеют испанцы».
— Мы обошли вокруг этого маленького островка и, к нашему изумлению, увидели военный корабль, стоявший в гавани. У нас не было никаких сомнений в том, что он погонится за нами.
— И что же случилось? — без особого интереса спросил Хантер.
— Испанец остался стоять в гавани, — ответил Мортон и рассмеялся. — Я был бы не прочь завершить историю чем-нибудь более волнующим, но правда такова, что он за нами не погнался. Так и остался на месте.
— Но испанцы вас, конечно же, увидели? — уточнил Хантер уже более заинтересованно.
— Да, должны были. Мы шли под всеми парусами.
— А далеко ли вы были от берега?
— Милях в двух-трех, не больше. Понимаете, этого острова не оказалось на наших картах. Полагаю, он просто слишком мал для этого. Там не было ничего, кроме гавани и крепости на берегу. Должен признать, у нас возникло ощущение, что мы чудом избежали гибели.
Хантер медленно повернулся и взглянул на Элмонта. Тот внимательно смотрел на него, и на губах губернатора играла легкая улыбка.
— Этот эпизод вас удивил, капитан Хантер?
Чарльз повернулся обратно к Мортону.
— Вы говорите, на берегу была крепость?
— Да, и очень внушительная, я бы сказал.
— На северном берегу гавани или на южном?
— Позвольте-ка… на северном. А что?
— Как давно вы видели тот корабль? — спросил Хантер.
— Три-четыре дня назад. Скорее три. Как только мы определили свое местонахождение, так сразу же отправились в Порт-Ройял.
Хантер забарабанил пальцами по столу и задумчиво уставился на свой пустой бокал. Повисло молчание. Элмонт кашлянул.