Не теряя времени, Филатов осмотрел его карманы – там могли быть ключи от камеры или подвала, где томятся заложники. В кармане рубашки он нашел мобильный телефон, который также мог пригодиться. Сверив время в телефоне и на своих наручных часах, Филатов положил мобильник в свой карман.
– Эй, Олег, где ты! – неожиданно в тишине раздался хрипловатый мужской голос.
Филатов затаил дыхание – другой мужчина шел прямо на него. Это было тем более странно, что Филатов находился в тени и не мог быть видимым незнакомцу. Как бы там ни было, но мужчина лет сорока, спортивного телосложения, на первый взгляд трезвый, намерен был разыскать Олега. И через несколько секунд это ему удалось. Он не сразу разглядел в высокой траве храпящего подельника, но, споткнувшись о лежащее на земле тело, удержал равновесие, сделал, как ужаленный, шаг назад, а затем нагнулся над спящим.
– Снова нажрался, как свинья, и что мне теперь – сидеть с твоими хреновыми заложниками до утра? А ну, вставай! – спортивного вида мужичок легко приподнял худосочное тело Олега и встряхнул с большой силой.
Однако это не возымело никакого эффекта. Еще после двух таких экзекуций над пьяным телом Олега крепыш понял, что занимается бесполезным делом и, сплюнув в сердцах, отшвырнул его в сторону. Но через несколько секунд из темноты последовал бесшумный удар Филатова, так что бандит оказался рядом со своим подельником.
Филатов быстро осмотрел второго бандита, вывернул немногочисленные карманы и нашел пистолет. Эту «игрушку» он решил прихватить с собой. Но прежде чем двигаться, оттащил обоих подальше от аллеи.
«Значит, заложники здесь!» – у Филатова радостно забилось сердце. Он уже понимал, что сделал многое – он их нашел! Значит, не врал Армен, и он не зря решился на этот рискованный поступок.
Двери были приоткрыты, и в коридоре горел свет. Филатов аккуратно пнул их ногой и убедившись, что за ними никого нет, двинулся вперед.
Однако комната быстро закончилась, и в другой приоткрытой двери он увидел лестницу, круто спускавшуюся вниз.
Не мешкая, пропуская по нескольку ступенек за раз, Юра быстро оказался внизу. Чутье подсказывало, что он идет в правильном направлении.
Однако дверь, которая оказалась перед ним на этот раз, была заперта.
Юра долго перебирал ключи и никак не мог открыть железные двери. Ему казалось, что звук металла раздается по всему хозяйству Аганесяна и что через считанные секунды его накроет группа братков, так как сделать это было совсем несложно. «Вот тогда будет потеха! – с опаской подумал Филатов. – Шел освобождать заложников и сам оказался среди них». Только в этой ситуации с ним никто канителиться не будет – поставят к стенке и прощай! В этом случае смерть Филатова автоматически бы означала призыв к устранению сидельцев подвала.
С этими мыслями Юра еще более остервенело вставлял ключи, но, как назло, ни один не подходил к замку. На мгновение Филатов подумал, что, наверное, взял не ту связку, что, возможно, плохо обыскал братков. «И если это так, то что делать? Стоит ли снова подниматься наверх?» – с досадой размышлял Юра.
В этот момент он услышал наверху чужие голоса. Незнакомцев было двое или трое. Они вполголоса переговаривались у входа в подвальное помещение, и, казалось, не решались войти внутрь.
Филатов начал терять надежду, и вдруг двери неожиданно открылись. Сначала он не понял, что произошло. Просто обитая железом махина со скрипом поддалась и на секунду увлекла Юрия внутрь большого и темного помещения.
Филатов первоначально был ошарашен темнотой и, естественно, не мог ничего разглядеть в помещении с удушающим запахом пота, гари и медицинских веществ. Но после того, как зажженная им спичка рвано осветила помещение, Филатов ахнул.
Все, что он увидел, вполне могло сойти за фильм ужасов – по обеим сторонам серых, кирпичных стен в какой-то невероятной стойке, как застывшие мумии, висели два человеческих тела. Людьми их было трудно назвать – это были скорее манекены или коконы, они висели недвижно, и Филатову вначале показалось, что они мертвы, потому что пленники никак не отреагировали на открывающуюся дверь и зажженную спичку. Казалось, что свет жизни их долго не касался, а рубцы и кровоподтеки в неровном свете зажженных спичек, казались застарелыми свидетелями истязаний.
«Не успел!» – с нескрываемой горечью подумал Филатов и сразу же стал корить себя за нерасторопность.
В этот момент он зажег две спички. По изорванному женскому вечернему платью, длинным вьющимся волосам (лицо было не разглядеть из-за кровоподтеков и синяков) Филатов узнал в жертве женщину. Это, без сомнения, была Рита, дочь Ашота Он пощупал пульс на руке.
«Слава Богу! – отметил Юрий. – Она жива!»
Слева находился Барулин, стоя чуть ли не на коленях и вздрагивая каждые десять секунд.
Филатов с болью в сердце посмотрел на своего коллегу по работе, с которым был едва знаком. Что эти сволочи с ним сделали? Филатов мог только догадываться, какие муки перенес сослуживец.
Впрочем, сейчас нужно быстрее освободить Барулина. И Филатов так же ловко и бережно, как и Риту, начал освобождать заложника от веревки.
Но это занятие пришлось срочно прервать, так как стоящие наверху братки решили исследовать помещение. А один из них истошно закричал:
– Этот, падло, там, внизу, он за заложниками пришел!
Второй, более грубый, голос вторил предыдущему:
– Да че с ним лясы точить, давай шуганем туда лимонку!
– Какая, нахрен, лимонка, недотепа! Сейчас все разнесешь тут, а соседи ментов вызовут.
– Да не вызовут, – не унимался один из людей Аганесяна.
– А заложники?