— Нет.
— Вы так избиты! Что вы им сделали, что они так озверели? Я знала раньше, что они — дикие ребята, но я не думала, что они способны на такое зверство, мистер Браш.
Браш не ответил.
Куини заплакала.
— Я сказала им, чтобы они забирали свои вещи и уходили. Я сказала, что больше не желаю терпеть ихнего хулиганства в своем доме. Я сказала им, чтобы они немедленно убирались.
— Нет-нет, Куини. Не выгоняй их. Пусть они остаются. Я как-нибудь потом все тебе объясню. — Браш помолчал. — Они что, уже собрали вещи?
— Я им сказала, чтобы они убирались из моего дома, но не думаю, чтобы они очень торопились. Они только сказали, что скоро уйдут и запрут дверь. Но я позволю им остаться, если вы так хотите, мистер Браш. Сейчас такие тяжелые времена, что я не знаю, найду ли кого-нибудь еще. У миссис Кубински, что живет в соседнем подъезде, пустуют целых четыре комнаты с самого августа.
Слезы у нее на глазах уже высохли, и наконец она неуверенно улыбнулась.
— Я вам скажу, вы выглядите несколько забавно с этими заячьими ушами, мистер Браш. Я очень рада, что вы хорошо себя чувствуете.
— В этой больнице работает Луи?
— Да. Я видела его внизу, когда входила сюда. Должна вам сказать, он выглядит как-то непривычно в белых штанах и халате.
— Что он сказал?
— Ох… Только «привет» и больше ничего.
— Когда пойдешь обратно, Куини, скажи ему, чтобы подошел ко мне на минуту.
Они помолчали.
— Как поживает отец Пажиевски?
— Я вам расскажу, мистер Браш. Он снова выглядит хорошо. Забавно: вы так часто спрашиваете о нем, а он спрашивает о вас.
Браш в волнении приподнялся:
— Да? Он спрашивает обо мне?
— Да. Однажды я рассказала ему о вас немного, и он очень заинтересовался вами.
Браш снова лег и уставился в потолок.
— Его уже не беспокоят почки? — спросил он тихо.
— Врачи думают, что у него были желчные камни, которые растворились оттого, что он пил чай с иорданской водой. Миссис Крамер приберегала эту воду для крещения своих внуков, но, наверное, у нее не будет внуков, так что отец Пажиевски получил эту воду.
— Как-нибудь… скажи отцу Пажиевски… что я много о нем думаю.
— Хорошо, я скажу. Может, передать от вас открытку для кого-нибудь, мистер Браш?
— Нет, Куини… У меня никого нет.
Куини ушла. Через некоторое время по палате проходил Луи. Браш свистнул ему. Луи подошел к кровати и, наклонившись, прошептал ему на ухо:
— Извини, спешу. Что ты хотел?
— Присядь на минуту, Луи. Я хочу кое-что спросить.
— Ладно. Только побыстрее. Мне надо идти по делам.