— Мы повстречались в пути и решили идти вместе.
Воин рассказал о своей родословной и спросил о родословной Атала. Однако Атал не успел ответить: на улице показались наты. Они вели виновников переполоха.
Это были Пилли и Пота. Атал так и думал.
Когда наты очутились среди своих, Пилли, не поднимая головы, подмигнула матери. Лицо натини расцвело, но она тотчас же постаралась скрыть свою радость: это могло вызвать подозрения у окружающих их горожан и беженцев.
Желая избавиться от посторонних, натини сказала решительно:
— У нас есть всякие лекарства и снадобья. Не пройдёт и двух дней, как я вылечу их. Так что можете спокойно расходиться.
Толпа подалась назад. Однако уходить никто не собирался: всем не терпелось посмотреть на пострадавших.
Наты соорудили из лохмотьев навес с пологом и уложили раненых: с одной стороны — Поту, с другой — Пилли.
Атал сел рядом с Потой, Лакхи — с Пилли. Старшая натини смыла с пострадавших кровь. Ран и в помине не было. Но за пологом темно, разве рассмотришь что-нибудь?
Оставшись с Пилли наедине, Лакхи спросила ласково:
— Кто тебя ранил? Куда? И где ты пропадала столько времени?
Пилли улыбнулась.
— Это Пота ранен, а со мной ничего не случилось: просто его кровь попала мне на одежду.
— А куда ранен Пота?
— Да он не ранен, — призналась Пилли. — Он споткнулся о камень, и в бедро ему вонзился острый сухой шип. Только и всего. Но крови было много.
— А тюрки? Почему вы сказали, что они ранили вас?
— Пришлось схитрить: иначе нам не открыли бы ворота.
Лакхи засмеялась. Но Пилли жестом остановила её.
— Где же вы были всё это время? — спросила Лакхи.
— О рани, я всё объясню, только наберись терпенья.
Дел у Лакхи особых не было, и ей хотелось поскорей услышать о похождениях Пилли и Поты. Но Пилли так ничего и не сказала и, чтобы избежать дальнейших расспросов, сама стала спрашивать Лакхи:
— А вы как устроились?
— Сама видишь: место открытое, а дни стоят холодные. И всё же это лучше, чем вечно бродить по дорогам.
— О касте кто-нибудь спрашивал?
— Да. Атал ответил, что он гуджар.
— А о тебе что он сказал?
— Обо мне никто его не спрашивал. Однако беженцы, кажется, догадываются, что мы с Аталом из разных каст. Но Это не страшно: мы не одни, здесь много гуджаров.
— Откуда ты знаешь? Узнавала?
— Нет. Просто слышала, как один воин сказал об этом Аталу.
— А из твоей касты тоже кто-нибудь есть?