Кордон в облаках: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Офицеры роты тогда еще жили без семей, по-холостяцки. И только когда были построены финские домики, в высокогорном поселке появились женщины, а потом и дети.

Машина огибает нависшую над дорогой скалу. Молодой водитель солдат Джамал Вагидов — веселый добрый кавказец, в роте его все любят, зовут Жориком. Он жить не может без гор, без такой вот дьявольской езды по кручам и ущельям. Горы — это его стихия. Он всегда поет что-то свое, дагестанское, сидя за баранкой.

— У нас в Дагестане, где я раньше жил, есть повороты и покруче, — мастерски проведя машину над пропастью, говорит он, трогая усы-шнурочки, за которые ему часто попадает. «Нет, вы только ответьте, что это за джигит без усов?» — оправдывается он в такие минуты. И темные глаза его хитро улыбаются.

«Здесь еще тепло, — думает Тимчук, когда машина, наконец, спустилась с гор. — А у нас на Украине уже выпал первый снег…»

И он представляет, как по свежему, пахнущему арбузами снегу, с ранцами и сумками за спиной бегут в школу ученики его матери, кидаются снежками. А потом по протоптанной дорожке пройдет в валенках, повязанная теплым платком, и она, его мама. В одной руке, словно у ученицы, портфель с книгами, в другой стопка тетрадей. До полночи, наверное, проверяла.

Жалеет ли он, что судьба забросила его так далеко от дома — в пески и горы? Нисколько! Он ведь знал, на что шел, когда решил стать офицером. Давно решил, когда еще учился в школе.

— Жизнь офицера — жизнь на колесах, — говорила осторожно мать. Она хотела, чтобы сын знал, на что идет.

— Но ведь колеса — это и есть самая настоящая жизнь, — отвечал он ей с внутренней убежденностью. — Ты сама воспитала меня непоседой.

Да, Тимчук, еще живя дома, считал себя взрослым самостоятельным человеком. И, конечно, его собственные мысли и убеждения казались ему правильными. Наверно, отцы и матери в конце концов начинают недопонимать своих детей, которых манят далекие неизведанные дали. Может быть, это закономерно…

Сначала он уехал по комсомольской путевке работать на Макеевский металлургический завод, потом поступил в Вильнюсское радиотехническое училище.

Учиться было совсем нетрудно. Своим чувствовал он себя в курсантской семье. И радость и беду здесь делили на всех.

В училище он вступил в партию, познал законы крепкого войскового товарищества. Там судьба свела его с друзьями и единомышленниками: Эдиком Сыровым, Васей Комизом, Колей Коваленко. Как повзрослели они после училища…

…Взять хотя бы Эдика. В училище он был середнячком. Дисциплина «хромала у него на обе ноги». Про таких говорят: человек настроения. Никогда нельзя было сказать, как он поведет себя в следующую минуту. Некоторые думали, что он и женился по настроению. Но Тимчук так не думал. Скорее, это любовь с первого взгляда. Пишут же в книгах о такой любви. И он верил этим писателям. В жизни бывает по-разному.

Тимчук помнил, как Эдик уехал из роты. А спустя дня три или четыре заявился с тоненькой, как былинка, девушкой. «Познакомься, Витек, это моя жена». И лишь по биркам на чемодане товарищи узнали, что он прилетел из Баку.

Недавно у Сыровых родилась Наташа.

Комсомолец лейтенант Сыров теперь начальник радиолокационной станции. И в подчинении у него одни комсомольцы. Станцию так и называют — комсомольской. Эдик отлично ладит с людьми, хотя и бывает порой горяч. Он не боится трудностей, не боится черновой работы, и солдаты любят его за это.

…Василий Комиз тоже теперь командует станцией. Вася — молчун. У него все чувства глубоко спрятаны. О чем думает, не узнаешь. А работает хорошо. Без суеты. Любит технику. Недавно его приняли в партию.

Расчеты обеих станций соревнуются между собой. И не всегда легко бывает определить, чей коллектив работает лучше.

…Коля Коваленко, курсантский певец. С осени прошлого года работает оперативным дежурным части. Дело у него серьезное, ответственное. Ему приходится контролировать работу нескольких рот. Тимчук видится с ним в основном, когда спускается с гор, к сожалению, не очень часто, а вот по телефону они разговаривают почти каждый день. Обычные деловые разговоры. «Эх, если бы его направили к нам в замполиты, — думает Тимчук. — Мы бы с ним, конечно, сработались. Ведь сердце у него комиссарское. Надо будет непременно поговорить об этом в штабе».

Тимчук вспоминает, как начальник политотдела училища полковник Астахов предлагал Николаю после окончания училища остаться там, но Коваленко не остался, сказал, что хочет начать службу в войсках.

И на новом месте Коля, что называется, душа коллектива, увлекается общественной работой. Не случайно коммунисты батальона выбрали его секретарем своей партийной организации.

Ну, а что изменилось у самого Тимчука за три года учебы и два года работы?

Приехал он в высокогорную роту на должность заместителя командира по технической части. Это большая честь для молодого, только что окончившего училище офицера. Тимчук, конечно, понимал, что значит это доверие, понимал, что во что бы то ни стало нужно оправдать его.

Поначалу трудно было. Очень трудно. И чего душой кривить, если бы не старые офицеры, особенно командир роты капитан Топчиенко, то еще неизвестно, сумел ли бы он так быстро найти свое место.

Тимчуку вспоминаются тяжелые для роты дни. Нужно было срочно отправить в капитальный ремонт старые станции и заменить их новыми без ущерба для боевой работы. Сложность заключалась еще и в том, что рядом в это время не было командира. Его обязанности исполнял Тимчук. Ох, и пришлось же ему тогда попотеть. По трудным горным дорогам пробирались многотонные машины и прицепы с хрупким и очень дорогим оборудованием. Погода в те дни, как на зло, стояла дождливая, слякотная. Дороги раскисли и оползали. Малейшее неверное движение грозило аварией. В иных местах оборудование поддерживали веревками чуть ли не всей ротой.

Однако все обошлось хорошо. Задание выполнили.

«Почему же я должен сомневаться сейчас?» — думает он. И чтобы как-то подбодрить себя, начинает вспоминать историю: люди в семнадцать-двадцать лет командовали дивизиями. Их командующий генерал-лейтенант во время Отечественной войны в двадцать два года командовал дивизионом.

«Мы ведь сыновья своих отцов, — думает Тимчук. — Знаний как будто бы получили достаточно. Не гоже вроде бы пасовать перед жизнью, ждать чего-то, стоять на месте. Конечно, трудностей впереди будет хоть отбавляй. В роте чуть не половина солдат — новички, только что прибыли с призывных пунктов. С техникой, конечно, не знакомы. И офицеры теперь остаются все молодые, неопытные. Выше лейтенанта никого нет».

Тимчук усмехается: «Эко разнюнился. И не совестно? Ведь хоть и на отшибе живем, но всегда связаны с соседними частями и их командирами. Помогут! И в первую очередь поможет, конечно, майор Шамалюк. Ведь он ближе всех, если что — и приехать может. Утром сядет в машину, а в обед уже будет в роте. А опыт у него дай бог. В войну был разведчиком. Дошел до Берлина. Больше десяти лет служит в этом военном округе. Был и командиром взвода, и начальником ротного узла связи, и командиром роты. В каких только переплетах не приходилось ему бывать. Так что я не один».

Тимчук уже знал, что ответит командиру.