— Надо уметь делать что-нибудь одно, но хорошо, лучше всех.
— Тогда я не пилот, а пожалуй конструктор.
— Зачем же тебя так рано разбудили?
— Трудно объяснить.
Я не хотел рассказывать ей о том кто я.
— Может, пойдём по танцуем? Всё же…
— Я не люблю и не умею танцевать.
— А сколько тебе лет?
— Двадцать семь.
— О старичок, и не женат?
— Нет, не женат. И не планирую.
— А мне восемнадцать, точнее двести восемнадцать, я чудом попала в этот последний спасательный ковчег, когда началась война с насекомыми, точнее, когда мы её проиграли и готовились умереть.
— Я сюда, можно сказать, тоже только чудом попал.
— А ты кем был, до войны?
Я не много подумал и сказал.
— Инженером.
— Ты что-нибудь изобрёл?
— Да.
— Что?
— Много чего, разные вещи.
— Ну что например?
Я уклонился от ответа, но можно сказать соврал. Не рассказывать же ей, что почти все космические технологии, которыми сейчас пользуется человечество, были изобретены мной.
— Я участвовал в разработке крейсера Антарес.
— А что это за крейсер Антарес? Никогда не слышала.
— Это крейсер класса D, эсминец.
— Военный?
— Да военный.
— Кстати, мы до сих пор не познакомились, а как тебя зовут? Меня Ира.
Ира, это имя щемящей тоской отразилось в моём сердце. Это древнее имя, которое я некогда так любил, но жаль, что оно навсегда исчезло из истории нашего мира. Жаль, что её не воскресили вместе с Эфом и Викторией. Моя любимая.
— Что молчишь?