— Ты все очень хорошо сказала… — Он прочистил горло. — Я ужасно хочу тебя, Кори. Всегда хотел и буду хотеть.
— Именно в этом мне и нужно убедиться, — послышалось ее сдавленное признание.
— Разве я не говорил тебе раньше?
— Говорить недостаточно. Мне необходимо знать наверняка.
В ее голосе Коррей уловил нечто такое, что его удивило. Он приподнял ее голову и всмотрелся в глаза.
— Что именно тебе необходимо знать наверняка?
— Что ты по-прежнему будешь меня любить, даже после постели.
— Ну конечно, я…
— А еще я хочу знать, что и сама буду по-прежнему любить тебя.
Вот оно что: она думала о родителях, которым никогда не хватало одного партнера.
— Ты на них не похожа.
— Но мне нужно это знать! — крикнула она. — Неужели ты не понимаешь? Я не могу связать свою жизнь с тобой, пока не буду уверена.
С тихим стоном долго сдерживаемого желания Коррей приник к ее губам поцелуем, говорившим о любви и страсти так, как не сказали бы никакие слова. Оторвавшись от нее, он, опустил на нее тот самый взгляд, о котором она мечтала, но в нем сквозила и осторожность.
— Сначала можно прогуляться, а уж потом вернуться сюда.
Коринна отрицательно покачала головой.
— Закажем бутылку шампанского…
— Нет, — шепнула она. — Я хочу сейчас.
Он снова застонал и, крепко обняв, повел ее к одной из спален — той, что была больше. Коринна едва заметно вздрагивала.
— Ты боишься?
— Немножко.
— Я тоже.
— Но ты же и раньше занимался этим.
— Но никогда — с любимой женщиной.
Они остановились у самой кровати. Он отпустил ее, чтобы сбросить покрывало.
— А я никогда и ни с кем этим раньше не занималась.
Обернувшись, он увидел, что она в тревоге ломает сцепленные пальцы рук.
— Я знаю. — Одарив ее нежной улыбкой, он взял ее ладони в свои. — И это одна из причин, которые делают тебя такой особенной.
— Но я хочу знать, что происходит.
— Значит, я расскажу тебе. Согласна?
Она кивнула.