Ладимир искоса посмотрел на Далибора, потом на меня и легонько тронул за локоть.
- Ехали мы к вам, - мгновенно поняла его, - И видели семью одну. Баба совсем обезумела. Говорит, дочку ее, девчонку молодую, увели. На вас, дурная, грешила. Мы с братом так им и ответили, мол, где ж то видано, чтоб княжьи люди девок крали.
Воины внимательно смотрели на меня. Лица их вдруг напряженными стали. Того и гляди прогонят.
- Говорила еще та баба, будто видела, как вы с ее дочкой у лавки любезничали, - знай, продолжаю, - Да разве ж после такого уводят? Нееет, говорю ей, не о том ты, не о том.
Тут Новак, самый молодой из витязей, оглянулся на соратников и громко спросил:
- Не та ли это девица, которой мы ленту купили?
- Была такая, - согласился Данко, его товарищ. - Так она с нами постояла и к какому-то молодцу, что мукой торговал, пошла.
- Какой молодец? - переспросил Ладимир.
- Ну, дюжий такой, в домотканой рубахе и чуб у него...
- Постой, Данко, - сделал знак рукой Далибор. - Ты зачем спрашиваешь, Ладимир?
Ведун тут же состроил важное лицо и серьезно ответил:
- Найти ее хочу. Помочь добрым людям нужно.
- Просили тебя?
- А хоть бы и не просили. Любой, у кого дар есть, помогать обязан.
Далибор сухо усмехнулся и, положив широкую ладонь на стол, поднялся.
- Тогда мы, княжьи люди, подавно обязаны. Кончай пировать, хлопцы. Идем девку искать.
- С вестями с южных границ мы ехали, обозы никакие не сопровождали, - объяснил Далибор. - Потому не знаем, откуда тот молодец, что девку вашу увел.
Румяна всхлипнула и сдавленно запричитала, но вслух кричать не решилась - княжьи люди ведь не простые попутчики. Их даже эта сварливая баба сторонится.
- Так что же делать мне, батюшка? - взмолилась она, схватив Далибора за руку.
Витязь сдвинул брови и оглянулся.
- Данко!
Кудрявый парень вышел вперед.
- Отвечай, где того мельника видел и каков он.
Данко почесал затылок, припоминая недавние события.
- Здоровый такой, повыше меня на голову будет. Волосы темные да чуб набок зачесан.
- Ну так мы половину деревни схватить можем! - возмутилась Румяна.
- Еще кобыла у него была рыжая, навроде тебя, чародейка.
Ладимир усмехнулся, я откинула за плечо косу и обиженно засопела. Ишь чего удумал - с кобылой меня сравнить!
- Хороша же память у княжьего витязя, - сказала ему. - Кобылу так запомнил, а девицу и не приметил.
Послышались смешки витязей. Я довольно выпрямилась и уперла руки в бока.