Девятый круг: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Какой кретин! — вспыхнула Роса, стукнув парня по плечу. — Как ты поможешь?

— Давид раздобыл очень важные для расследования факты, — поспешил вмешаться Себаштиану. Юноша с обидой покосился на подругу. — Более того, твой интернет-поиск магазинов, где торгуют контрабандными газовыми баллончиками, тоже принес хорошие результаты. Учитывая твой КПД, я без колебаний обращусь к тебе, если мне потребуется информация, — пообещал Португалец.

Ребята ушли, и Себаштиану услышал, как на лестничной площадке Давид набросился на подружку с упреками. «Ты зануда», — сказал он ей. «Ага, но ты меня любишь», — ответила она. У профессора сложилось впечатление, будто девушка вертит Давидом как хочет и намного его взрослее. Парень крепко сидел на крючке.

Себаштиану вернулся в гостиную и продолжил знакомство с отчетами судмедэкспертов. Затем он позвонил дону Клаудио.

— Мне нужно у вас уточнить некоторые факты. Вы знали, что Хуан был пациентом доктора Эмилиано дель Кампо?

— Конечно. Эмилиано — наш близкий друг, и он лично побеспокоился о моем сыне. Что-то не так?

— Нет. Меня только удивило, что доктор скрыл от нас эти сведения.

— Понимаю, — промолвил дон Клаудио. В его голосе сквозила печаль. — Мой сын пытался противостоять болезни, словно она была ниспосланным ему испытанием. Он попросил меня связать его с Эмилиано, но на встречу решил идти один. Хуан обладал множеством недостатков, но в тяжелые минуты проявлял большое мужество и самообладание. И он, наверное, не хотел огласки, поскольку думал, что руководство в НРЦ вряд ли посмотрит сквозь пальцы на его… — он запнулся, подбирая более мягкое выражение, — состояние. Это важно для следствия?

— Не знаю, дон Клаудио. Любые факты имеют значение.

Они еще немного поговорили, и Португалец повесил трубку, расстроенный, что очень многие, оказывается, были в курсе дела, в то время как до него столь деликатная информация дошла с опозданием.

Через полчаса профессор встречал гостей. Поздоровавшись, друзья сразу направились в гостиную вслед за Себаштиану. Беатрис тащила, прижимая к груди, картонную коробку, набитую папками и бумагами. Судя потому, как молодая женщина наклонялась назад, чтобы сохранить равновесие, коробка была очень тяжелой, однако дама не отдала ценную поклажу Себаштиану, когда тот предложил помощь. Морантес здоровой рукой держал блюдо с Майорки неким и пирожками.

— Вкусные, — сообщил он, отдавая Португальцу блюдо. — Пирожки — это идея Беа.

— Неужели? Как кстати.

В гостиной два кресла и бежевый диван располагались вокруг стеклянного стола, где, как на витрине, лежали самоцветы, переливаясь радужными оттенками. Среди камней выделялся один: ярко-синий, почти что цвета электрик, покрытый небольшими наростами, он был величиной с помёло средних размеров и весил целый кинтал.[52] Из этой комнаты полукруглый арочный проем вел в столовую, все пространство которой практически полностью занимали громадный стол красного дерева и восемь английских стульев. Себаштиану предполагал, что их английское происхождение явилось следствием пылкого увлечения матери викторианской мебелью; впрочем, она восхищалась любым куском дерева, привезенным с Британских островов. После переезда в Мадрид мать стала владелицей одного из первых антикварных магазинчиков на улице Листа в квартале Саламанка. Себаштиану смутно помнил историю приобретения лавки меньше чем за миллион песет: чем дальше, тем больше предание обрастало мелкими подробностями, и ему с трудом удавалось уследить за всеми хитросплетениями сюжета. Он так и не узнал, по какой причине мать вдруг продала магазин, отказавшись от процветающего предприятия — маленького подвальчика, полного грез.

У стола с фланга стоял массивный старинный комод, где обычно хранилось столовое белье. Дальнюю стену закрывал гобелен, родной брат того, что красовался в прихожей (безупречные римляне в сандалиях, тощие собаки и виноград), там же находилась и пара полок с серебром, потемневшим от времени, несмотря на старания дочери Бенито.

Накрыв стол красного дерева скатертью, Себаштиану попросил Беатрис поставить коробку с краю, рядом с его ноутбуком и стопкой тетрадей, купленных утром. Беатрис осторожно опустила коробку на стол и правой рукой поправила непослушную прядь, выбившуюся из косички. Молодая женщина была почти без макияжа и одета в удобные джинсы.

— Беа в курсе утренних событий, — заметил Морантес, подразумевая информацию, полученную в магазине в Хетафе.

— Я отдала приказ о задержании этого Како, — сказала Беатрис. — Зная кличку и учитывая его прежние судимости за употребление наркоты, найти его досье в нашей компьютерной базе оказалось нетрудно. Он действительно сейчас в Марокко. Его выезд зарегистрирован на таможне. Как только он ступит на испанскую территорию, мы возьмем его за шкирку и притащим в Мадрид.

Себаштиану кивнул и сказал:

— Мне уже приходило в голову раньше, что убийца, возможно, врач. Похоже, так считает и наш Како. Если гипотеза подтвердится, мы однозначно продвинемся вперед в расследовании. С другой стороны, нас могут заманивать в тупик с помощью ложных улик. Соответствует, — он сделал небольшую паузу и продолжил не без ехидства, — портрету вашего таинственного подозреваемого?

— Боюсь, что нет.

Беатрис сняла пиджак, оставшись в броском облегающем бордовом свитерке, явно предназначенном для того, чтобы доводить мужчин до инфаркта, и начала выгружать содержимое из коробки. Морантес уселся справа от младшего инспектора, а Себаштиану прислонился к громоздкому комоду с ящиками, занимавшему левую стену в столовой.

— Как я тебе говорила, — начала Беатрис, — существует некто, у кого есть все основания ненавидеть Мартинеса, но, к несчастью, он не может быть тем серийным убийцей, которого мы ищем. Одним словом, я оказалась в затруднении. Позволь, я расскажу, как Мартинес провел предпоследний вечер своей жизни. За день до смерти наш толстяк адвокат организовал фуршет у себя дома, пригласив теплую компанию сослуживцев: директоров и адвокатов фирмы, консультантов, секретаршу, парня из технического бюро и так далее. Мартинес пользовался любым предлогом, чтобы закатить вечеринку. Всего прием почтили присутствием восемнадцать человек, в том числе и некий тип по имени Хакобо Рос.

Пуэрто покопалась в своей картотеке и вытащила тоненькую голубую папку. Открыв ее, Беатрис зачитала следующую характеристику:

— Хакобо Рос, двадцать девять лет, делопроизводитель из команды Хулио Мартинеса. Бросил изучать адвокатуру на первом курсе и фактически работает или работал мальчиком на побегушках в отделе несчастного покойника: приводил в порядок архивы, помогал понемногу мэтрам на стадии предварительного расследования, рассылал извещения. Рос, не обладая выдающимися способностями, попал в известную адвокатскую контору по протекции (чей-то влиятельный папа был в долгу у другого влиятельного папы и так далее) и выполнял несущественные поручения. Примечательной чертой Роса, на которую нельзя не обратить внимания, поскольку она вписывается в общую картину как по заказу, является его избыточный вес: он весит сто пятьдесят килограммов, и писаным красавцем его точно не назовешь.

Беатрис продолжила, сверившись с записями:

— В юности он женился на землячке, недавно развелся, детей в браке не было. На самом деле жена его бросила — будто бы он не удовлетворял ее сексуально, чем лично я нисколько не удивлена, учитывая все вышеизложенное.

Беатрис перевела дух и ринулась дальше:

— Коллеги сообщили нам, что он терпеть не мог Мартинеса, и сей факт подтвердил судебный врач, психолог, беседовавший с Росом. По свидетельству врача. Рос страдает тяжелой формой паранойи, нашедшей выражение в лютой ненависти к шефу. Со временем направленная злоба достигла таких масштабов, что буквально сделалась смыслом его существования. Мартинес был живым примером того, кем Росу стать не светило: обаятельного, успешного, богатого баловня судьбы. К тому же Мартинес прослыл ловеласом, хотя оба они отличались непомерной тучностью. Вспомните, что Мартинес по классификации Данте — чревоугодник, но он был чревоугодником респектабельным, общительным и состоятельным, что привлекает определенный тип женщин. Идем далее: поводом для празднования послужило успешное завершение особо выгодной сделки, и Мартинес не поскупился на выпивку, угощая своих гостей. Лучшие вина, текила, виски — всего вволю и в свой черед. Мартинес имел основания радоваться: как лицу, ответственному за выполнение контракта, ему полагался сладкий кусок в виде комиссионных по итогам сделки. Но адвокат допустил непростительную оплошность, в конечном счете ставшую причиной его смерти. Он забавы ради выставил Роса посмешищем перед сослуживцами. По рассказам свидетелей, Мартинес жестоко высмеял подчиненного, что тому совсем не понравилось.

Себаштиану следил за повествованием, не понимая, к чему клонит Беатрис: Рос — серийный убийца? Невозможно.

[52] Мера веса. 1 кинтал = 46 кг.