— Джеймс, ты говоришь ерунду.
— Но так думает большинство.
— Да уж конечно! Короче — я против. Сейчас же идем к Леверу!
— У тебя не то положение, Алекс, — мягко вмешался Сантана.
— Послушайте, мистер Стордал, — снова заговорил Уолтерс, — вы не совсем в курсе. Мы еще на прошлой неделе все решили с боссом, и он — за, на все сто процентов. Мы достигли компромисса.
— Впервые это слышу, — сказал Стордал, теряя уверенность.
— Но вас же не было здесь! Мы договорились о том, что аморфы будут работать в частных хозяйствах, а также на Компанию, причем бесплатно. Принимая во внимание экономию средств, которую это принесет, мистер Хедерингтон решил строить завод здесь, в Элис.
— Что?!
— Да, вот так. И все довольны этим решением. Городок останется на своем месте, мы сохраним личные домики и никому не придется уезжать. Если вы начнете все ломать, то ничего не добьетесь. Только вызовете недовольство. Вспомните, как мы все нервничали месяц назад, когда речь шла о будущем колонии. А теперь оно в наших руках. И мы его не отдадим.
— Алекс, их можно понять, — заметил Сантана, — они все так далеко от родного дома, от Земли. Они хотят хоть какой-то стабильности.
— Еще во время собрания Бригс что-то говорил о болезни, он вроде бы проник в саму суть. Если болезнь можно победить, если есть способ восстановить растительность, тогда исчезнет необходимость сгонять аморфов в купола, как скот. Не будет удобного предлога. Знаешь, чего я боюсь, Эйвио? Что начнется беспредел. Если можно не платить аморфам за их труд, значит можно все. Сейчас мы якобы обращаем аморфов в людей, чтобы они не умерли с голоду. Они бы и так не умерли — растения погибли на части территории, насколько мы знаем, а планета огромна. Это повод для того, чтобы сгонять на работу аморфов со всей Мэрилин. Раз уж смирились с беззаконием, значит оно расцветет повсюду.
— Слишком мрачным ты видишь наше будущее, — Сантана улыбнулся, — мол, люди утонут задницами в мягких креслах, а тысячи аморфов будут их обслуживать. Так?
— Честно говоря, да.
— За этот месяц ты стал пессимистом.
— Нет, реалистом. Как бы там ни было, надо поговорить с Бригсом. Может, я зря кипячусь? А вдруг он знает причину болезни и ее можно победить?
— Если этого захотят, — скептически заметил Сантана.
Наклонившись над столом в своей крошечной лаборатории, Бригс что-то внимательно разглядывал, Услышав шаги, он тут же выпрямился:
— Входите.
«Какая перемена, — подумал Стордал, — месяц назад он заставил бы околачиваться у порога».
— Ну что ж, выкладывай. Мы приготовились к худшему. Излечима ли эта болезнь?
— Излечима. Вопрос в другом — сможем ли мы ее вылечить? — Бригс говорил со странной горечью, мягко и устало, без малейшего апломба прежних дней.
— А что ее вызывает?
— Вызываем ее в основном мы, люди. Мы укрепили пески в пустыне лишайником Уилтона. Я должен был предвидеть, чем это кончится. Этим проклятым лишайником мы убиваем любую флору в нашей местности, а это значит, что все животные вымирают, включая аморфов в натуральном виде.
— Но лишайник — в пустыне, а растения гибнут здесь, на равнине.
— Сейчас объясню. Вы знаете, какую форму здесь имеют листья — форму чашечек, повернутых кверху. Они собирают дождевую воду, которая затем спускается вниз, по стеблю, и через корни уходит в почву. Неоформленный аморф впитывает влагу кожей, а иногда отращивает специальные трубки, увенчанные подобием чашечки.
Червь-слон, — продолжал Бригс, — собирает влагу таким же путем: он берет ее из корней чашелистника или, что реже, из так называемых блюдечек. Он впитывает кожей воду, которая собирается на дне его тоннелей. Важно то, что все эти растения и животные зависят от влаги, падающей с неба. А в нашу сторону, как правило, после обеда дует сильный ветер из пустыни. Он приносит песок, мельчайшие частички минеральных веществ, которые висят в воздухе до тех пор, пока их не прибьет утренний ливень. Минералы, железо и прочие вещества абсолютно необходимы животным и растениям планеты. Они собираются в чашечках, а потом поступают в почву с дождевой водой.
— А теперь мы накрепко привязали песок к пустыне, — мрачно резюмировал Стордал.
Бригс кивнул и продолжал:
— Растения, неоформленные аморфы, черви-слоны начнут умирать от того, что их организм не получает нужных минеральных веществ. Спустя какое-то время и ящеры начнут голодать и гибнуть. Вскоре на этой планете не останется ни одного местного вида, только люди, посеянные людьми земные злаки, а также принявшие вид людей аморфы.
Все молчали под впечатлением сказанного.