— Билл, возьми с собой Джоан и наведи порядок в моей хижине. Быстро!
Миллиардер повернулся, на лице его снова заиграла холодная усмешка.
— Делая свои приготовления, Стордал, — сказал он, — учтите, что со мной приехала жена. Да-да, Мэрилин.
Миссис Хедерингтон намеренно появилась чуть позже: это было прибытие кинозвезды. Она шла по трапу, покачивая бедрами, а солнце осветило ее золотые волосы как раз так, как ей было нужно: создавалось впечатление нимба, обрамлявшего прекрасное лицо. Поравнявшись со Стордалом, она взглянула ему прямо в глаза.
— Здравствуйте, Алекс.
— Очень рад видеть вас, миссис Хедерингтон, — он вдруг ощутил странную дрожь в коленках.
Она улыбнулась и кивнула каждому из встречающих, потом, прикрыв глаза ладонью, осмотрелась.
— Мне так хотелось здесь побывать. Красивая планета, правда, Алекс? Видимо, муж сделал мне комплимент, назвав ее моим именем.
Стордал молча улыбнулся; вопрос не требовал ответа.
— Вы должны мне все здесь показать.
Безрукого магната пересаживали в машину. Глядя на это, Стордал вспоминал слова секретарши Хедерингтона, сказанные когда-то:
— Мистер Хедерингтон потерял руки много лет назад, он об этом не любит ни говорить, ни слышать. Мало того, что руки ампутированы — теперь ноги тоже под угрозой. Ходить он не может, но довольно хорошо управляет креслом с помощью педалей. В подлокотники кресла вделано огнестрельное оружие, которым он пользуется тоже с помощью ног. Все это довольно страшно. Он такой динамичный человек, ему будет ненавистна полная зависимость от других. — В голосе секретарши звучала искренняя жалость.
Миллиардера благополучно доставили в домик Стордала. Джоан и Билл совершили чудо, наведя в нем блеск за полчаса.
Хедерингтон огляделся, вбирая взглядом все — бревенчатые стены, кустарную мебель, домашнюю утварь, выданную Компанией.
— Неплохо, — заметил он. — Совсем неплохо. И что же, этот домик, да и все другие, построили в свободное время? — Испытующий взгляд пронзил Стордала насквозь.
— Конечно. С помощью бригады аморфов такую работу можно делать быстро.
— Могу себе представить. Я думаю, что ваши люди, поменяв наши купола на эти уютные домики, чувствуют себя довольно самостоятельными. И говорят об этом.
— Такие разговоры ходят, — ответил Стордал осторожно.
— Надеюсь, вы их успешно пресекли? Слава Богу, что меня не встретила демонстрация протеста. Хотя я ожидал даже бунта. Я всегда готов к бунту и, как правило, его получаю.
Ну, хорошо, сейчас у вас, слава Богу, все в порядке, — продолжал магнат. — Я думаю, аморфы вам сильно облегчают задачу. Скажите, Стордал, каков юридический статус аморфа? — В голосе его неожиданно прозвучал сарказм.
— Это трудный вопрос, — ответил Стордал. — Только что поступив в колонию, они не имеют статуса. Мы позволяем людям привлекать их к работе на стройке, в домашнем хозяйстве. Характер и внешность аморфа все время меняются, потом каждый останавливается на каком-то образе и живете определенном коллективе. На такую «стабилизацию» мы даем им три месяца, после чего вносим в официальный список членов колонии.
— А что это значит?
— Ну… я думаю, это значит, что мы считаем каждого личностью.
— Вы им платите?
— Конечно, нет. Зачем им деньги? Питание и жилье достаются им бесплатно.
Хедерингтон усмехнулся.
— А вам не кажется, что это отдает рабством? — спросил он.
Стордал не нашел, что ответить.
— Не смущайтесь, — сказал магнат. — Я просто играю словами. Но когда вам придется трудно, вспомните это.
В этот момент в комнате появилась Мэрилин Хедерингтон. Она тихо села напротив мужчин, потягивая вино из бокала. Одетая в строгое зеленое платье, закрывающее шею до самого подбородка, она не вмешивалась в разговор. Стордал взглянул на нее, а потом, по примеру Хедерингтона, перестал замечать.