Вдобавок к Теду и Скипджекам все Трэвелеры с супругами собрались за большим деревянным столом: Тори и Декстер, Эмма и Кенни, Уоррен и Шелби. Санни расположилась по правую руку от Теда, где она могла с полным правом требовать его исключительного внимания. Когда Мег приблизилась, он посмотрел на ее мини, а затем подал взглядом команду, которую она интерпретировала как указание занять место по другую сторону от него. Поскольку ей была более чем очевидна необходимость скрывать отношения с мэром, Мег вклинила стул между Тори и Шелби, прямо напротив Эммы.
Явная привязанность между Тори, Эммой и Шелби навеяла на нее тоску по собственным друзьям. Где сейчас обретается Люси и каково ей? Что касается прочих... Она неделями не откликалась на звонки Джорджии, Эйприл и Саши, не желая, чтобы хоть одна из подруг узнала, в какой рисковой ситуации она оказалась, но так как наперсницы привыкли к ее продолжительным отлучкам, отсутствие ответа с ее стороны не внушало им опасений.
Хитрая семейка Трэвелеров льстила Скипджекам безбожно. Шелби выпытывала подробности о новейшем унитазе, Тори расточала комплименты Санни по поводу ее блестящих темных волос и классически подобранного гардероба, Кенни отметил силу подач Спенса в игре. Атмосфера была благостной, почти расслабляющей, вплоть до того момента, когда Мег небрежно назвала жену Кенни просто «Эмма».
Один за другим аборигены, сидящие за столом, замолчали.
– Что я такого сделала? – озадачилась Мег, когда они уставились на нее. – Она сама попросила называть ее Эммой.
Эмма схватила свой бокал и осушила залпом.
– Это нечто, – неодобрительно поджала губы Шелби Трэвелер.
Муж Эммы покачал головой:
– Никогда. Даже я себе такого не позволяю. По крайней мере, пока она одета.
– Скверные манеры, – добавила Тори, откинув длинные темные волосы.
– Неуважение, – согласился ее отец Уоррен.
Тед откинулся на стуле и сурово посмотрел на смутьянку:
– Надеюсь, теперь ты как следует подумаешь, прежде чем оскорблять едва знакомых людей.
Эмма медленно склонила голову и трижды ударилась лбом о стол.
Кенни погладил жену по спине и усмехнулся. Веселые огоньки плясали в глазах Теда.
Мег отчетливо слышала, как Санни и Спенс обращались к жене Кенни «Эмма», но понимала, что бесполезно апеллировать к данному факту.
– Глубочайшие извинения, леди Эмма, – протянула она. – Надеюсь, я получу последнюю трапезу перед обезглавливанием?
Тори фыркнула:
– Можно и без сарказма.
Эмма посмотрела через стол на Мег:
– Они просто не могут удержаться. Правда.
Ее муж довольно чмокнул супругу в губы, затем вернулся к обсуждению новоприобретенных Спенсом клюшек «Колэвэй». Тед пытался вклиниться в разговор, но Санни требовала его полного внимания и знала, как добиться своего.
– Какова эффективность твоего нового топливного элемента?
Мег не имела ни малейшего представления, что бы это значило, но Тед был в своей стихии.
– Тридцать восемь – сорок два процента в зависимости от нагрузки.
Санни, являя крайнюю степень заинтересованности, придвинулась ближе.
Спенс пригласил Мег на танец, и, прежде чем она смогла отказаться, две пары женских рук поставили ее на ноги.
– Она уже думала, что вы так и не решитесь, – сладко пропела Шелби.
– Хотелось бы мне, чтобы Декс был таким же легким на подъем, как вы, Спенс, – проворковала Торри.
Сидящая на противоположной стороне стола Эмма выглядела сильно обеспокоенной – насколько это возможно для того, кто одет в ярко-желтую блузку, – и Мег могла бы поклясться, что заметила хмурую тень на лице Теда.