Хотя ее футболка с аляповатой рекламой прикрывала бедра, под ней скрывались лишь стринги цвета слоновой кости. Хотелось бы больше одежды... кольчугу и пояс целомудрия, например. Тед несколько раз подбросил ракеткой резиновый мячик и двинулся вперед, не спуская с нее глаз.
– Спасибо за помощь с Санни, хотя я справился бы и без твоих комментариев.
Мег взглянула на сувенир и снова на дарителя:
– Сам виноват. Нечего было меня целовать.
Тед поднял бровь с поддельным негодованием:
– Да ну? Это ж ты меня поцеловала.
– Вовсе нет. Это ты на меня накинулся.
– Мечтать не вредно. – Он еще раз громко ударил по мячику.
Мег наклонила голову:
– Если разобьешь окно этой штуковиной, с домовладельцем будешь разбираться сам.
Он поймал мячик, осмотрел тыльную часть игрушки и провел пальцем вдоль ложбинки на рукоятке.
– Мне в голову только что пришла весьма странная идея. – Вентилятор под потолком ласково ерошил его волосы. Тед еще раз хлопнул ракеткой по ладони. – Я бы поделился с тобой, но, боюсь, эта мысль окончательно сведет тебя с ума.
Сексуальное напряжение висело в воздухе, готовое взорваться, как вечерний фейерверк. Кто бы ни был инициатором того поцелуя, что-то безвозвратно переменилось, и оба это знали.
Сплошные игры. Для Мег не было ничего более отвратительного, чем стать очередным завоеванием неотразимого Теда Бодина. Но над возможностью сделать красавчика своей следующей сексуальной победой стоило поразмыслить.
– Ты можешь заполучить любую женщину в этом городе. А может, и в целом штате. Оставь меня в покое.
– Почему?
– Что значит почему? Потому что с самого моего приезда ты относился ко мне, как к дерьму.
– Неправда. Я был очень любезен с тобой на репетиции свадебного приема. И не считал тебя дрянью, пока не сбежала Люси.
– В чем я совершенно не виновата. Признай это.
– Не хочу. Тогда придется винить себя, но кому это нужно?
– Тебе. Хотя, если по-справедливости, Люси должна была разобраться, что к чему, раньше, чем дела зашли так далеко.
Он пару раз подбросил шарик.
– Что еще значится в твоем списке претензий?
– Ты заставил меня вкалывать на Бёди Киттл.
Тед бросил ракетку на коричневое кресло, словно соблазн пустить ее в ход настолько усилился, что стало невозможно противиться.
– Это избавило тебя от тюрьмы, не так ли?
– А еще ты подсуетился, чтобы мне платили меньше, чем остальным горничным.
Он прикинулся удивленным:
– Не помню такого.
Мег воскрешала все несправедливости: