– Она с удовольствием, – перебил Тед. – Не так ли, Мег?
– Обычно да, но …
– Ну, не тушуйся. Мы заедем за тобой в семь. Нынешнюю обитель Мег трудно отыскать, поэтому я поведу машину.
Тед посмотрел на нее, и его тяжелый обжигающий взгляд сказал яснее ясного, что ей придется искать новое пристанище, если она не будет сговорчивой. Мег с трудом сглотнула:
– Обычная одежда?
– Наряжаться ни к чему, – подтвердил Тед.
Когда мужчины ушли, Мег с тоской подумала о навязанном ей свидании с самовлюбленным хвастуном, практически ровесником ее отца. Оно и само по себе мерзко, а тут еще Тед, который будет следить за каждым ее движением.
Труженица потерла ноющие плечи, потом разжала ладонь, чтобы посмотреть, сколько же она получила за четыре с половиной часа таскания тяжеленной сумки по холмистому полю под палящим техасским солнцем.
Банкнота в один доллар взывала к раскаянию и смирению.
* * *
Неоновая реклама пива, оленьи рога и спортивные трофеи украшали квадратный деревянный бар в центре «Раустэбаута». Вдоль двух стен кабака тянулись два ряда кабинок, а вдоль других – биллиардные столы и игровые автоматы. По выходным здесь играл живой ансамбль в стиле кантри, но сейчас голос Тоби Кита несся из музыкального автомата возле маленького обшарпанного танцпола.
Мег была единственной женщиной за столом, что заставляло ее чувствовать себя девушкой для развлечений в мужском клубе, хотя, может, и к лучшему, что жены Далли и Кенни не присутствовали, ведь обе ее ненавидели. Она сидела между Спенсером и Кенни напротив Теда, его отца и неизменного кедди Далли, Скита Купера.
– «Раустэбаут» – это колоритное местное заведение, – поведал Тед, когда Скипджек покончил с блюдом ребрышек. – Забегаловка много чего повидала. И хорошего, и плохого, и безобразного.
– Я лучше всего помню безобразное, – подхватил Скит. – Вроде той драки между Далли и Фрэнси на парковке. Это случилось больше тридцати лет назад, задолго до того, как они поженились, но люди и сегодня об этом судачат.
– Так и есть, – подтвердил Тед. – И не упомню, сколько раз слышал эту историю. Моя мать забыла, что она вполовину меньше отца и пыталась сбить его с ног.
– Черт, и это ей чуть не удалось. В ту ночь она наскакивала, как дикая кошка, уж поверьте, – продолжал Скит. – Мне и бывшей жене Далли еле удалось их разнять.
– Все было не так, как рассказывают, – запротестовал Далли.
– Именно так и было. – Кенни сунул в карман мобильник, проверив, нет ли сообщения от травмированной жены.
– Тебе-то откуда знать? – огрызнулся Далли. – Ты тогда еще под стол пешком ходил, и вообще тебя тут не было. А кроме того, у тебя найдется своя собственная история, связанная с парковкой «Раустэбаута». Вспомни-ка ту ночь, когда леди Эмма поссорилась с тобой и угнала твою машину. Бегом за ней бежал до автострады.
– Чтобы ее догнать, много времени не потребовалось, – возразил Кенни. – Моя жена была никудышным водителем.
– Да она и сейчас не лучше, – заметил Тед. – Самый медлительный водитель в округе. Только на прошлой неделе устроила грандиозную пробку на Стоун-Квери-роуд. Мне три человека пожаловались.
Кенни пожал плечами:
– Как ни старались, так и не удалось ее убедить, что у нас указатели ограничения скорости – просто вежливые рекомендации.
В таком духе продолжалось весь вечер. Все пятеро развлекали Скипджека байками в стиле старых добрых приятелей, а Спенсер, как Мег велено было называть гостя, впитывал в себя болтовню, словно губка, с интересом, но слегка свысока. Ему явно нравилось внимание этих знаменитостей, нравилось сознавать, что в его власти отказать им в чем-то необходимом. Он развернул салфетку, чтобы стереть с губ соус барбекю.
– Странные порядки в вашем городишке.
Тед откинулся на спинку стула, демонстрируя полную расслабленность.
– Мы тут не увлекаемся бюрократизмом, это уж точно. Люди здесь не видят особого смысла в бумажной волоките. Если хотим чего-то, то беремся и делаем.
Спенс улыбнулся Мег:
– Кажется, я слышу предвыборное политическое заявление.
Было уже поздно. Мег смертельно устала и хотела только одного: поскорее добраться до своего гнездышка на церковных хорах, свернуться калачиком и заснуть. После катастрофического дебюта в качестве кедди она провела остаток дня, развозя на тележке напитки. К несчастью, ее непосредственным начальником оказался необщительный обормот, понятия не имеющий о том, как ее предшественница управлялась с напитками. Откуда ей было знать, что дамы, посещающие гольф-клуб, подзаряжаются от ледяного чая «Аризона» и очень обижаются, если пойло не ждет их у четырнадцатой лунки? Но это были еще цветочки. Хуже всего, когда у нее закончились запасы низкокалорийного пива «Бад Лайт». Любопытный феномен массового самообмана: мужчины-гольфисты с избыточным весом явно были убеждены, что пива со словом «низкокалорийное» в названии не возбраняется выпить в два раза больше обыкновенного. Их пивные животики должны были бы указать им на ошибочность такого подхода, но этого, очевидно, не произошло.