Дормедонт. Ну, нет-с. Не надеюсь, Герасим Порфирьич; не надеюсь быть разбойником.
Маргаритов. Кто из вас бегал к Лебедкиной? Или она сама была здесь? Говори!
Дормедонт. Вчера была-с, даже два раза была-с.
Маргаритов. Ты разбойник!
Дормедонт (со слезами). За что обижаете?
Маргаритов (С отчаянием). Продали!
Дормедонт. Возможно ли продать, коли я его Людмиле Герасимовне отдал? Не в портфеле, так у них.
Маргаритов. Позови ее ко мне.
Дормедонт (у двери). Людмила Герасимовна, можно войти? (Маргаритову.) Не отвечают.
Маргаритов. Постучи хорошенько!
Дормедонт (стучит, дверь сама отворяется). А-а-й! Караул! (Дрожит и топает ногами.)
Маргаритов. Что такое?
Дормедонт. Убита! Герасим Порфирьич, убита, без движения! А-а-й!
Маргаритов (идет, шатаясь). Как? Неужели? Кто ж из вас?
Из двери выходит Людмила, протирая глаза спросонков.
Маргаритов, Дормедонт и Людмила.
Людмила (Дормедонту). Ах, как вы меня испугали!
Дормедонт (тихо). А зачем же у вас на столике, возле кровати, пистолет?
Людмила. Не ваше дело, молчите, пожалуйста! (Отцу.) Я ночью почти не спала, прилегла теперь и так сладко заснула.
Маргаритов (Дормедонту). Ах ты глупец! Ах ты глупец! Что ты со мной делаешь?
Дормедонт. Нет, вы спросите, что со мной-то было! Был ли я жив? У меня по сю пору сердце-то, как овечий хвост, дрожит.
Маргаритов. Ну, садись, пиши! Да не наври с перепугу-то.
Дормедонт. Так буду стараться, что на удивление.
Маргаритов. Людмила, отдал он тебе заемное письмо Лебедкиной?
Людмила. Отдал.
Дормедонт. Что? Говорил я вам.
Маргаритов. Извини, брат! Ну, теперь я спокоен. Пиши! пиши!
Дормедонт. Честность необыкновенная.
Маргаритов (Людмиле). Так оно у тебя?
Людмила. У меня его нет.