Том 25. Письма 1897-1898: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Ежову Н. М., 21 июня 1897*

2048. Н. М. ЕЖОВУ

21 июня 1897 г. Мелихово.

21 июня.

Милый Николай Михайлович, статьи Южина я еще не читал^*, но скоро прочту, и, когда приедете, мы поговорим о ней. С 25-го июня по 1-е июля я буду отсутствовать^*, и потому приезжайте ко мне до 25-го или после 1-го. Буду очень рад видеть Вас.

Вы пишете, что живете «чрезвычайно» плохо. Что за пессимизм? Вероятно, Вам досадили болезни, Вы раздражены — и если это так, то нужно отдохнуть и полечиться, а главное — отдохнуть.

О земских школах и вообще о земстве поговорим. Могу дать Вам, буде пожелаете, много материала^*.

Итак, жду Вас к себе^*. Если приедете после 1-го июля, то черкните об этом, я вышлю лошадей и постараюсь после 1-го быть дома.

Ну-с, будьте здоровы, желаю Вам всего хорошего.

Ваш А. Чехов.

Суворину А. С., 21 июня 1897*

2049. А. С. СУВОРИНУ

21 июня 1897 г. Мелихово.

21 июнь.

Здравствуйте! Я, нижеподписавшийся, всё время сижу дома, у себя в Мелихове, и постепенно обращаюсь в помещика Коробочку^*. Бываю в Москве, но всякий раз не надолго. На днях был в имении миллионера Морозова^*; дом, как Ватикан, лакеи в белых пикейных жилетах с золотыми цепями на животах, мебель безвкусная, вина от Леве, у хозяина никакого выражения на лице — и я сбежал. Вероятно, после 15-го июля поеду в Боржом, потому что, по-видимому, больше некуда ехать. Из Боржома в Аббас-Туман. Поехал бы за границу, да денег нет и одному ехать скучно.

С книгой («Мужики») вышла маленькая заминка^*. Первую корректуру прислали лишь 12-го июня, когда книга по-настоящему должна бы быть уже готова; прислали с рассказами, которые ничего общего с «Мужиками» не имеют (наприм<ер> «Дом с мезонином»). Я рассердился и написал в типографию, чтобы прекратили печатание^*. Но вчера пришло письмо от^* Константина Семеновича — и дело, по-видимому, уладилось.

У нас холодно; новостей нет и нескоро они будут. Живется скучно и глуповато, так как всё еще считаюсь больным, нахожусь под надзором и должен во многом себе отказывать. Если приедете в Россию^* (как Вы пишете), то телеграфируйте мне из Вержболова или из Границы (Лопасня Чехову); я встречу Вас. До отъезда на зимовку мне нужно повидаться с Вами и поговорить — не о делах, а так, кое о чем. Кстати попрошу Вас принять в Ваш театр актрису Шаврову (сестру писательницы), которая приезжала к нам в Серпухов играть и играла очень хорошо^*. Что-то есть в ней сюсюкающее, но не в голосе, а в выражении, в носе, кажется, но она интеллигентна, одевается с большим вкусом и играет, как актриса, по-настоящему. То, что она дебютировала у Вас в «Ганнеле» и неудачно, не должно идти в счет^*.

Урожай будет неважный; цена на хлеб и на сено растет. Болезней нет. Водку трескают отчаянно, и нечистоты нравственной и физической тоже отчаянно много. Прихожу всё более к заключению, что человеку порядочному и не пьяному можно жить в деревне только скрепя сердце, и блажен русский интеллигент, живущий не в деревне, а на даче.

Вы ничего мне не пишете об Анне Ивановне и о Насте. Что они поделывают, как поживают? С Вами ли Боря? Пожалуйста, поклонитесь и скажите им, что я вспоминаю о них каждый день. Поклонитесь и Эмили.

В Кисловодск я не поеду. Маша в Крыму.

Будьте здоровы и благополучны и, пожалуйста, не забывайте помещика Коробочку.

Ваш А. Чехов.

Эртелю А. И., 23 июня 1897*

2050. А. И. ЭРТЕЛЮ

23 июня 1897 г. Мелихово.

Лопасня, Моск. губ. 97 23/VI.

Милый Александр Иванович, напиши мне, как твое здоровье, что сказал тебе Остроумов, — напиши обстоятельно^*. Уповаю, что всё обошлось благополучно, т. е. что Остроумов напугал тебя не очень.

Я немного покашливаю, но в общем здоровье мое весьма сносно и самочувствие у меня, как у здорового. В конце июля, вероятно, уеду куда-нибудь на юг, хотя и не хочется ехать; эти поездки на юг всегда обходились для моего здоровья недешево.

Будь здрав. Провожаю даму^*, тороплюсь. У нас засуха.

Напиши же.