Новый Библейский Комментарий Часть 3 (Новый Завет): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Итак, язык не знает покоя, он исполнен суеты. Суета и беспорядок — характерное свойство демонического мира зла, тогда как истинный мир есть свойство Бога и Его благого Царства. Язык всегда ищет, что бы сказать, и чаще всего изрыгает смертоносный яд. Убийства, совершаемые по благословению тирана–правителя, запечатлеваются в издаваемых им указах. Нечто подобное происходит и с нами, когда мы изрекаем зло и обнаруживаем, что навлекли на себя смерть.

Далее Иаков приводит еще несколько примеров. В церкви (а Иаков пишет для верующих) мы славим Бога, а затем тем же языком и теми же устами хулим (проклинаем, ибо всякое высказывание против другого человека есть, в сущности, проклятие) других людей, созданных по подобию Божию (Быт. 1:26,27; 9:6). Во времена Иакова король или император воздвигал свои скульптурные изображения в подвластных ему городах. Если кто–нибудь оскорблял или неуважительно отзывался о такой статуе, с ним поступали как с оскробившим императора прямо в лицо, так как статуя была его совершенным прообразом. Поэтому оскорбление, наносимое человеку как подобию Божию, тождественно оскорблению Самого Бога. Иаков считает такую двойственность, когда из одних уст исходят совершенно противоположные по их нравственной сути слова, особым типом лицемерия.

Для более полного раскрытия своей мысли Иаков приводит еще два примера. Первый напоминает о пустынной Иорданской долине Израиля, на восточной стороне которой протекал водный поток, привлекавший жаждущих путников. Иногда вода в нем была пресной и свежей, а иногда — соленой и непригодной для питья. Но важно одно: два разных типа воды не могли вытекать из одного источника. Точно так же дерево никогда не принесет плод, чуждый своей природе. Из всего этого следует, что, оскорбляя своим языком других, мы свидетельствуем о своей истинной природе, и наша хвала Богу в таком случае есть не что иное, как разновидность лицемерия.

3:13—18 Противоядие злоязычию

Иаков оставляет нас в состоянии безнадежности и недоумения, ибо кто же может удержать свой язык? Как же нам освободиться от его разрушительной силы и стать лучше? В этом вопросе, который можно назвать воплем отчаяния, нельзя не увидеть аналогию с 1:4, где говорилось о том же. Ответ Иакова прежний: здесь нам не помогут наши усилия, здесь нам поможет только божественная мудрость.

Он начинает с того, что показывает разницу между человеком, обладающим Божественой мудростью, и человеком, не имеющим ее. По–настоящему мудрый человек характеризуется добрым поведением, то есть образом жизни, соответствующим учению Иисуса. В таком человеке всегда видна кротость, проистекающая из мудрости. Одна из проблем церкви, хорошо известная Иакову, состояла в том, что учителя враждовали между собой и зачастую пребывали в состоянии агрессивной обороны. Кротость — качество, противоположное агрессивности, а самым ярким образцом кротости является Моисей (Чис. 12:3). Когда он подвергся несправедливым нападкам со стороны двух других лидеров, то вместо того чтобы дать им должный отпор (все–таки Моисей был близок Богу и имел от Него откровения, которых те не имели), он не ответил им злом и даже не пытался защитить себя. Но Бог вступился за него и защитил его. Этим примером Иаков четко дает понять, что мудрый человек не нуждается в приемах самозащиты.

Тем не менее поведение многих учителей и служителей церквей, известных Иакову, было совершенно иным, ибо их сердца были переполнены горькой зависти и сварливости. Наверняка, они называли это «усердием» (☼ в русской синодальной Библии — «ревностью»), желая уподобить себя Финеесу, отличавшемуся особой «ревностью» к Богу (Чис. 25:11). Такое усердие действительно похвально, но вряд ли «усердие», о котором ведет речь Иаков, происходит из Божьего духовного источника, ибо в нем нет ни капли кротости. Это всего лишь замаскированная зависть. То, что Иаков обличает как эгоистичные мотивы (☼ рассуждения автора основаны на англ. переводе Библии), они, скорее всего, называют «стоянием за правду» или «борьбой за чистоту своих пасомых». Иаков же называет это «духом раскола», так как такие люди раскалывали и разъединяли церковь вместо того, чтобы сплачивать и объединять ее. Называть такое поведение «Божьей мудростью» да еще хвалиться этим — значит отрицать реальность. Но не так поступал Иисус. Дар мудрости от Бога не имеет ничего общего с описанными здесь явлениями. Дух, побуждающий к такому поведению, имеет не Божественное, но земное происхождение, ибо принадлежит этому миру и этому веку. Такое состояние Иаков называет бездуховным (☼ в русской синодальной Библии — «душевное»), причем это же слово использовал апостол Иуда, говоря о людях «душевных, не имеющих духа» (Иуд. 19). Более того, этот дух лжемудрости не просто происходит от мира, фактически он порожден миром демоническим (☼ в русской синодальной Библии — «бесовским»). Претендуя на богодухновенность, эти люди на самом деле руководствуются демоническим духом. В заключение Иаков говорит, что зависть и тщеславие дают плод — неустройство (аналогичное свойство демонического мира мы находим в 3:8). Результатом их совместного действия является все худое, что и подтверждает всея история церкви.

Единственное противоядие от такой лжемудрости и зла, происходящего от языка, — это Божья мудрость. Далее Иаков рассуждает о качествах истинной мудрости, очень напоминающих качества плодов Духа, перечисляемых Павлом в Гал. 5:23. Во–первых, она чисто, то есть душа в своем послушании Богу и стремлении к святости абсолютно искренна; она мирна (Прит. 3:17; Евр. 12:11), то есть творит мир в церкви; она скромна (Флп. 4:5; 1 Тим. 3:3), то есть не склонна к вражде; она послушна, то есть открыта научению и доброй критике или любому другому богоугодному руководству; она полна милосердия и добрых плодов, что подразумевает щедрое даяние, так высоко оцененное Иаковом. Бог всегда милостив и щедр, поэтому и люди, исполненные Его мудростью, так же добры и милосердны. Наконец, она беспристрастна и нелицемерна, то есть такой человек всем своим существом устремлен к Господу в отличие от человека с «двоящимися мыслями» из 1:8. Эти качества подразумевают отсутствие лжи или какой–либо игры в поступках, то есть такие люди всегда говорят одно и то же и в лицо, и за спиной.

Отрывок завершается высказыванием, напоминающим пословицу. Некоторые богословы считают, что оно заимствовано Иаковом у Иисуса: Плод же правды в мире сеется у тех, которые хранят мир. В этих словах слышится ответ на 1:20, где говорится, что человеческий гнев не творит Божью праведность, ибо это возможно только «хранящим мир». Не об этом ли говорил Иисус: «Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими» (Мф. 5:9)? Такие люди есть сыны Бога, потому что они поступают так же, как их истинный Отец, и имеют в себе праведность, угодную Богу. Это очень не похоже на обычные человеческие, исполненные гневом и враждой, пути достижения «правды». Чтобы поступать так, как угодно Богу, нужна Его мудрость и сила Его Духа.

4:1—10 Источник зла и спасение от него

В данном отрывке раскрывается цель дискуссии о языке и мудрости. Дело в том, что в христианской среде, которой было адресовано послание Иакова, царили вражда и разногласия. Каждый искал своего пути и отстаивал свои интересы. Иаков разоблачает природу этой вражды, называя ее чуждой Богу и не от Него происходящей, и призывает таких людей к покаянию и очищению.

Вот какую картину современной ему церкви нарисовал Иаков: вражды и распри, убийства и зависть. По–видимому, речь здесь идет об «убийстве» словом, а не о буквальном смысле, однако картина в целом хорошо знакома всем, знающим современную церковь. Участники всех этих распрей и столкновений, конечно же, оправдывались своими добрыми намерениями, «борьбой за истину». Но Иаков, обличая их, смотрит на них глазами Бога. Он указывает на истоки вражды и ненависти среди верующих, находящиеся не в их любви к Богу, а в их вожделениях, — в этом источнике всякого греха, о котором мы узнали из 1:14,15.

Все их споры и рассуждения бессмысленны, потому что они не просят Бога. Но ведь мы молимся, могут возразить они. Просите и не получаете, потому что просите не на добро, отвечает им Иаков. Они не ищут познания воли Божьей и Его мудрости, но ищут своего: «Господи, благослови мои планы». Они руководствуются своими желаниями и вожделениями. Бог никогда не исполняет собственных желаний людей, так как прежде всего хочет научить их любить то, что любит Он. Нельзя сказать, что Богу неугодны человеческие удовольствия, просто Он хочет научить людей находить удовольствие в том, что по–настоящему благочестиво. Подобно Христу, Божьи дети, прежде чем воскреснуть, должны вначале распять свою плоть (Гал.5:24).

Заявляя о своем доверии Богу, но продолжая жить в удовлетворении своих желаний, эти люди впали в грех блуда, став прелюбодеями. Причем в оригинале использовано соответствующее слово женского рода «блудницы», но не потому что церковь состояла только из женщин, а потому что церковь воспринималась как невеста Христа (2 Кор. 11:2;Отк. 19:21), так же, как Израиль был невестой Бога (Ис. 1:21; Иер. 3; Ос. 1 — 3). Следование за другим возлюбленным было идентично нарушению верности Богу, поэтому дружба с миром есть вражда против Бога (ср.: Мф. 6:24; 1 Ин. 3:15). Служить одновременно Богу и «вожделениям» или «миру» не только тяжело, но просто невозможно. Человек, желающий быть другом миру, на самом деле становится врагом Богу. Каким бы ортодоксально верующим такой человек ни был и как бы прилежно ни посещал он церковь, он все равно остается врагом.

Далее Иаков делает ссылку на Писание, однако место это в нем не обнаружено. Возможно, он просто передает общий смысл каких–то стихов Писания, а возможно, книга, содержащая цитируемое высказывание, была утеряна. В NIV дан следующий вариант перевода этой фразы: дух, который Он вложил в нас, чрезвычайно завистлив, что сразу же ассоциируется с человеческим духом и его склонностью к зависти. Однако, как бы правдиво это ни звучало, смысл такой фразы не соответствует контексту. Более предпочтительным представляется следующий вариант: «Бог с ревностью ищет общения с духом, который Он вложил в нас», то есть дух дарован Богом каждому человеку, и Бог очень ревностно ищет в человеческом сердце ответную любовь (ср.: Исх. 20:5,6). Писание не зря столь определенно говорит о Божьей ревности, ибо Израиль имел возможность убедиться на своем горьком опыте в истинности этих слов, когда пытался служить одновременно Богу и Ваалу.

Аргументы Иакова настолько сильны, что могут повергнуть грешников в отчаяние, однако далее он показывает, что чем большее осуждение угнетает кающегося грешника, тем большую благодать дает ему милостивый Бог. Иаков подкрепляет свою мысль цитатами из Прит. 3:34 и 1 Пет. 5:5, свидетельствующими о том, что Бог дает благодать смиренным и послушным (то есть раскаивающимся).

Затем Иаков, характеризуя истинное смирение, взывает: покоритесь Богу. Искреннее раскаяние заключается в отвращении от своих прежних дел и смиренном обращении к Богу. Противостаньте дьяволу. Источником всякого испытания и искушения является дьявол (Мф. 4:1–11; Мк. 8:28–34; Лк. 22:31; Ин. 13:2,27), следовательно, пренебрегая своими желаниями и похотями, мы сопротивляемся ему. Когда же он встречает сопротивление, он бежит прочь. Дьявол может пугать нас грядущими бедами, но все это ложь, ибо он силен только тогда, когда чувствует веру в себя. Приблизьтесь к Богу, восклицает апостол, и голос его сливается с голосами ветхозаветных пророков (Мал. 3:7 и Зах. 1:3). Возникает картина жертвоприношения или богослужения, когда человек входил в Божье присутствие в храме. Очистите руки. Эта фраза ассоциируется с еще одним религиозным ритуалом времен Ветхого Завета, символизирующим отказ от греховных дел. Исправьте сердца, двоедушные. Об очищении через омытие говорится еще в Исх. 19:10, но здесь речь идет об очищении сердца. Двоедушие характеризует человека, пытающегося служить и Богу, и миру (см.: 1:8); очистить же сердце значит совершенно предать себя Богу, причем это невозможно без переживания искренней скорби о своих грехах. Раскаяние подразумевает не только скорбь о грехах, но и отвращение от прежней греховной жизни и, если возможно, компенсирование ущерба, нанесенного другим людям. Иаков завершает свой призыв к покаянию ободряющим обетованием: Смиритесь пред Господом, и вознесет вас. Бог не оставит смиренное сердце без утешения; Он примет покаяние и ответит на него любовью; Он вознесет сокрушенную душу из скорби ее, окутав теплом Своей любви.

4:11,12 Заключительное обращение

Завершив раздел, посвященный проблеме раздоров и необходимости единства церкви, призывом к покаянию, Иаков обращается к христианам с еще одним назиданием: не клевещите друг на друга (☼ в русской синодальной Библии — «не злословьте друг друга»). Более адекватным представляется перевод «говорить злые или недобрые слова о ком–то», потому что английское слово «клевета» подразумевает только неверную информацию, тогда как аналогичное греческое слово имеет совсем иной смысл. С точки зрения Иакова, неважно, верна или искажена информация о человеке, — главное, что любые недобрые, критические слова разъединяют верующих. С этим согласен и Павел (2 Кор. 12:20), и Петр (1 Пет. 2:12; 3:16).

Иаков утверждает, что такая критичность тождественна суду над законом. Возможно ли это? Иисус, цитировавший Лев. 19:18 (Мк. 12:31 и Мф. 7:12), учит нас любить ближнего как самого себя. Вряд ли такая любовь совместима с критикой. Еще важнее то, что, осуждая другого человека, мы возводим себя в роль его судьи, а судья восседает над законом. Однако только Бог имеет право быть судьей (Пс.74:7,8; Ин. 5:22,23,30), поэтому осуждающий и критикующий брата своего фактически пытается оттеснить Бога и занять место судьи, на которое только Он имеет право. Может ли такой человек надеяться, что Божье правосудие не обратится на него?

4:13 — 5:6 Испытание богатством

Закончив размышления о роли грешного языка, Иаков приступает к последней теме своего послания — испытанию богатством. Обладающие богатством несут на себе ответственность. На первый взгляд, они просто принимают какие–то деловые решения, но на самом деле испытываются Богом, а не выдержавшие испытания несут за это ответственность. Весь отрывок делится на две части, каждая из которых начинается словами «Послушайте вы…». Первая часть обращена к христианам, членам церкви, не выдержавшим испытания; вторая — к богатым нехристианам, вина которых значительно серьезнее.

4:13—17 Испытание богатых

Первая группа испытуемых включает в себя состоятельных христиан. Как обычно, Иаков не называет их богатыми, но они, по–видимому, имеют некоторое состояние, ибо собираются заняться международной торговлей. Их планы совершенно естественны, ибо нет ничего преступного в том, чтобы отправиться в другой город и продавать там товары, а на вырученные деньги купить другие и притом еще иметь прибыль. Именно так и делается бизнес.

Иаков критикует их за то, что они ведут себя как обычные дельцы. Будучи христианами, они должны не только хорошо сознавать неопределенность своего будущего, но также помнить, Кто стоит над всем этим. Если картина бренности жизни позаимствована Иаковом из Ветхого Завета (Иов. 7:7,9; Пс. 38:5,6), то мысль о несостоятельности планирования без опоры на Божьи ценности и Его волю восходит прямо к учению Иисуса в Лк. 12:16—21. Апостол, конечно, одобряет стремление предварять всякое дело словами «Если угодно будет Господу». Однако это всего лишь слова. Главным же, по его мнению, является стремление познать Его план и исполнять Его волю в деле использования денег. Он обличает их в надменности и тщеславии, то есть в том, что Иоанн называет «гордостью житейской» (1 Ин. 2:16). Они строят планы, которые Господь не одобрял, претендуют контролировать жизнь, которая им не принадлежит, хвастают будущими прибыльными сделками. Это не что иное, как любовь к миру.

Далее одна краткая фраза подводит итог всему рассуждению: так как эти люди принадлежат церкви, каждый из них знает, что должен делать добро (☼ в русской синодальной Библии — «разумеет делать добро»). Почему же им не обратиться к Богу и не спросить Его о том, как распорядиться деньгами? Возможно, они не делают этого из опасения, что Бог повелит им поделиться с другими. Они не творят добро, а значит, грешат. И хотя их руки не запятнаны воровством или каким–либо другим серьезным преступлением и они просто честные деловые люди, они, не делая того добра, какое могли бы делать, грешны не меньше, чем те, кто совершает преступления, так как в обоих случаях игнорируются Божьи заповеди.

5:1—6 Испытание богатством тех, кто вне церкви

Теперь Иаков обращает свой взор на богатых за пределами церкви. Эти люди не только не выдерживают испытания своим богатством, но и оказывают давление на церковь, угнетая бедных христиан либо потому что они бедные, либо потому что они христиане, либо и по той и другой причине. Для таких людей у Иакова нет ничего, кроме осуждения, так что подобно ветхозаветному пророку он предсказывает их судьбу.

Если христиане, несмотря ни на какие испытания, могут жить в атмосфере радостного ожидания, потому что знают свое будущее (1:2), то богатым неверующим следовало бы стенать от отчаяния, ибо их ожидает суд так же, как христиан ожидает награда. Иаков смотрит на их богатство из будущего и видит, что оно сгнило и изоржавело, а в современном понимании здесь было бы уместно вести речь об инфляции. Он просто перефразирует здесь слова Иисуса из Мф. 6:19 о том, что земные сокровища очень недолговечны.

Их богатство не потребуется им в вечности, о чем свидетельствует «ржавчина», которая поразит его и съест плоть вашу, как огонь. Подобно богачу из притчи Иисуса (Лк. 16:19—31), они будут брошены в адское пламя, потому что пренебрегали Божьей заповедью и не делились с бедными.