В данном случае Иисус рассказывает о возможных последствиях посева семян, в зависимости от того, на какую почву они попадают: на плодородную или каменистую, на проезжую часть или среди сорняков. Однако ни слова не сказано о том, что это значит. Слушателям остается самим догадываться, с какой целью им рассказана эта история.
8:9—15 Значение притчи о сеятеле (см.: Мф. 13:10–23; Мк. 4:10–20). Позже ученики все же стали спрашивать Иисуса, что означала эта странная история о сеятеле и зернах. Отвечая им, Иисус вначале объяснил, почему вообще иногда говорит притчами. Он сказал, что всем, кто решил следовать Его учению, дается знание целей Господа. Тайны — это пути Божьи, касающиеся Его Царства, которое раньше было сокрыто от людей, но теперь пришло время узнать о нем тем, кого Он избрал. Другие люди отказались прислушаться к словам Бога, поэтому для них истина должна быть прикрыта иносказаниями. Чтобы понять ее, они должны приложить усилия, иначе у них ничего не выйдет. Ибо к ним относится пророчество из Ис. 6:9,10 о тех, кто не понимает значения услышанного.
Объяснение смысла притчи здесь немного отличается от объяснения в Евангелии от Марка. Каждый из евангелистов подчеркивал то, что, по его мнению, было важней для читателей. У Луки главная идея заключается в необходимости с верой и настойчивостью вслушиваться в слова Господа, только тогда они упадут на добрую почву и принесут достойный плод. В сердцах некоторых людей благие семена слов Господа никогда не смогут прорасти, в других сердцах ростки будут заглушены повседневными заботами.
8:16—18 Притча о светильнике (см.: Мк. 4:21—25). С этой притчей Иисус вновь обращается ко всему народу. Свечу зажигают для того, чтобы был виден исходящий от нее свет. Так и ученики Иисуса должны открывать другим свет истинного учения, который обрели сами. Тогда учение Христа, вначале понятное лишь немногим избранным, однажды станет общедоступным.
Стих 18 поясняет сказанное ранее в стихе 10. Люди, принимающие слова Иисуса, постепенно смогут понимать Его учение все лучше и лучше, а те, кто отказался слушать, однажды совсем перестанут понимать его.
8:19—21 Настоящие родственники Иисуса (см.: Мф. 12:46–50; Мк. 3:31–35). Хотя у Марка эта история предшествует притчам о сеятеле и свече, Лука намеренно помещает ее после этих притчей, чтобы еще раз наглядно пояснить, как следует относиться к учению Иисуса. Те, кто принимает его с послушанием, ставятся выше родственников Иисуса по плоти. Это вовсе не означает, что Иисус не любил и не уважал Свою семью. Просто на этот раз их приход давал Ему шанс на конкретном примере пояснить Свои слова. Братья Иисуса были, вероятно, детьми Марии от Иосифа, рожденными после Иисуса, или двоюродными (ср.: 2:7; Мф. 1:25). После посещения храма отроком Иисусом в Писании больше ничего не говорится об Иосифе. Отсюда можно сделать вывод, что он умер.
8:22—56 Иисус совершает чудеса
8:22—25 Смирение бури на море (см.: Мф. 8:23—27; Мк. 4:35—41). Геннисаретское озеро было окружено высокими скалами, и когда через ущелья между ними задувал ветер, на озере поднимался сильный шторм. Ответ Иисуса ученикам предполагал, что им следовало верить в свою безопасность даже во время Его сна. Само присутствие Иисуса гарантировало им безопасность. Однако Он поднялся и повелел разбушевавшейся стихии утихнуть. Эта «притча в действии» натолкнула учеников на вполне естественный и уместный вопрос: «Кто же это?» Ответ в том, что стихиями повелевает Бог, а Его сила и власть проявлялись в Иисусе. Однако ученики еще только начинали понимать это (см.: Пс. 88:9,10; 92:3,4; 105:8,9; 106:23–32; Ис. 51:9,10).
8:26–39 Гадаринский бесноватый (см.: Мф. 8:28–34; Мк. 5:1–20). Когда Иисус и Его ученики приплыли на восточный берег озера, их встретил человек, явно одержимый злыми духами, который внутренним зрением увидел Божественную природу Иисуса. Его состояние по своим симптомам напоминало то заболевание, которое на современном медицинском языке называется маниакально–депрессивным психозом. В древности существовал единственный способ сладить с таким больным — это держать его подальше от людей, под строгим надзором. Но этот несчастный пресекал какие–либо попытки контроля со стороны. Он чувствовал, что им движет множество совершенно противоположных импульсов и что он одержим огромным количеством бесов (в римском легионе обычно насчитывалось около пяти тысяч солдат).
Пожалев бесноватого, Иисус повелел злым духам выйти из него. Человек видел, что бесы оставили его, переселившись в находившееся поблизости стадо свиней, которое стало проявлять признаки одержимости.
Пастухи были напуганы и встревожены случившимся и немедленно попросили Иисуса удалиться от них. Они не смогли осознать милосердие Бога, освободившего человека от недуга. Поэтому Иисус велел исцеленному оставаться дома. Если люди испугались Иисуса, то, быть может, они послушают рассказ человека, которого давно знают и который сможет поведать им о том, как Божья милость через Иисуса исцелила его.
Многие толкователи удивляются, что Иисус позволил бесам погубить целое стадо свиней, от которых зависело благосостояние их пастухов. На это можно возразить, что один человек гораздо более ценен, чем целое стадо свиней. Другие предлагают такое решение вопроса: свиньи были напуганы воплями бесноватого, и поэтому бросились в воду. Однако было бы неразумно отвергать объяснение, предложенное самими евангелистами.
Примечания. 26 Название местности не совсем ясно для нас. Существовал город «Гераса», расположенный примерно в 30 милях (40 км) к юго–востоку от озера, которое вряд ли могло простираться так далеко. Возможно, фраза означает «Земля чужаков [то есть язычников]», что и было принято за название местности. В некоторых рукописях значится Гадара (крупный город этого региона, в 6 милях [10 км] от озера; так полагает и евангелист Матфей) или Гергеса (современная Керса), расположенная на побережье, которая, очевидно, и была тем самым местом. Под гробами тут подразумеваются пещеры, в которых иногда жили люди. 31 Бездна — место, где заключены злые духи (Отк. 9:1–11). 32 Поскольку говорится именно о свиньях, очевидно, земля принадлежала язычникам.
8:40—56 Воскрешение дочери Иаира и исцеление женщины, страдающей кровотечением (см.: Мф. 9:18–26; Мк. 5:21–43). Вернувшись на западный — иудейский — берег, Иисус узнал, что Его ищет начальник местной синагоги по имени Иаир, у которого серьезно заболела единственная дочь. По дороге к дому Иаира произошел некий случай, позже укрепивший в вере самого Иаира (хотя отсрочка заставила его тревожиться за судьбу ребенка): к Иисусу попыталась приблизиться женщина, страдающая кровотечением, которая с ритуальной точки зрения считалась нечистой. Однако она обладала достаточно сильной верой, чтобы полагать, что простое прикосновение к Иисусу поможет ей полностью исцелиться. В наше время веру такого рода могли бы посчитать суеверием, однако Христос был другого мнения. Нельзя думать, что от ее прикосновения исцеляющая сила вышла автоматически, поскольку Господь контролировал ее проявление. Но Он ответил на искреннюю веру женщины, открыто обратился к ней, чтобы дополнить исцеление, вернуть ей самоуважение и установить личные отношения. После этого женщина не стала бы относиться к Нему как к волшебнику–целителю.
Задержка в пути оказалась роковой, и теперь появились посланные сообщить, что за это время дочь Иаира умерла. Однако Иисус уверил начальника синагоги, что это еще не конец. Войдя в дом, Он подошел к умершей девочке и одной фразой вернул ее к жизни. Конечно, такое чудесное исцеление вряд ли могло оставаться полным секретом для людей, однако Иисус не хотел, чтобы эта история выходила за рамки узкого семейного круга: никому не следовало знать, что же произошло в комнате больной и была ли девочка действительно мертва. Иисус опасался, что люди начнут испытывать по отношению к Нему суеверный ужас, посчитав Его чародеем, вместо того чтобы поверить в Него как в Спасителя, Который открывает людям Божью любовь через великие свершения.
Примечания. 41 Начальник синагоги был ответственным за проведение богослужений и чтение проповедей, остальное делал служитель (4:20). 42 Попытки отрицать факт смерти девушки к моменту появления Христа противоречат смыслу всей истории (ср.: ст. 49). 43 Лука опускает подробности (указанные в Евангелии от Марка) о том, что женщина безрезультатно посетила множество врачей. Возможно, таким образом Лука хотел сократить историю. Кроме того, он пытался избежать излишней критики в адрес врачей. 52 Погребение умерших на Древнем Востоке совершали почти сразу после их смерти (ср.: Деян. 5:5–7), поэтому плакальщики в доме Иаира постарались как можно быстрее приступить к своим обязанностям. 55 Христос велел накормить воскресшую девочку только для того, вероятно, чтобы родственники удостоверились, что она ожила. Это могло быть также продиктовано проявлением заботы со стороны Иисуса.
9:1–50 Иисус Христос и двенадцать апостолов
9:1—9 Миссия двенадцати апостолов (см.: Мф. 10:5–15; 14:1–12; Мк. 6:7–29). Распространение учения Христа вызвало одновременно необходимость и возможность наставить двенадцать апостолов в проповеднической деятельности. Он разделил с ними власть проповедовать и исцелять больных, данную Ему Богом. Им следовало жить как можно скромней (очевидно, чтобы избежать возможных обвинений в том, что посредством проповеднического труда они зарабатывают деньги, а также для того, чтобы не допустить путаницы в том случае, если их примут за обычных путешественников, не отличавшихся излишней щепетильностью). (По версии Марка Иисус разрешил ученикам брать с собой посох:, очевидно, более поздние последователи Христа трудились в условиях, которые были тяжелее, чем тогда в Галилее.) Они не должны были выбирать удобные места и гостеприимных хозяев. Если их отказывались принять в каком–либо городе, им следовало отрясти прах со своих ног — по обычаю иудеев, покидающих языческие поселения. Подобное действие символизировало, что жители города сами отделились от истинного Израиля.
Между рассказами о начале странствий апостолов и об их возвращении к Учителю Лука поместил замечания о том, что думали об Иисусе разные люди. Таким образом, он подошел к вопросу, прозвучавшему в стихе 18. Надежда на возвращение Илии была основана на Мал. 4:5,6 (ср.: Лк. 1:17).
Ирод Антипа чувствовал себя виноватым в смерти Иоанна Крестителя. Поэтому он испугался: не Иоанн ли вернулся из мира мертвых, чтобы покарать его? Этим и объясняется его желание увидеться с Иисусом лично (ср.: 23:8). Ирод хотел удостовериться, что Иисус и покойный Иоанн — не один и тот же человек (ср.: Мк. 6:16). Похоже, что Лука многое знал об Ироде, возможно, от Иоанны, жены Хузы (8:3).
9:10—17 Насыщение пяти тысяч (см.: Мф. 14:13–21; Мк. 6:30–44; Ин. 6:1–14). Когда двенадцать апостолов вернулись после совершения первой попытки миссионерской деятельности, Иисус взял их с Собой за город, чтобы они отдохнули. Однако за ними следовало множество людей, и тогда Иисус Христос воспользовался случаем, чтобы побеседовать с ними о Царстве Божьем. К концу дня ученики начали беспокоиться, что люди проголодались, а у самих апостолов практически не было ни денег, ни еды. История о том, как Иисус чудесным образом использовал имеющийся провиант, служит для демонстрации Его силы. Марк и Иоанн более других евангелистов подчеркивают, что через это чудо Иисус открывается верующим как Податель всех благ, необходимых людям.
Примечания. 10 Вифсаида находилась неподалеку от Капернаума и была местом назначения апостолов после чуда с насыщением (так и в Мк. 6:45). Следовательно, само чудо произошло где–то неподалеку. 12 Только у Луки упоминается о том, что люди должны были где–то устраиваться на ночлег. Для этого они разбивали лагерь или просились переночевать к жителям близлежащих деревень. 16 Благословляя хлебы, Иисус мог использовать классическую иудейскую форму — «Благословен Господь Бог наш, Царь мира, подающий нам хлеб».
9:18—27 Личность Иисуса и Его судьба (см.: Мф. 16:13–28; Мк. 8:27 — 9:1). Лука опускает истории, описанные в Евангелиях от Матфея и Марка между чудом с пятью тысячами хлебами и исповеданием Петра. Очевидно, Лука полагал, что читатели уже достаточно узнали, чтобы оценить слова Петра, от лица всех остальных учеников теперь признавшего Иисуса Христом (Помазанником Божьим, или Мессией), а не просто пророком (даже таким, который мог воскреснуть из мертвых). Запретив им кому бы то ни было говорить об этом, Иисус тем самым согласился с утверждением Петра. Но при этом Он хотел оставить все в тайне, потому что все еще существовала опасность, что слово «Мессия» вызовет у людей тщетную надежду, что Он станет политическим вождем.
Однако теперь пришла пора узнать нечто принципиально новое. Как Мессии Ему суждено претерпеть страдания и смерть и затем воскреснуть из мертвых. Как и остальные иудеи, ученики не представляли, что с Мессией может случиться что–либо подобное. Вероятно, Иисус сравнил Себя со многими праведниками, которым пришлось пострадать из–за своего послушания Господу, и признал Себя Страдающим Рабом, о котором говорилось в пророчестве Ис. 53. Если ученики не сразу это поняли, то неудивительно, что им потребовалось немало времени, чтобы осознать: ученикам Мессии также следует быть готовыми к страданиям. Иисус учил, что если люди будут заботиться о спасении только своей земной жизни, они потеряют нечто неизмеримо более важное — спасение для вечной жизни в Царстве Божьем. Если они будут готовы отдать свои жизни за Него, Он поможет им обрести вечную жизнь с Ним на небесах. Те же, которые любили и берегли себя больше Христа, в день суда будут отвергнуты Им.
Примечания. 22 Иисус часто называл Себя Сыном Человеческим (ср.: 5:24; 6:5,22; 7:34). По мнению иудеев, Мессия должен был принадлежать к роду человеческому. Однако в Дан. 7:9—22 Сын Человеческий — Небесное, Божественное существо, и это точнее отражает роль Иисуса. Понятия Иисуса о предстоящей Ему миссии были также отличны от распространенного у иудеев представления о Мессии, поэтому опять же следовало избегать открыто именовать Себя Мессией.
Выражение «Сын Человеческий» может, оказывается, трактоваться по–разному. В арамейском языке такое обращение вполне могло использоваться для указания на себя как типичного представителя человеческого рода. Некоторые ученые полагают, что именно так и следует воспринимать эти слова Иисуса. Однако несомненна связь этой фразы со словами пророка Даниила, у которого Сын Человеческий, напротив, обладает вечной властью. В Евангелии говорится, что эта власть проявляется в смирении, и Его либо не узнают, либо отвергают. Иисус одновременно проявляется и как Страдающий Раб и как Божественный Сын Человеческий. 27 Вряд ли Иисус здесь имел в виду наступление конца времен, говоря о Царствии Божием. Скорее, Он подразумевал, что некоторые из Его последователей еще на земле увидят наступление Царства Божьего в Его служении или в жизни Церкви. Преображение Иисуса воспринимается как одно из исполнений сказанного Им.
9:28—36 Преображение Иисуса (см.: Мф. 17:1–8; Мк. 9:2–8). Только Лука упоминает о том, что Иисус молился перед тем, как преобразиться. Таким образом, евангелист подчеркивает Его связь с горним миром. Возможно, смысл этого эпизода в том, чтобы показать, как духовно прозрели ученики Иисуса, когда увидели, что на самом деле происходит, когда Он общается со Своим Отцом (ср.: 4 Цар. 6:17). Его одежды и лицо воссияли небесным светом, а рядом с Ним ученики увидели двух праведников, давно уже умерших. Моисей и Илия символизировали закон и пророческое служение, оба они, согласно ожиданиям, должны были появиться в конце времен. Они говорили с Иисусом о Его исходе (греч. exodos), то есть о грядущих смерти и воскресении, тем самым подтверждая сказанное Иисусом ранее (22). Петр хотел устроить три кущи (шалаша) для Христа и Его собеседников, чтобы почтить их и предоставить им кров. Однако автор настаивает на том, что Петр не вполне верно понял происшедшее. Смысл увиденного учениками заключался в облаке (символ присутствия Бога) и голосе с неба, повторившем сказанное во время крещения Иисуса (3:22), но на этот раз — обращаясь к ученикам. Потому что Иисус, Которого Петр недавно признал Мессией, на самом деле был Сыном Божьим. А Его крестные муки и смерть являли Его славу и милосердие. Следовательно, ученики должны были повиноваться Ему — и только Ему. Лука опускает разговор учеников между собой во время спуска с горы.
9:37—50 Поучения в долине (см.: Мф. 17:14–23; 18:1–5; Мк. 9:14–41). В этой заключительной части повествования о служении Иисуса в Галилее описаны несколько случаев, показывающих, что апостолы нуждались в ободрении и наставлении.
37–43а В первой истории говорится о мальчике, страдавшем эпилепсией и бесовской одержимостью. Его приводили на исцеление к тем апостолам, которые не присутствовали при преображении Иисуса на горе, и они не смогли ему помочь, хотя обладали даром исцеления (9:1). Иисус высказал Свое разочарование слабостью веры и извращенностью людей, которым требовалось Его присутствие, без которого у них не получалось прибегать к Божественной силе. Факт исцеления люди расценили как откровение о величии Божьем.
43—45 По контрасту с окончанием предыдущей истории звучат обращенные к ученикам слова Иисуса о неизбежности Его страданий и смерти. Как и Марк, Лука подчеркивает неспособность учеников понять слова Христа, но он объясняет, что их духовная слепота в данном случае была по воле Божьей.