Новый Библейский Комментарий Часть 3 (Новый Завет): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Павел отвечает на требование коринфян относительно рекомендательных писем, которые должны быть у него по прибытии в Коринф. Вероятно, это была идея лжеапостолов, которые подняли свой голос против Павла. 1,2 Павел считает, что такие одобрительные письма не нужны в принципе, потому что сами коринфяне подобны такому письму: Вы — наше письмо, написанное в сердцах наших. Само существование церкви в Коринфе, несомненно, свидетельствует о действенных результатах его служения. 3 Эта церковь — письмо Христа, написанное на скрижалях сердец коринфских верующих, но не чернилами, а Духом. По благодати Божьей, это письмо стало одобрением служения, которое и создало его. Хотя при определенных обстоятельствах верное служение не венчается очевидными успехами, данное наблюдение не должно быть оправданием неэффективного служения в других условиях. Обычно о нашем служении судят по достигнутым результатам.

3:4—6 Служители нового завета

4,5 Здесь Павел отвечает на вопрос, который сам задал в 2:16, показывая, что его полномочия исходят от Бога. В этом нет ложной скромности, но скорее трезвая оценка того факта, что духовная работа может быть совершена только при помощи силы, которой Бог наделяет человека через Свой Дух. 6 Деятельность Павла в рамках нового завета–договора — это служение не буквы, но духа. Здесь подчеркивается контраст между законом Моисея и Святым Духом, т. е. исходные черты старого и нового завета, соответственно. Буква убивает в той мере, в какой она произносит суд на тех, кто нарушает закон. Дух животворит, потому что в условиях нового завета грехи прошены, а народ Божий под действием Духа может жить для Бога.

3:7—18 Два разных по характеру служения

В данном разделе Павел использует тексты Исх. 34:29–32 (7–11) и 34:33–35 (12–18), особо подчеркивая разницу между служением нового и старого заветов, чтобы продемонстрировать верховенство нового завета. Главная цель Павла состоит в том, чтобы пролить свет на служение славы, которое было ему доверено, и тем самым объяснить, почему, несмотря на многочисленные трудности, он не упал духом (ср.: 4:1).

7–11 В Исх. 34:29–32 говорится о славе, которая сопровождала дарование закона, о славе, отраженной в сияющем лице Моисея и вселившей страх в сердца израильтян. Павел признает, что старый завет был явлен в величии красоты и славы, но он размышляет и о том, что новый завет должен быть окружен еще большими славой и великолепием. Превосходство нового завета обосновывается при помощи трех аргументов: служение духа гораздо более величественно и славно, чем служение смертоносным буквам, начертанное на камнях (7,8); служение оправдания более славно, чем служение осуждения (9); а пребывающее служение прекраснее преходящего (11). Служение старому завету, в котором закон осуждал преступавших его, сошло на нет с пришествием Христа. Служение нового завета осуществляется силой Духа; оно дает возможность человеку занять правильную позицию перед Богом, и это непреходяще, потому что это служение не будет заменено другим.

12—18 В Исх. 34:33—35 рассказывается, как Моисей закрыл лицо после представления закона Божьего израильтянам, чтобы они не смогли увидеть его сияния. Павел объясняет это попыткой скрыть от израильтян природу озаряющей все вокруг славы, которая сопровождала старый завет, а также противопоставляет отсутствие смелости у Моисея своему дерзновенному служению новому завету (12,13). Он также усматривает в покрывале, сокрывшем лицо Моисея, нечто, напоминавшее неснятое покрывало, которое мешало многим современникам Павла иудейского происхождения проникнуть в суть закона Моисея, когда они читали его в синагоге (14,15). Верующие, обратившие свои сердца к Господу, сбросили это духовное покрывало (16), и с открытым лицем взирают на славу Господню, преображаясь в тот же образ (18).

Подчеркивая преимущественную славу служения нового завета, Павел стремится в первую очередь объяснить, почему он столь дерзновенен и крепок духом в своем служении (12; ср.: 4:1). Возможно, при этом он хотел противопоставить свое служение учению оппонентов в Коринфе, которые придавали огромное значение своему иудейскому происхождению (ср.: 11:216,22).

4:1—6 Цель служения Павла

1,2 Павел не падает духом и не унывает, поскольку ему доверено великое служение. Вследствие этого он отвергает любые нечестные методы, скрытные постыдные дела. Он не искажает слова Божьего (т. е. не смешивает его с чуждыми ему идеями; ср.: коммент. к 2:17), утверждая истину. Хотя нам нужно стремиться простыми словами объяснять людям истину на понятном им языке и в конкретной ситуации, мы, как и Павел, не должны манипулировать словом, стремясь сделать это слово действенным. Представленное без искажений и под руководством Святого Духа, слово Божье выполнит назначенную ему Богом роль (ср.: Ис. 55:10,11).

3,4 Говоря о тех, для кого закрыто благовествование его, Павел прежде всего имел в виду своих современников–иудеев, которые не поняли, что их собственные Писания указывают на Христа (ср.: 3:14,15), ибо их разум был ослеплен «богом века сего». Вместе с тем, как ясно из других ссылок во 2 Кор., Павел ни коим образом не рассматривал действия бога века сего (сатаны) как направленные исключительно на иудеев (ср.: 2:11; 11:3,14). Те, чей ум ослеплен, не в состоянии увидеть свет Евангелия, благовествование о славе Христа, Который есть образ Бога невидимого. Когда Павел говорит о Христе как об образе Бога, он, возможно, имеет в виду Его человеческую природу (ср.: Быт. 1:26: «Сотворим человека по образу Нашему, по подобию Нашему») или Его трансцедентность (премудрость иногда персонифицировалась в образе Бога; ср.: Прит.; Кол. 1:15—20). 5,6 Если Евангелие призвано возвестить славу Христа, тогда Павел проповедует не о себе (как, возможно, делают другие), но несет весть об Иисусе Христе, рассматривая себя рабом тех, кому он проповедует. В основе служения Павла лежит данная ему привилегия познания славы Божией в лице Иисуса Христа (которая первоначально открылась ему на дороге в Дамаск). Мы можем проповедовать Христа другим лишь тогда, когда сами встретимся с Ним.

4:7—12 Сокровища в глиняных сосудах

7 Несущие сияние света Евангелия сравниваются с глиняными сосудами — недорогими и хрупкими; тем самым подчеркивается, что сила, высвобождающаяся через проповедь Евангелия, приписываема Богу, а не нам. 8–12 Этот принцип иллюстрируется целым рядом заявлений (отовсюду притесняемы, но не стеснены…) и призван показать, что сила Божья не только поддерживает Павла, но действует через него, чтобы принести жизнь другим (смерть действует в нас, а жизнь в вас). О жизни и смерти здесь говорится не в каком–то мистическом смысле, но в прямом и конкретном значении этих слов, так как в ходе своего служения Павел постоянно сталкивался со смертью лицом к лицу (ср.: 1:8—10; Рим. 8:36), но одновременно он ощущал в себе животворящую силу Христа, которая действовала в нем и через него.

4:13–15 Дух веры

Цитируя псалмопевца, который, поддерживая свою веру среди страданий и скорбей, сказал: «Я веровал, и потому говорил» (Пс. 115:1), Павел относит эти слова к себе: …я веровал и потому говорил. Именно вера, которая воскрешает мертвых, помогала Павлу продолжать проповедь Евангелия в осознании того, что это принесет пользу его слушателям и благодарение Богу.

4:16 — 5:10 Упование Павла на вечные ценности

16–18 Хотя Павел испытывал много трудностей, притеснений и невзгод в своей жизни (ср.: ст. 7—12), он не отчаивался, но постоянно (со дня на день) обновлялся духовно. В любом случае, жизненные обстоятельства — это кратковременное легкое страдание — несоизмеримы с грядущей вечной славой. Павел испытывал страдания в этом преходящем мире в предвкушении доселе невиданной славы грядущего.

5:1—10 Именно в этом ключе Павел продолжает объяснять, что взор его устремлен в грядущее, когда земной наш дом, эта хижина, разрушится. 1 Толкование этого стиха определяется в значительной степени тем, как понимать весь отрывок 5:1—10. В контексте всего отрывка 4:16 — 5:10 разрушение «земной хижины» относится к физической смерти. Павел предвидит, что его страдания могут быть столь обширными, что приведут к смерти. Сознавая, что земное его тело может быть легко разрушено, он напоминает своим читателям: …мы имеем от Бога жилище на небесах, дом нерукотворенный, вечный. Для понимания этого стиха важное значение имеет параллелизм, используемый здесь. Земное, преходящее, которому угрожает уничтожение (1а), должно быть заменено вечным (1б). Если под «земным» понимается физическое тело, тогда под «вечным» следует понимать другое, воскресшее тело верующего (ср.: Рим. 8:18—23). 2—5 Павел говорит о своем страстном желании освободиться от бремени, которое несет его земное тело. Речь идет не о бестелесном существовании, о котором мечтают гностики, — он стремится к жизни в воскресшем теле. Именно это он имеет в виду, когда пишет: …не хотим совлечься, но облечься, чтобы смертное поглощено было жизнью. Это предназначил для нас Бог, когда сотворил нас, гарантировав верующим достижение этой цели и даровав им залог Духа. 6—8 До этого момента Павел говорил об уничтожении земного тела, которое компенсируется появлением воскресшего тела, но без единого намека на то, что первое предшествует второму. Здесь (возможно, вследствие все возраставшей в нем уверенности, что он лично может испытать смерть до общего воскресения) апостол обращается к этой теме. Во–первых, Павел снова подтверждает свою веру в Бога, Который укрепляет его дух (ср.: 2:14; 3:4,12; 4:1,16), и он ясно осознает, что его нынешняя ситуация позволяет желать чего–то еще: …водворяясь в теле, мы устранены от Господа. Что это означает, разъясняет ст. 7, где Павел добавляет: …мы ходим верою, а не видением. Это позволяет полагать, что слова «в теле» означают, что Бог, с одной стороны, не доступен нашему взору (и в этом смысле «мы устранены от Господа»), а с другой — доступен, но только через веру. Он продолжает говорить, что предпочел бы выйти из тела и водвориться у Господа, потому что в таком состоянии Господь был бы доступен его взору уже не только по вере. Таким образом, Павел, по–видимому, признает, что ему предстоит испытать опыт бестелесного существования, если он умрет до второго пришествия Христа. Он ничего не говорит о том, как ему представляется это бестелесное существование. Далее, в ст. 9,10 апостол подчеркивает нечто гораздо более важное, чем это.

9,10 В конечном итоге, более важным представляется не рассуждение о нашем предполагаемом будущем состоянии, но решение быть… угодными Богу независимо от состояния, в котором мы находим себя: Ибо всем нам должно явиться пред судилище Христово, чтобы получить соответствующее воздаяние — доброе или худое. В данном контексте выражение что он делал, живя в теле, может относиться только к тому, что совершал человек в жизни. Мы ответственны перед Господом за свои действия и, следовательно, получим соответствующее воздаяние — вознаграждение или наказание.

5:11 — 7:4 Служение примирения

В этой центральной части послания Павел призывает коринфян примириться с Богом и открыть свои сердца ему, их апостолу. Прежде всего он отвечает на критику, которая произносилась в адрес его служения (5:11 — 15), а затем подводит богословскую базу, на которую опирается концепция примирения (5:16–21). Затем он обращается к ним с призывами о примирении (6:1–13; 7:2–4), в промежутке между которыми побуждает их стремиться к святой жизни (6:14–7:1).

11 Павел призывает их действовать честно и открыто во всех своих попытках преподнести людям евангельскую истину. Его побуждения определяются благоговейным страхом Божьим, его открытостью перед Богом. 12 Предвидя, что противники могут усмотреть в его словах просто желание снова похвалить себя, Павел показывает, что стремится дать возможность своим читателям ответить тем, кто его критикует. 13 Далее он утверждает, что если действительно все выглядит так, будто он «безумен», то это ради Бога, но когда он «в здравом уме», то «это» для них, для их пользы. 14,15 Он подтверждает, что не мог бы не служить Христу и прилагает к этому служению все силы, поскольку им движет любовь Христа. Он убежден, что Христос умер за него, и теперь он хочет жить не для себя, но для Него. Здесь раскрывается двусторонняя мотивация служения Павла, которая должна быть воспринята и нами в нашем служении Господу. С одной стороны, Павел осознает свою ответственность, а потому движим здоровым чувством страха Божьего (11), с другой, он знает о великой любви Христа и не может жить иначе, чем для Того, Кто умер и воскрес ради него (14,15).

16,17 Как результат смерти и воскресения Христа, Павел обрел новое видение: …отныне мы никого не знаем по плоти, т. е. не судим по человеческим понятиям. Те ценности и достижения, которым некогда Павел придавал большое значение, теперь он не считает важными (ср.: Флп. 3:4–8). Это также означает, что он по–иному смотрит на Христа. До своего обращения он судил о Христе исключительно на основании человеческих критериев, что привело его к ложному выводу, теперь же не так. Озарение открыло ему важную истину: Итак, кто во Христе, тот новая тварь; древнее прошло, теперь все новое. Быть во Христе — значит стать причастным к новому творению. Истина заключается в том, что время для преобразования старого в новое еще не пришло (ср.: Рим. 8:18–25; Гал. 5:16–26). Однако в данном отрывке подчеркивается именно новизна жизни во Христе, а не то напряженное промежуточное состояние новой твари, которая еще живет, отчасти находясь в прежнем состоянии.

18—20 Об этом новом состоянии, в котором уже пребывают верующие, Павел говорит: Все же от Бога, поскольку именно от Бога исходит инициатива примирить нас во Христе с Собой, не вменяя нам вину наших преступлений. Примирившись с нами, Бог дал нам служение примирения, чтобы через нас, как Его посланников, призвать и других к примирению с Ним. Они должны откликнуться на этот призыв, дабы также пережить опыт примирения. Таков язык евангелизма, но удивительно, что Павел обращается к тем, кого привел к вере, со словами, которые получат свое дальнейшее разъяснение в 6:1,2,11 — 13 и 7:2–4.

21 Прежде чем продолжить обращение к коринфянам, Павел формулирует свою мысль о сути служения Христа в крайне лаконичной и глубокой по своей сути фразе: Ибо не знавшего греха Он сделал для нас жертвою за грех. Предлагались разные толкования этого положения: Христос сделался грешником; Он стал жертвоприношением за грех; Он понес на Себе следствие наших грехов. Первое предположение необходимо отвергнуть сразу же. Второе может получить поддержку в обращении Павла к терминологии жертвоприношений в других его посланиях (ср.: Рим. 3:25; 1 Кор. 5:7) и в том, что в греч. версии текста Лев. 4:24 и 5:12 слово, переведенное здесь как грех, используется в значении жертвоприношения. В пользу третьего толкования свидетельствует текст Гал. 3:13, где Павел говорит о смерти Христа с позиций того, что Он несет последствия наших грехов: «Христос искупил нас от клятвы закона, сделавшись за нас клятвою, — ибо написано: проклят всяк, висящий на древе». Такое толкование далее подкрепляется следующим соображением: утверждение о том, что не знавшего греха Бог сделал грехом, уравновешивается противоположным заявлением: …чтобы мы в нем сделались праведными пред Богом. Если праведность перед Богом означает, что Бог совершил суд в нашу пользу и рассматривает нас праведными, т. е. в правильных отношениях с Ним, тогда «стать грехом» — как противопоставление этому — подразумевает, что Бог осудил Христа (поскольку Он взял на Себя наши грехи; ср.: Ис. 53:4—6,12), в результате чего Его отношения с Богом мгновенно и совершенно непостижимо для человеческого разума разорвались (ср.: Мф. 27:46). В таком случае неудивительно, что любовь Христа была столь великой движущей силой в жизни Павла; когда же мы осознаем всю глубину этой истины о любви Христа, она станет такой же движущей силой и в нашей жизни.

6:1,2 Павел увещевает своих читателей, чтобы благодать Божия не тщетно была принята ими, чтобы она не омрачалась критикой Евангелия или того, кто донес эту весть до них. Подчеркивая важность своего призыва, Павел напоминает им, что для них наступило время благоприятное (в смысле принятия благодати Божьей) и что они не должны принимать ее впустую.

3—10 Павел подчеркивает также, что метод его благовествования не должен служить камнем преткновения, способным помешать их принятию благодати Божьей. Он стремится представить себя как слугу Божьего, который претерпевает всяческие невзгоды (4б,5) и действует сообразно своей совести (6,7), независимо от того, доставляет ли это радость, или огорчения (8–10). Во всех жизненных обстоятельствах и в своем христианском служении мы должны действовать честно. В противном случае, наши собственные жизни могут стать камнем преткновения для всех, кому мы призваны нести Благую весть.

6:14 — 7:1 Павел здесь несколько отклоняется от темы: он призывает своих читателей не иметь ничего общего с язычниками, но жить святой жизнью, почитая Бога. Призыв не преклоняться под чужое ярмо с неверными означает здесь «не принимать участия в идолопоклонстве с неверующими». Это ясно выражено посредством пяти риторических вопросов, которые следуют в ст. 14б–16, особенно в одном из них: Какая совместность храма Божия с идолами? (16б). Верующие не могут принимать участия в языческих богослужениях, поскольку они — «храм Бога живого» и Бог сказал: …вселюсь в них и буду ходить в них. Никто не может одновременно быть с Богом и участвовать в языческом поклонении, а потому верующие не должны иметь ничего общего с идолопоклонством. Павел подчеркивает эту мысль, ссылаясь на ветхозаветные тексты, в которых Бог призывает отделиться от всего нечистого, а также на обетования Бога стать Отцом тем, кто оставит практику идолопоклонства (17,18). В свете этих обетовании Павел призывает своих читателей отделиться от всего, что мешает сосредоточиться на Боге, совершая святыню в страхе Божием (7:1). Эта вставка целого раздела ставит проблемы перед читателями, поскольку его связь с предыдущими частями не очевидна, а потому трудно понять, почему Павел поместил эти рассуждения именно здесь. Возможно, он был глубоко озабочен восстановлением братских отношений с коринфянами, а потому напомнил им: этого можно достичь, только если они полностью оставят все, что связывает их с языческим культом. Не исключено также, что он предупреждал своих читателей: если они присоединятся к его противникам и воспримут Евангелие, которое проповедуют лжеапостолы, это будет равносильно их переходу на сторону сатаны (Велиара). Вполне возможно также, что Павел просто перешел от одной темы к другой без всякой логической связи между ними. Большинство людей, когда пишут письмо, могут перескакивать с одной темы на другую совершенное непроизвольно, и, возможно, Павел поступил здесь именно так.

2—4 После отступления в 6:14 — 7:1 Павел снова призывает к полному примирению между ним и коринфянами, при этом подчеркивая, что со своей стороны уберет все преграды, которые могли бы препятствовать такому примирению: Мы никого не обидели, никому не повредили, ни от кого не искали корысти. Далее, в своем стремлении к полному примирению, апостол уверяет, что они всегда присутствуют в его сердце, он доверяет им и гордится ими (3,4а), он слышал хорошие новости о них от Тита (относительно их реакции на его «жесткое» письмо к ним), а посему он переполнен… радостью. Здесь Павел на практике своих взаимоотношений с коринфянами продемонстрировал то, что проповедовал другим. Доверие к нам, как миротворцам, вестникам примирения, зависит отчасти от того, являемся ли мы сами таковыми в своих взаимоотношениях с другими.

7:5—16 Радость Павла после разрешения кризисной ситуации