Новый Библейский Комментарий Часть 3 (Новый Завет): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

10 Истинное значение любви и истинный источник жизни ясно были показаны на кресте тем, что не мы возлюбили Бога. Мы никогда не поймем этой любви по–человечески (мы — усиление; не мы возлюбили). Мы находим ее в том, что Бог возлюбил нас и послал Сына Своего в умилостивление за грехи наши. Чтобы увидеть до конца, что означает та любовь, нужно осознать себя грешниками и, таким образом, объектами Божьего гнева, а также теми, за кого умер Христос. «Не находя никакого противоречия между любовью и милостью, апостол выражает мысль о любви, указывая на умилостивление» (J. Denney, The Death of Christ [Hodder and Stoughton, 1905], p. 276). Один из самых известных парадоксов Нового Завета заключается в том, что именно Божья любовь отвращает Божий гнев от нас, и именно в этом мы видим, что есть истинная любовь. 11 Это имеет свои последствия. Когда мы видим, как любит Бог, то и мы (это слово подчеркнуто) должны любить друг друга. Источник нашей любви к другим — Божественная любовь, явленная нам в искупительной жертве Христа. Христиане любят не потому, что все, с кем они встречаются, очень привлекательные люди, а потому, что Божья любовь изменила их и сделала любящими. Теперь они, будучи христианами, любят потому, что для них естественно любить. 12 Любовь к людям очень важна, потому что это следствие любви к Богу и показатель, что Бог в нас пребывает. То, что Бога никто никогда не видел (см.: Ин. 1:8), не опровергает видений в Ветхом Завете (напр.: Исх. 24:11). Но эти видения были частичными и неполными. Именно во Христе мы видим Бога. И когда мы любим, Бог обитает в нас. Действительно, любовь Его совершенна (т. е. достигает своей цели) в нас есть. Какое головокружительное утверждение!

4:13—16 Жизнь в любви. 13 Иоанн уже говорил, что именно «по духу» мы узнаем, что «Он пребывает в нас» (3:24). Теперь он добавляет еще и мысль о том, что мы пребываем в Нем. Обе мысли важны, и обе особенно подчеркнуты в этом послании. 14 Как и в 1:2, автор обращается к тому, что мы видели. Мысль о свидетельстве все больше вырисовывается по мере приближения к концу послания. Глагол «свидетельствовать» встречается в 1:2, здесь и четыре раза в главе 5, а существительное «свидетельство» мы находим в главе 5 шесть раз. Суть свидетельства заключается в том, что Бог послал Сына Спасителем миру (это выражение встречается в Новом Завете в этом месте и в Ин. 4:42). Слово Спаситель отражает все аспекты деятельности Христа для грешников, а мир — объединяет в себе все народы. Это великое спасение. 15 Но спасаются не все. Искупительная жертва Христа достаточна для всего мира, но для того чтобы получить это спасение, необходимо исповедовать, что Иисус есть Сын Божий. И потом только начинаются взаимоотношения Бога и верующего.

16 Нигде больше мы не читаем о «познании» любви и о «вере» в любовь (в NIV греч. pepisteukamen переведено как полагаться на, но основное его значение — «мы уверовали»). Честно говоря, мысль о «познании» любви еще можно найти, например, в ст. 10, но выражение «уверовать в любовь Божью к нам» — очень необычно. Любовь Бога никогда не проявляется таким образом, чтобы ее можно было увидеть мирским умом. Именно верующие люди, и только они, могут видеть ее. Иоанн повторяет величайшую мысль из ст. 8: Бог есть любовь, и подводит итог: жить в любви — значит жить в Боге. В любви к грешникам нет ничего человеческого, и наличие такой любви указывает на Божье присутствие.

4:17—21 Совершенство любви. 17 Присутствие в нас Бога приводит к тому, что любовь «становится совершенной среди нас» (NRSV). Все это для того, чтобы иметь дерзновение в день суда, и это — основа доверия. В мире сем, как Он: мы дети Отца и Иисус — образец для нас. Мир не приветствовал Христа, он не приветствует и его последователей. Но в день суда Судья покажет все в истинном свете.

18 Мысль о доверии развивается в отрицании страха. Это слово трижды встречается в этом стихе и один раз используется слово боящийся. Нигде в послании оно больше не повторяется; здесь делается особый акцент на страхе. Для верующих нет необходимости бояться, так как совершенная любовь изгоняет страх. Страх и любовь — несовместимы, в страхе, продолжает Иоанн, есть мучение, но совершенная любовь Бога успокаивает нас. Его любовь убеждает нас, что мы спасены, а не наказаны. Если мы боимся, то тем самым показываем, что мы не совершенны в любви (совершенство любви приводит к доверию даже в день суда; ст. 17).

19 Будем любить, в смысле особенной христианской любви, любви безусловной, которая естественно проистекает от Любящего и не зависит от достоинства того, кого Он любит, любит только потому что Он прежде возлюбил нас. Некоторые читают: «Будем любить Его [Бога]», но это, хотя и верно, все же не подходит по смыслу к этому отрывку. Иоанн говорит о том, что мы должны любить всех, а не о том, чтобы любить Бога. 20 Говорить: «я люблю Бога», в то время как ты ненавидишь брата (брата–христианина? брата–человека?), означает, что ты — лжец. Любовь к Богу проявляется в любви к людям; если ее не хватает для последних, то тем более не хватит для Создателя. Иоанн говорит даже больше того: всякий не любящий брата своего, не может любить Бога. Он проводит отличие между братом, которого видишь, и Богом, Который невидим. Утверждать, что любишь невидимое, тогда как не можешь любить видимого, — всего лишь тешить свое воображение.

21 Иоанн завершает этот раздел напоминанием о заповеди, которую мы имеем от Него, где от Него — относится как к Богу, так и к Христу. Как обычно, Иоанн здесь не делает четкого разделения. Он уже говорил о заповеди любви (3:23) и теперь вновь напоминает нам о том, что любовь — это не наш выбор. Это вполне определенное повеление.

5:1—5 Победа веры

От любви Иоанн переходит к взаимоотношениям с Богом, а затем — к победе. Любовь и вера тесно связаны (см.: 4:16), и верующий побеждает мир.

1 Вера полагается на то, что Иисус есть Христос (эта истина красной нитью проходит через все послание), — и верующий, который имеет такое упование, от Бога рожден. Исповедание Иисуса Христом — результат не человеческого понимания, а Божественного действия (см.: 1 Кор. 12:3). И это же Божественное действие производит любовь к ближним — верующим, так как любовь к Родившему подразумевает и любовь к рожденному от Него. 2 Иоанн продолжает настаивать на том, что любовь к Богу и любовь к людям тесно связаны. Обычно он говорит о том, что любовь к Богу проявляется в любви к людям, а здесь, наоборот: мы любим детей Божиих тогда, когда любим Бога. Любовь к Богу и любовь к людям идут бок о бок и связаны воедино. Практический склад ума Иоанна не позволяет ему просто остановиться на мысли о любви к Богу, и он идет дальше, добавляя: когда мы соблюдаем заповеди Его. Истинная любовь проявляется в исполнении Божьей воли. 3 На самом деле Иоанн может просто сказать, что любовь к Богу в том, чтобы мы соблюдали заповеди Его. Иоанн не формалист, но он осознает, что любовь — это действие; она естественно выражается в том, чтобы делать приятное тому, кого любишь, а что можно найти лучше, чем заповеди Его? Когда Иоанн добавляет: заповеди Его не тяжки (см.: Мф. 11:20), он не имеет в виду, что это очень просто выполнять наши обязательства перед Богом. Скорее всего, он говорит здесь о том, что заповеди Божьи не являются тяжким бременем. Они могут быть трудными, но они приносят радость.

4 Это приводит к победе. Местоимение всякий придает данному утверждению всеобщий характер (см.: 1:1). Слова вера наша (существительное вера встречается только один раз здесь, в 1 Ин.; его нет ни в Евангелии от Иоанна, ни во Втором или Третьем посланиях Иоанна) стоят на последнем месте, чтобы усилить акцент. Победившая — означает окончательную победу, совершенную в прошлом, когда Иисус умер, преодолев зло, и победу каждого верующего, когда он приходит к вере в Него. 5 Риторический вопрос акцентирует наше внимание на вере. Победа приходит к тому, кто верует, что Иисус есть Сын Божий. Еще раз здесь уделяется внимание истинному пониманию Его личности. Здесь мы снова замечаем привычку Иоанна подчеркивать сказанное, используя прием повторения; в этих двух стихах он трижды говорит о победе над миром. Нельзя пропустить этот важный момент.

5:6—12 Свидетельство о Сыне

Поскольку верный взгляд на Иисуса значит так много, важно, чтобы он был подтвержден свидетельством. Иоанн цитирует некоторые свидетельства, которые говорят о том, кем является Иисус.

6 То, что Иисус пришел водою, относится к Его крещению, тогда как кровию — к Его смерти. Во время Своего крещения Он слышал голос с неба и торжественно приступил к выполнению задачи всей Его жизни. Некоторые еретики придерживались мнения, что божественный Христос вошел в Иисуса при Его крещении и оставил Его перед смертью. Иоанн оспаривает это, делая акцент на крови: не водою только, но водою и кровию. Это было (и есть) самое сердце Евангелия. По–видимому, не было никаких сомнений по поводу воды, но кровь — являлась камнем преткновения; еретики не считали возможной смерть божественного Христа. Иоанн выдвигает тот факт, что вода не стоит отдельно. Вода и кровь идут вместе. Далее, Дух свидетельствует (настоящее время глагола указывает на продолжающееся действие). Он приводит отличный довод: потому что Дух есть истина (как и Иисус; Ин. 14:6). 7 KJV включает дополнительный материал, который в NIV опущен. Эти слова используются в более позднем латинском тексте и, очевидно, не являются частью оригинала. 8 Фактически, здесь приведены три, которые свидетельствуют. Дух стоит первым, может быть, потому, что он только что упоминался, может, потому, что Он является личностью и, таким образом, более ясно свидетельствует, чем вода или кровь. Но в любом случае, свидетельство гармонично. Внутреннее свидетельство Духа и все, что задействовано в крещении Христа и Его смерти, — не являются тремя отдельными понятиями. Вместе они указывают на великое действие Бога во Христе, произведенное для нашего спасения.

9 Иоанн обращается к общеизвестному факту человеческого доверия. Мы принимаем свидетельства других людей и тем более должны принимать то свидетельство, о котором говорит Иоанн, так как это свидетельство Божие, а свидетельство Божие — больше. В данном случае речь идет о свидетельстве о Сыне Его. Теперь свидетельство совершилось, т. е. это значит, что Бог заключил Себя в Христе; Он свидетельствовал о том, каков Он есть. 10 Тот, кто верит в Сына Божьего, имеет свидетельство в себе самом, это показывает, что свидетельство Духа (6,7) является свидетельством для духа верующего. Верующий в Сына Божия и не верующий Богу — противоположности, которые показывают, что Иоанн не видит различия между верой в кого–то и просто верой, или между верой в Сына Божьего и верой в Бога. Для него Иисус Христос — воплощение Бога, поэтому верить в Христа — значит верить в Бога. Не верить — значит представлять Его лживым (см.: 1:10). Форма глагола представляет указывает на продолжительность действия. Неверующий занимает позицию постоянного заблуждения относительно Бога. 11 Суть свидетельства может показаться несколько неожиданной, так как оно сводится к тому, что Бог сделал, а не к тому, что Он сказал: он даровал нам жизнь венную. Вечная жизнь — это акт самого Бога и Его подарок. Рассматривая это, мы видим Божье откровение. Дополнение и сия жизнь в Сыне Его — имеет большое значение. Мы не можем размышлять о вечной жизни отдельно от Сына и не можем думать о свидетельстве без Него (см.: ст. 9). Жизнь вечная — это жизнь с Христом и во Христе. 12 Все это подчеркивается в ясно выраженном двустишии. Жизнь и Сын стоят вместе. Одно невозможно без другого.

5:13—21 Знание вечной жизни

Евангелие от Иоанна было написано таким образом, чтобы его читатели могли уверовать и через это иметь жизнь (Ин. 20:31). Это послание, напротив, обращено к тем читателям, которые уже уверовали, для того чтобы дать им уверенность в том, что они имеют вечную жизнь. Ближе к концу послания Иоанн дает эти пояснения.

5:13—15 Уверенность. 13 Это послание написано вам, верующим (Ин. 20:31); это не евангелизационный трактат, а письмо, обращенное к христианам. До этого очень много было сказано о знании, и теперь Иоанн говорит, что все это было написано, дабы вы знали, что вы имеет жизнь вечную. Уверенность в спасении очень важна, важна настолько, что стала причиной написания целого послания. Это единственное место в данном тексте, где автор говорит о вере во имя Иисуса, т. е. о вере в Личность целиком, во все, что стоит за этим именем (похожая формулировка встречается в 3:23, которая дословно в переводе с греческого означает «верить имени»).

14 Иоанн переходит к уверенности в молитве. Он считает, что у молитвы достаточно широкая сфера деятельности, потому что говорит, что мы можем просить чего–либо, хотя тут же уточняет: по воле Его. Молитва — это не инструмент, заставляющий Бога изменять Свои намерения и делать, что нам хочется. Для того чтобы она была эффективной, она должна соответствовать Его воле. И тогда Бог слушает нас. В других местах говорится, что молитва должна быть с верой (Мк. 11:24), во имя Иисуса (Ин. 14:14), происходить от того, кто пребывает во Христе (Ин. 15:7), кто прощает обижающих (Мк. 11:25), она должна сопровождаться смирением (1 Ин. 3:22), и не должна служить для удовлетворения собственных желаний (Иак. 4:3). Все это характеризует молитву по воле Бога. 15 От мысли, что Бог слышит нас, мы переходим к следующей: Он позволяет нам просить.

5:16,17 Молитва за нечестивых. 16 Здесь происходит резкий переход к прощению греха, которое может быть получено через ходатайственную молитву. Иоанн проводит разделение между грехом к смерти и грехом не к смерти (хотя он не уточняет, в чем именно заключается отличие). Он говорит нам, что когда мы видим брата согрешающего грехом не к смерти, мы должны молиться за него. Бог услышит молитву и даст ему жизнь. Если существовала необходимость дать ему жизнь, значит, он не был до этого христианином. Он не жил, но был мертвым «по преступлениям и грехам» (Еф. 2:1), и в ответ на молитву Бог дает ему жизнь. Грех к смерти нам следует рассматривать больше как состояние, чем как действие; в Писании ни разу не упоминается такого поступка, который вел бы к смерти, но существует греховное состояние — восстание против Бога, которое Иоанн в другом месте называет пребыванием в смерти (3:14). Иисус предупреждал, что тому, кто оскорбит Духа, «не простится» (Лк. 12:10)— и это именно то, что здесь имеется в виду. Иоанн добавляет, что верующие не должны молиться о грехе, ведущем к смерти (хотя он не говорит конкретно, что нельзя молиться об этом). Это не означает, что мы должны пытаться вычислить, когда нам можно молиться за других, а когда нет. 17 Всякая неправда есть грех. Нельзя относиться к феху легкомысленно. Но верующий может совершать грех, который не вычеркнет его из категории спасенных.

5:18–21 Знание верующего. 18 Далее следуют три утверждения, вытекающие из фразы мы знаем. Первое — всякий, рожденный от Бога, не грешит — снова привычное утверждение. Все дело в том, что рожденный от Бога хранит себя. Соответственно, лукавый не прикасается к нему, не имеет действенного общения с ним. 19 Второе утверждение затрагивает вопрос происхождения верующих; они — от Бога. Напротив же, «весь мир находится под властью зла», буквально, лежит во зле. Этот необычный для данного текста глагол может указывать на бессилие мира, лежащего во власти сатаны; так же, возможно, на его инертность, отказ от самозащиты против произвола своего хозяина.

20 Третье утверждение указывает нам на воплощение: Сын Божий пришел. Особо подчеркивается истинность Его прихода (греч. hekei передает «идею прихода в прошлом и существование по сей день», R. E. Brown, The Epistles of John [Doubleday, 1982], p. 623). Сын дал нам разум. Христианская вера не является помехой интеллектуальной деятельности, но оказывается стимулом к праведному мышлению. Цель заключается в словах: да познаем (Бога) истинного, и не только познаем, но и будем в истинном свете Его, т. е. как далее проясняется — в Иисусе Христе. И снова, как свойственно этому посланию, Отец и Сын рассматриваются в очень близкой взаимосвязи. Пребывать «в» Отце — означает быть «в» Сыне. Иоанн, продолжая, говорит: Сей есть истинный Бог и жизнь вечная. Снова трудно понять, кто же имеется в виду: Отец или Сын, но они настолько близки, что разница едва различима. У людей в древности существовало множество богов. Но Иоанн называет всех их лживыми богами. Нет другого истинного Бога, и мы имеем в нем жизнь вечную.

21 В заключение Иоанн снова ласково обращается к своим читателям: Дети! (букв, «маленькие»). В свете всего повествования вряд ли нам следует понимать идолов в значении изображений, используемых в службах. Этот термин означает «ложных богов». Читатели Иоанна получили много даров от Бога, включая и «разум» (20). Поэтому им следует хранить себя от лжебогов.

Второе и Третье Послания Иоанна

Введение

Эти короткие послания (самые короткие книги в Новом Завете) не часто цитировались, и на них не ссылались в ранние времена, что очень затрудняет выяснение датировки, авторства и других подобных вопросов. В этих двух посланиях утверждается, что они написаны «старцем», но дальнейших разъяснений нет. Иногда возникает спор, что «старец Иоанн», упомянутый здесь, не был апостолом и что именно он и написал эти два послания. Но достоверных доказательств, что когда–либо существовал некий «старец Иоанн», нет. Более того, в античности, насколько нам известно, споров относительно авторства апостола Иоанна не возникало. Язык этих посланий напоминает Первое послание и четвертое Евангелие. В настоящее время будет верным принять традиционное мнение и автором считать апостола Иоанна.

2 Ин. обращено «избранной госпоже и детям ее». До сих пор спорят, имеется ли здесь в виду какая–то конкретная женщина или это некий символ, относящийся к церкви. Если верно последнее, то «дети» относилось бы к членам общины. Основные аргументы в пользу первого — в том, что это наиболее естественный способ понимания слов и по содержанию этот вариант гораздо проще, чем если рассматривать его как обращение к общине, и «дом» (10) скорее относится к жилищу определенной семьи. В поддержку же того мнения, что послание предназначалось церкви, выдвигаются следующие аргументы: основная мысль его более приемлема для церкви, чем для отдельного человека, и в послании нет личностных характеристик (в отличие от 3 Ин.). Большинство современных ученых рассматривают данное послание как обращение к церкви. Проблема остается неразрешенной из–за недостатка информации по этому поводу, хотя, возможно, более вероятным кажется, что это личное послание, но это объяснение проще, нежели послание для общины.

В этом послании в основе размышлений лежит то же лжеучение, которое упоминалось в 1 Ин. Оно было написано, чтобы предостеречь читателей. Очевидно, существовала опасность, что это лжеучение будет одобрено и, таким образом, эта доктрина распространится. Старец пишет, чтобы предупредить последствия. Некоторые толкователи видят в 3 Ин. ту же ситуацию. Там речь идет об оказании гостеприимства приезжающим проповедникам и о Диотрефе, отказывающемся принимать тех, которые, по словам старца, могли произойти из среды лжеучителей, упомянутых во 2 Ин. Но это несколько умозрительное заключение и нужно помнить, что, несмотря на взгляды некоторых ученых, здесь нет указаний на то, что Диотреф придерживался исключительно ортодоксального учения. Получается, что Диотреф был правовером, а написавший послание — нет! Такие критики придерживаются мнения, что в этом кроется причина разногласий между ними. Данные противоречия не выглядят очень обоснованными. Мы можем быть уверенными только в том, что здесь говорится к увещеванию Гаия против неприязненных слухов и действий Диотрефа. И старец противостоит этому человеку должным образом. Очень трудно высчитать хотя бы даже приблизительную дату написания (см. коммент. к 1 Ин. о датировке). Большинство склоняется к мнению, что все они написаны примерно в одно время, и привычно полагать, что данное послание было написано не многим позже 1 Ин.

См. также статью «Читая послания».

Для дальнейшего чтения см. коммент. к 1 Ин.