Он сделал шаг вперед и опустил руки поверх ее рук, прижимая ее к парапету.
— Дай угадаю, — сказал он, и Пэйдж повернулась к нему. Ее губы приоткрылись. — Ты думаешь, что этому влечению невозможно противиться. И ты думаешь, что такого? Я свободен, ты свободна, мы нравимся друг другу, а жизнь так коротка. Почему бы просто не поддаться страсти? Я прав?
Пэйдж зачарованно кивнула.
— И, — продолжал Мэтт, — ты, очевидно, решила сделать первый шаг или — в данном случае — второй, раз уж мы уже однажды оказывались в этом номере. Ты поняла, что я не стану ничего предпринимать, потому что я джентльмен, и твой клиент, и лучший друг твоего кузена.
— Ты был прав во всем — за исключением последнего. Могу тебя заверить, я меньше всего думала об Уолкере.
— Я обещал ему, — признался Мэтт, — что не причиню тебе боль.
— Во-первых, я не отчитываюсь перед братом. А во-вторых, — Пэйдж обняла Мэтта, — это не причинит боли. — Она приподнялась и поцеловала его. — Разве тебе больно? — Девушка снова поцеловала его, на этот раз более требовательно. — Я взрослая женщина, Мэтт.
— Я заметил.
Третий поцелуй вскружил голову настолько, что все мысли испарились.
Пэйдж откинула голову, предлагая ему свою шею, чем Мэтт тут же воспользовался, покрыв ее поцелуями, теплыми и влажными. Она затаила дыхание, он застыл.
— Пэйдж, — Мэтт чувствовал, как напряглись ее соски. Он коснулся их большими пальцами, истекая слюной, чтобы попробовать их на вкус. — Детка, ты уверена?
— Мэтт, я больше не заплачу, — тихо пообещала она. — Клянусь тебе. Я знаю, что делаю. И я хочу заняться с тобой любовью.
Его сердце сжалось. Он хотел секса, она — любви.
Но прежде чем Мэтт смог додумать, Пэйдж взяла его руку и запустила ее под свитер. Под ним ничего не было.
Она не надевала лифчик? Тело словно обдало жаром. Мэтт напрягся, чувствуя мгновенное возбуждение.
Секс, любовь — какая разница?
— Красавица. — Мэтт заглянул в ее глаза. — Ты красавица, Пэйдж Эштон, ты знаешь это?
Она сняла свитер и бросила его на стул.
— Рядом с тобой, Мэтт, я чувствую себя именно такой.
Мэтт вел Пэйдж за собой в спальню, а в голове раздавался отчетливый голос: «Леди и джентльмены, тело выиграло бой. Мозг в нокауте».
Проходя через ванную, Мэтт захватил из ящика три презерватива, мысленно поблагодарив персонал отеля.
Он уложил Пэйдж на простыни, лаская ее тело, углубляясь в нее все больше с каждым поцелуем. Снял майку, предоставив Пэйдж исследовать его грудь. Потом Пэйдж коснулась пальчиками его губ.
— Я так мечтала об этом, — шепнула она.
— Я тоже, — отозвался он.
Лаская ее грудь языком, Мэтт избавлялся от одежды, разделяющей их тела. Его глаза наконец привыкли к темноте. Он заметил влажные кудряшки на ее теле.
— А это моя самая любимая фантазия… — Мэтт спустился к ее ногам, жаждая вкусить ее нектар, но она притянула его к себе и поцеловала.
— Я не могу ждать. Надень презерватив.
И как только он сделал это, Пэйдж изогнула спину и впустила его в себя.
Их движения, сначала медленные, ускорялись и снова замедлялись, как в классической музыке. Плавная мелодия, потом неистовое стаккато — и наконец крещендо.
Пэйдж вонзила ногти в его плечи, не способная думать, полностью теряя контроль над собой.