Псих, а может, и не псих...: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Парень отвернул сбоку одеяло, и я понял, что лежу совершенно нагой. Он отломил край ампулы, предварительно вытащив из целлофанового пакетика шприц, набрал его целёхоньким и, приподняв мой таз, с размаху всадил иглу в мягкое место.

Не скажу, что боль была адская, но это был не укус комара, лекарство туго заходило в мою плоть, доставляя мне дополнительные страдания.

После экзекуции с уколом, он поставил мне на грудь уже знакомый поильник и вылущил из коробочек сразу три таблетки:

— Братан, скажи хоть, чем ты меня пичкаешь, я же человек спортивного склада и занятий, связанных с физическими нагрузками, мой организм к лекарству непривычный.

— Откройте пошире рот, вот так, хорошо, и запивайте, запивайте, а то подавитесь…

— Тьфу ты, какие горькие, а что — капельницу вам слабо было поставить?

— А Вы что тяжело больной? В больнице нет лишних средств, чтоб на таких амбалов капельницами раскидываться.

Быстро даю себе установку не реагировать на неожиданное заявление, я ведь должен косить под дурачка, а не выглядеть психом:

— Брателло, скажи хотя бы, как к тебе обращаться? Я ведь хоть по Вашему определению больной, но всё же человек…

— Дима, ой, Дмитрий Сергеевич, недавно поступил в эту больницу ординатором после окончания института.

— Сергеич, что-то у меня в голове поплыло, и язык плохо стал слушаться, а побрызгать хочется отчаянно…

Нет, надо срочно выбираться из этих ремней, иначе скоро деградирую как личность… С этой мыслю я и вырубился.

Пришёл в себя в состоянии, близком к похмелью. В голове стоял туман, во рту и горле пересохло, и по-прежнему давала о себе знать ноющая боль в затылке. Разлепив свои вновь, как и с утра, ссохшиеся губы, позвал в пустоту:

— Димыч, выручай, дружбан, что-то худо мне…

Почти тут же появился Дима с поильником в руке:

— Попейте, больной, скоро Вам станет лучше, это побочные явления лекарств — сухость во рту, лёгкое головокружение, бывает даже тошнота.

Я пил опять с наслаждением воду и горестно думал: залечат тут меня совсем эти эскулапы, надо как можно быстрей выбираться из разряда буйнопомешанных.

Мой опекун поинтересовался:

— Больной, желаете опорожниться или ещё какие-то будут просьбы?

Парнишка явно старался проявить рвение, ведь он уже мнил себя доктором и рисовал себе радужные перспективы на будущее.

— Ну, что ты, Дима, заладил, больной, да больной. Ну, не здоровый, так это же временное явление, а имя у меня постоянное, зови меня Витьком, а лучше Соколом, все дружбаны мои так меня величают.

Дима прошептал:

— Вить, я ведь на работе, а от данной мне здесь рекламации и рекомендации зависит моя будущая карьера врача.

— Дим, братан, будь добр, помни и почеши мне, пожалуйста, хоть немного тело, кровь напрочь застыла, разгони хоть чуть-чуть, это же не противоречит твоим врачебным обязанностям…

К великой своей радости, я тут же оценил сильные руки Димы, он мял и встряхивал моё тело, подсунув пальцы под спину, чесал и пощипывал её, по моей дополнительной просьбе, тщательно промял стопы ног. Это, конечно, не было рефлексологией, о которой, как выяснилось, он не имел понятия, но весь мой организм начал наливаться энергией.

Вскоре Дима принёс мне на подносе ужин. От манной каши я сразу же отказался, потому что с детства у меня от одного только её вида и запаха начинался рвотный рефлекс, и мой спаситель её тут же унёс подальше от моих глаз и носа.

Вареное яйцо я проглотил в три укуса, зажевав толстым куском ржаного чёрного хлеба с маслом. Такого вкусного хлеба я ещё не вкушал, отметив для себя, что это первое, что мне понравилось в моём новом положении, не считая Димы и, конечно, Лидии Николаевны.

По моей просьбе молодой врач принёс мне дополнительное яйцо, с улыбкой сообщив, что оно из его рациона на ужин.

Я попытался возразить против его щедрой жертвы, но он приложил палец к губам:

— Витя, я сейчас заканчиваю смену и ухожу домой, а там меня мама ждёт на ужин и, поверь мне, он будет получше, чем это яйцо и каша.