Раб Змеиной Королевы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

ПРОЛОГ

Кошмар ударил исподтишка, подло и безжалостно, и не могло быть иначе.

…В небольшой палате, где медитировал Тезиас, царило безмолвие межзвездных пространств. Стержень, этот диковинный и неповторимый исполинский насос, сотворенный невесть кем в невесть какие времена и возрожденный к жизни могучей магией Великой Души, щедро качал из бездонных кладовых Вселенной мириады частиц космической энергии. И вся эта всесокрушающая волшебная сила терпеливо и покорно изливалась в эфирное тело Великой Души, становясь отныне его, Тезиаса, волшебной силой. Магическая аура тщедушного карлика, всегда напоминающая клокочущий вулкан, теперь все более превращалась в плотный сгусток кипящей магмы, готовой, если потребуется, сокрушить любую преграду на своем пути. На мертвенно-бледном лице бывшего бога Хайбории непроизвольно блуждала победная улыбка. Тезиас давно не чувствовал себя таким могущественным. Лишь огромным усилием воли ему удавалось сдерживать естественное нетерпение и продолжать Насыщение. В предвкушении Триумфа непросто заставить себя ждать.

Коварный небожитель Митра, которого хайборийцы, невежественные и жалкие, почитают Богом Света и Солнечной Справедливости, поспешил торжествовать победу над Великой Душой. Да, предательский солнечный луч Митры пришел на помощь Конану в тот самый момент, когда заветная Книга Судеб была уже в руках у Тезиаса. Одной секунды не хватило карлику, чтобы перенести сокровище в свой Зачарованный Город, где ни Митре, ни Сету, ни прочим богам его было бы не достать. Единственный источник, способный вернуть жизнь превращенным в стальных истуканов Синим Монахам, снова был утрачен. Тезиас проиграл битву за Книгу Судеб, но не войну за власть над этим ничтожным миром. Каждое поражение приближает его к окончательной победе — эту истину Тезиас усвоил давно. Горевал он недолго; новая идея, гениальная и дерзновенная, овладела его сознанием. Вернее, идея была не нова, ибо в основе ее лежала всегдашняя Мечта карлика — мечта создать новую расу людей. Людей, Несущих Знание.

Инкубами назовет он этих людей, ибо новая раса будет отличаться от ничтожных человечков, населяющих Землю ныне, наличием искусственной души. Как и подобает новому могущественному богу, он создаст расу людей, стоящих на порядок выше на Лестнице Жизни, нежели те, кого успели создать старые боги, — их силы уже на исходе. У прежних богов на это ушли тысячелетия — новому богу потребуются считанные дни. А чтобы сотворить первенца расы Инкубов — единственное мгновение. Разве не замечательно, что этим первенцем станет Джейк Митчелл, незадачливый наемник из Будущего; единственное его достоинство — тело богатыря, как две капли воды схожее с телом заклятого врага Великой Души, киммерийца Конана. Не беда, что Джейк оказался тупым, бездарным и трусливым негодяем; теперь это уже неважно. Человеческие недостатки двойника канут в Лету вместе с его человеческой душой. Пересадив Джейку искусственную душу, Тезиас получит преданного раба, ибо у Инкуба по определению не может быть иной цели, кроме как служить Хозяину. Конечно, Инкубы не станут великими волшебниками, учеными и воинами, подобно Синим Монахам, не обретут бессмертие и неуязвимость от человеческого оружия. Инкубы смертны, как и все прочие люди. Искусственная душа не в силах намного продлить жизнь несовершенному человеческому организму. Душа не может заменить разум. Но — и это самое главное! — отныне разум человеческий, пусть скудный, пусть несовершенный, однако кое на что пригодный, будет поставлен на службу Великой Душе. Всецело и навсегда!

Несомненно, у новой расы великое будущее. Избавленные от страстей и болезней, руководимые божественным гением Хозяина, Инкубы вскоре расплодятся по всей планете. Всегда выживает сильнейший, следовательно, участь отсталых рас незавидна. Им суждено исчезнуть с лица Земли. Нет, ни Великая Душа, ни его создания не станут никого убивать. Пусть гуманизм, милосердие и добросердечие неизменно торжествуют во всех деяниях нового бога. Великая Душа — подлинно благой бог: не смерть приносит он, а лучшую жизнь. Процедура Превращения легка и безболезненна, и принцип его прост, как все гениальное: засыпаешь одним человеком, а просыпаешься другим. В буквальном смысле слова.

Конечно, чтобы осчастливить лучшей жизнью все человечество, мгновения недостаточно. Каждая разумная особь, как бы ни была она ничтожна, увы, требует индивидуального подхода. Для каждого предстоит сотворить его собственную искусственную душу. И превращать представителей отсталых рас в Инкубов придется поодиночке. Вот такое муторное, нудное и неблагодарное это дело. Пожалуй, процедура сия рискует затянуться на долгие и долгие годы, века, а может, и тысячелетия. Слишком много человеков расплодилось на Земле, С другой стороны, это хорошо, ведь дети, рожденные родителями с искусственной душой, также становятся Инкубами. Автоматически. Во всяком случае, в теории. Чтобы поскорее проверить свою теорию на практике, Великая Душа превратит в Инкуба не только Джейка Митчелла, но и его подружку Аманду Линн. Интересно будет поглядеть, что получится в результате спаривания Адама и Евы новой расы!… Хвала Великому Космическому Знанию, процедура превращения людей в Инкубов обещает быть однообразной, и, возможно, удастся как-то поставить этот процесс на поток. Если получится оживить верных монахов, часть работы возьмут на себя они. Если же все придется делать самому, тоже не беда — в конце концов, в распоряжении Великой Души целая Вечность! Вечности хватит, чтобы сотворить не одну расу мыслящих существ. К тому же плодовитость Инкубов ожидается на много порядков выше, нежели плодовитость обычных человеков. Соитие для людей с искусственной душой станет чисто механическим актом, исполняемым не ради удовольствия и даже не в силу природного инстинкта, а из чувства долга перед Вселенной. А потом, возможно, Людей, Несущих Знание, удастся выводить в «пробирках». Инкубаторы для Инкубов — это же так естественно…

Светлые мысли о прекрасном будущем новой расы, точно добрые феи вокруг сказочного кострища, роились в голове Тезиаса. Все получится, абсолютно все. Не может не получиться. Неистощимая сила Вселенной на его стороне. Звездная магия много могущественнее земной. Пусть каждый, кто хоть сколько-нибудь сомневается в этом, просто взглянет на небо чистой безлунной ночью. Пусть поглядит на звезды. Пусть заглянет в бездонную кладовую спящих миров, пусть ощутит, как велика и несокрушима их совокупная мощь. Что значит Земля, маленькая и отсталая планстка, затерянная на задворках Вселенной, против этой бесчисленной армады миров! Правда, есть еще и Солнце, покорное воле Митры, и есть Тьма межзвездных сфер, отделяющих Землю от остального Космоса. Тьмой этой заправляет Владыка Ночи змееголовый Сет. Солнце близко, а Звезды ой как далеко!… Ну и пусть! Для человека, Постигшего Знание и сделавшего себя Великой Душой, не существует барьеров пространств и времен. Нечеловеческий разум и всемогущая звездная магия всегда помогали Тезиасу брать верх над коварной Судьбой. Так было, есть и будет всегда. Не может быть иначе. Взгляните на звездное небо черной ночью, и вы поймете это сами.

Так думал карлик Тезиас, Великая Душа, а тем временем незримая космическая энергия продолжала наполнять Силой его магическое существо. Именно сейчас Сила особенно потребуется ему — это он знал наверняка. Но вот сколько Силы нужно для Превращения в Инкубов двух людей, мужчины и женщины, он знать не мог, ибо ему предстоял первый опыт. Поэтому, подавляя нетерпение, Тезиас продолжал взывать к Силе Вселенной, чтобы, когда придет пора пустить ее в ход, Силы было достаточно. Чтобы уже первый опыт сотворения новой расы увенчался впечатляющим триумфом. Впрочем, Великая Душа в своем триумфе не сомневался: он отлично знал, на что способен.

Вселенная щедро одаривала желанной Силой своего приемного сына, а чудесный Стержень добросовестно транслировал ее хозяину Зачарованного Города. Незримые информационные потоки вихрились в небольшой палате — личном покое Тезиаса, что располагался в Стержне на высоте примерно двести метров над уровнем моря. Ласковое их дыхание согревало мертвое тело карлика. Много общего было между Великой Душой и его незримыми слугами. Тот и другие жили холодной жизнью. Знания были Силой, но чувства, страсти и эмоции Силой не были. Возможно, и чувства, и страсти, и эмоции тоже означали какую-то Силу, вот только через Бескрайний Космос она не передавалась. Неудивительно: если такая Сила и существует, она горяча, и ей не одолеть долгого путешествия сквозь ледяные просторы межзвездных сфер. Сила чувств и страстей остывает, не успев дойти до Земли, превращаясь в хладное ничто. Знания — другое дело. Они холодны изначально; стужа вселенских трасс только сохраняет их целостность и сохранность, и Сила, порожденная Знаниями, доходит до маленькой голубой планеты в своей первозданной мощи. Вот почему Великая Душа был тем, кем он был, и никем иным: он брал от Вселенной лишь то, что она могла ему дать. Именно Знания стали Силой самозваного бога, и он, впрочем, нисколько не сожалел об этом. Чистая магия звездных сфер была ему куда милее и роднее, чем грубая сила мускулистых богатырей или черное ведовство погрязших во зле чародеев…

…И в миг, когда он уже собирался заканчивать Насыщение, сквозь суету бесчисленных пучков энергии до сознания его донесся странный клич. Был клич этот слаб и невнятен. Однако Тезиаса насторожило само его появление. Он не был похож на голос Вселенной, и Великая Душа не призывал его. Словно бы тоненькая струйка в полноводном ручье, река зловонной черной крови в просторном океане чистой голубой воды — вот таков был этот клич. Тезиас не понимал, что происходит. Кто дозывается его? Мысль смертного не может проникнуть сквозь защитное поле Стержня. А сам Стержень сигнализирует хозяину Зачарованного Города совсем на иной ментальной волне. Определенно, пославший клич не пребывает в мире людей. Это не мог быть и Страж Земли — размашистый ментальный почерк хранителя земной жизни ни с чем не спутаешь. Тогда кто?

Тезиас попытался выделить слабый клич в потоке энергетических эманации. Да, вот он — жидкая, но настойчивая струйка, отчаянно пробивающаяся к его сознанию. Странно… Странно было, что Великая Душа воспринимал, но не понимал этот клич. Такое было впечатление, что клич этот проникает в него, но проходит мимо его сознания. Куда?… Внезапно Тезиас осознал, что странный клич обращен вовсе не к нему. Тот, кто послал клич, взывал не к Тезиасу. Тревога тотчас уступила место страху. Безотчетному, животному страху перед необъяснимым. Странный клич был адресован не ему, не Тезиасу, но воспринимался именно им, Тезиасом. Как такое получалось? Ведь больше в комнате никого не было, а если бы кто и был, Великая Душа сразу приметил бы его. Но даже если этот неизвестный настолько силен, что в состоянии скрыть свое незримое присутствие, тогда тем более именно он, неизвестный, и принимал бы клич, адресованный ему, он, а не Тезиас!

Карлик содрогнулся от нежданно возникшего в его сознании предвкушения какого-то грядущего кошмара, непостижимого и неотвратимого. Разум восставал против самой мысли о том, будто слабый ручеек неизвестного происхождения, непонятным образом забредший в сознание Великой Души, может принести могущественному богу хотя бы символический ущерб. Однако наитие — шестое чувство карлика свидетельствовало именно об этом.

Натура Тезиаса не могла покорно принять Неведомый приговор, каков бы он ни был. Яростным ментальным импульсом карлик попытался сокрушить жиденький ручеек ужаса. И ощутил, что вся его великая Сила, прежняя и вновь обретенная, проходит мимо этого ручейка. А сам клич вдруг превращается в могучий Зов, словно бы неведомое Нечто, потратив немного времени на прощупывание различных дорог к желанной цели, наконец выбрало наилучший путь и ринулось по нему со всей своей возможной мощью.

Но и теперь Великая Душа отчетливо понимал, что пронзающий все его естество Зов по-прежнему обращен не к нему, а к кому-то другому. Животный страх, прежде занявший место неясной тревоги, неумолимо уступал место новому чувству — чувству Кошмара, беспрецедентного в своей жуткости и бессмысленности. Тезиас продолжал отчаянно сражаться с этим предательским чувством, но все явственнее сознавал, что Кошмар развивается помимо его воли, по чужому сценарию, и он, Великая Душа, не в состоянии ничего в этом сценарии изменить… Как будто Пославший Зов разговаривает с кем-то другим, не с Тезиасом, а сам Тезиас — всего лишь бессильный свидетель странной беседы этих неизвестных сущностей. Но почему?! Почему, почему, почему? Какое он имеет отношение ко всему происходящему Кошмару?

Догадка явилась практически одновременно с недвусмысленным ответом на вопрос. Тезиас вдруг ощутил, что неведомый Зов находит отклик. Кто-то — или что-то? — отвечает на него. И отвечает изнутри естества Великой Души. ОНО находится внутри Тезиаса. Более того, Оно и Тезиас — одно и то же. Оно — это Тезиас, а Тезиас — это Оно. И в то же время отличные друг от друга. Как, сросшиеся близнецы, единые и различные одновременно. Так вот, Тезиас не понимал Зова, а Оно — понимало и отвечало ему. Сверх того: Оно подчинялось Зову и, будучи неразрывно с Тезиасом, принуждало подчиняться Зову и его, Тезиаса. Сверхсопротивление Тезиаса не значило ровным счетом ничего:

Зов и Оно жили словно в ином мире — в мире, властном повелевать миром Великой Души, точно ураган пылинкой.

Тезиас ощутил, что покидает свою комнату. Все та же неизвестная сила, итог совместного приложения Зова и Оно, поднимает и уносит его. Куда?!! — возопил изнасилованный разум карлика, но на этот вопрос, как и на все прочие, не было ответа. Хотя нет. Внезапно на память пришли строки таинственного послания, которое ему, Тезиасу, воскресшему из мертвых, вручил Брахо, магистр Синих Монахов. Послание будто бы написал… сам Тезиас, неизвестно как и неведомо когда побывавший в Прошлом и сотворивший братство Синих Монахов. Вот эти строки:

«…Боги этого мира жестоко отомстили тебе, дерзнувшему возвыситься над ними. Они ударили в самое уязвимое твое место — в твою сущность. Вложив меч возмездия в руки Конана, они попытались поразить твою душу и разум, вселив туда Нечто настолько ужасное, что даже Я — даже Тебе не могу открыть, что Это и что Оно тебе несет. Тебе придется жить с Ним… Я надеюсь лишь, что твой могучий разум окажется сильнее этого Нечто и Оно так и умрет внутри тебя, не увидев жизни…»

С той поры, как он получил сие послание, прошли недели. Он много раз перечитывал эти строки, но так и не смог постичь, что они означают, против какого ужасного Нечто предостерегал его затерявшийся во Времени доброжелатель и что Оно, это Нечто, сулит Великой Душе. Что ж, теперь многое становилось ясным. Неведомая демоническая сущность с некоторых пор спала в его, Тезиаса, естестве. Спала долго, ничем и никак не заявляя о себе. Вероятно, собственная сила этой неведомой сущности несопоставима с внутренней мощью Великой Души. «Я» Тезиаса попросту подавляло ее. Это сыграло с Тезиасом жестокую шутку: неизвестный демон безнаказанно прижился в естестве карлика, терпеливо дожидаясь своего часа. Судя по посланию, мог ведь так и не дождаться и демоническая сущность, с некоторых пор сосуществующая с могучим разумом Великой Души, вполне могла умереть, не увидев жизни». Если бы не Зов. Демоническая сущность была слишком слаба, чтобы восстать из естества Великой Души; Зов вызвал ее к жизни. Надежда автора послания, что «могучий разум окажется сильнее этого Нечто и Оно так и умрет внутри» Тезиаса, не оправдалась…

Больше Тезиас ничего не успел понять, ибо беспощадная сила, овладевшая им, затащила его к самой вершине двадцатипятимильного Стержня. Карлику показалось, что Стержень и весь Зачарованный Город, сознавая, какой Кошмар настиг Хозяина, сотрясаются в неудержимых рыданиях. Они ничем не могли помочь ему. Скорее наоборот. Все та же чудовищная сила точно отрывала от Стержня пласты Живой Энергии, из которой он состоял, и эти пласты, перерождаясь в облака, устремились к карлику. И Тезиас заметил, что даже его внешний облик начинает катастрофически изменяться: облака Живой Энергии, срастаясь с человеческой плотью карлика, формировали некое совершенно не похожее на человека существо — вероятно, то самое, чья демоническая сущность откликнулась на Зов.

Титаническим усилием воли Тезиас заставил себя взглянуть в лицо правде. Разумеется, он по-прежнему не знал, чем, когда и как закончится Кошмар. В одном лишь он был уверен: Кошмар когда-нибудь закончится. А это означало, что Великая Душа проиграл только первый раунд схватки с неведомым врагом. Проиграл вчистую — но только первый раунд. Он не сомневался, что будут и другие. Он их пока не проиграл. Следовательно, пока это еще в его силах, нужно хоть как-то позаботиться о козырях к будущим схваткам. Приняв такое решение, Великая Душа начал действовать. И тут же осознал, что его исключительное божественное могущество более не подчиняется ему. Вернее, подчиняется — но не ему. Вероятно, тому, кто послал Зов. Контроль над Силой Великой Души постепенно перетекает в руки этого Неизвестного. Однако кое-что оставалось. То были жалкие крохи былой мощи, и Тезиас уже знал, что спустя недолгие мгновения и они перетекут от него к Неизвестному. Но пока Великая Душа владел ими, он совершил то единственное, на что оказался способен. Жалкие ошметки Силы устремились вниз, к королевскому дворцу, где ожидали превращения в Инкубов коленопреклоненные Джейк Митчелл и Аманда Лини. Своим телепатическим зрением Тезиас с запоздалой радостью узрел, что последнее усилие его увенчалось успехом и гномы, никчемные создания, уже спешат по новой дороге, которую он им указал. Неизвестно, когда и что выйдет из этой прощальной затеи, — слишком длинна и непредсказуема будет логическая цепочка, еще неизвестно, отразится ли она как-то на его грядущей борьбе с Неизвестным, — но на иное у Тезиаса просто не было сил и времени. И все же радость осознания того, что последнее его творение отныне зажило своей собственной жизнью, наполнила измученную душу карлика, и он с чистой совестью отдался на милость неостановимой стихии…

Еще некоторое время у вершины исполинского Стержня змеились потоки Живой Энергии и постепенно оформлялись очертания какого-то невиданного — или раньше времени забытого? — создания. Угасающим оком Тезиас наблюдал, как слабый толчок, в отчаянии данный им, там, внизу, вызывает целую лавину стремительных и непредсказуемых событий — и она разрастается, ломая планы, жизни, судьбы… Еще он услышал далекие взрывы внизу и увидел, как его командный пункт — палата, в которой он медитировал совсем недавно, — прекращает свое существование под яростным ливнем ракет, гранат, лазерных лучей и прочего смертоубийственного арсенала, призванного из Будущего. А потом вдруг узрел вертолет, который пилотировала Аманда Линн, а также кое-что еще…

…Да, еще спустя некоторое время, показавшееся ему вечностью, защитное поле Зачарованного Города внезапно лопнуло, открылся портал, и бешеный вихрь, рванувшийся оттуда, легко подхватил создание, в которое превратился Тезиас, Великая Душа, и они вместе устремились в разверстую пасть портала.

Самое ужасное поражение обычно случается в самое последнее мгновение перед самым впечатляющим триумфом.

Глава I

Бог и раб

Большая поляна правильной прямоугольной формы озарялась сполохами туманного красноватого пламени. По злобному пульсирующему небу метались рваные пунцовые тучи. Могучие безлистые деревья с желтой корой что-то шептали бурным потокам, несущим свои ярко-алые, цвета свежепролитой крови, воды мимо исполинского изваяния Великого Змея Сета. В центре поляны, в двадцати шагах от изваяния, лицом к своему темному богу на коленях стояла волшебница Тхутмертари, мятежная принцесса Стигии. Позади нее на невысоком троне, сложенном из обглоданных демонами и временем человеческих черепов, восседал дряхлый демон Люф, именуемый Мудрейшим. В руках Тхутмертари корчилась нерожденная дочь наследной принцессы Рамины, ныне покойной. Нерожденный ребенок наследницы стигийского престола был омыт свежей кровью из бурной реки; чары волшебницы поддерживали в нем подобие жизни.

— Пора, — проскрипел дряхлый демон- — Начинай!

Тхутмертари торжествующе осклабилась: от мига триумфа ее отделяли лишь несколько волшебных заклинаний. С уст девушки полились режущие слух слова нечеловеческой речи. Свистящие, шипящие, квакающие и ноющие звуки древнего змеиного языка, истинного языка детей Сета, составляли суть могучих призывающих заклинаний. Мудрый Люф довольно щурился: это ведь был миг и его триумфа. Сейчас, сейчас сбудется его Великое Пророчество…

Заклинания были произнесены. Обвив нерожденного ребенка своей левой, змеиной, рукой, Тхутмертари другой рукой сделала ритуальный надрез на груди жертвы. Пузырясь, из ритуальной раны зазмеилась кровь. Рот нерожденного младенца разверзся в беззвучном крике. Ясно-сапфировые глаза волшебницы глядели прямо сквозь маленькую головку жертвы. Рубиновые губы раскрылись, чтобы произнести последний аккорд могущественного призывающего заклинания змеиного народа.