Борт 556 (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

   Ныряя сюда, мы предусмотрительно свесили кабель провод. Трос и кабель от аппаратуры промера глубины и видеосъемки, от подводного сонара гидрофона эхолота и видеокамеры. Закрепив его у края обрыва за кораллы. На случай спасения, если, что. Чтобы, можно было вручную подняться со дна верхнего плата. Закрепив скутер якорем на дне верхнего кораллового плато, мы были, теперь в самом, можно сказать его низу. На песчаной равнине. В морской яме, которую сверху не видно. Мы с Дэниелом шли над самым песчаным дном.

   Это плато было ровное как футбольное поле. И совершенно пустое.

   Вдруг неожиданно перед нами в мутной синеве воды появилась плывущая в нашу сторону странная крылатая, и очень большая тень. Она плыла нам навстречу, медленно приближаясь над песчаным дном. Дэниел остановился и показал мне рукой сделать тоже.

   Мы замерли, зависнув в воде, лишь слабо работая руками и ногами в ластах. Потом, мы опустились, вообще на само дно. Помню, рыхлость песка. Он, просто, расползался под руками и ногами. И мы замерли.

   То, была большая манта. Королевская рогатая манта. Еще именуемая, морским дьяволом. Она шла сюда со стороны обрыва издалека. Ведь, плато уходило к океану. И там, где-то вдалеке, был обрыв в глубокую на целые километры пропасть.

   Моя безутешная любовь побывал, где-то там. Там, откуда приплыла эта громадная манта.

   Дэниел затушил фонарик, как и я, следом за ним. Только пузыри отработанного гелия вырывались вверх из наших с Дэниелом аквалангов. И мы смотрели, как манта кружила над песчаной равниной нижнего плата, приближаясь кругами к нам. И сбивая своим большим телом наши вверх бурлящие и рвущиеся к поверхности от тяжелого дыхания, при выхлопе фильтров пузыри. Что, она тут делала, где в настоящий момент не было никого, кроме нас. Даже, океанского криля, которым она питается. Я думаю, она просто, сюда приплыла, просто поплавать. Может, она уже здесь была не первый раз.

   Манта шла прямо на нас, и, почти, налетев на Дэниела, чем не на шутку видимо, напугала своей полутонной рыбьей массой, резко взмыла вверх и пронеслась над нашими головами. Я помню, ее красивые большие на нижней белой стороне брюха работающие жабры. Я их видел в упор над своей в маске акваланга головой.

   Помню, Дэни, даже пригнулся к коралловому песку. Почти, лег весь на него, опасаясь попасть под этот летящий на нас в воде локомотив.

   Да, удар был бы не слабый, налети она на кого-нибудь из нас. Обоих бы смела своим тяжеленным планирующим в толще океанской воды телом.

   Рогач взмыл вверх, и тут же появилась вторая манта. Их было две. Это были, наверное, самка и самец. Возможно, мы застали их в период брачных игр. В сезон спаривания. Возможно, это место было местом спаривания этих красивых живых чудес моря. Это были, поистине красивые огромные создания Тихого океана.

   Манты парили кругами вокруг нас, мелькая то черной, как глаза моей ненаглядной красавицы Джейн, спиной, то, белыми с неровными пятнами животами, словно играя уже и с нами. Их длинные черные как жгуты или нейлоновые корабельные канаты нашей Арабеллы, хвосты, парили вослед своим хозяевам. А, мы, соприкоснувшись с илистым коралловым дном этого песчаного обширного островного плата. Замерев, лишь, наблюдали и любовались, даже забыв обо всем этой красотой. И грациозностью этих чудесных морских созданий.

  - "Жаль, моя Джейн не видит этого!" - я тогда подумал - "Не видит этой красоты".

   Она когда здесь была, вероятно, не видела их. Она ничего про них не говорила.

  Я забылся и замечтался, глядя на красоту этих океанских рыб.

   Я смотрел на мант. И видел себя и мою Джейн, парящими в толще этой воды. Нашу игру в глубинах океана. Мы были с ней как эти две красивые манты. Эта чернота их спин как глаза моей ненаглядной американки Джейн. Это их кружение в воде. Этот танец любви двух влюбленных друг в друга любовников отдавшихся на волю дикой водной стихии.

   Дэниел толкнул меня кулаком в плечо. И показал, что надо плыть дальше.

   Я пришел в себя. И заработал ногами и ластами вослед ведущему.

   Вскоре появились первые признаки катастрофы. Первые обломки, похожие на останки разбившегося о воду самолета.

   Здесь место было более каменистое и менее заполненное коралловым илом. Дно покрывали заросли кораллов и водорослей, как и на верхнем плато и обломков становилось все больше. Вскоре дно оказалось совершенно завалено обломками, покрытыми водорослями и кораллами.

   Я увидел первые два самолетных кресла, оторванные и выпавшие уже, вероятно в самой воде. Несколько чемоданов набитых, по-видимому, до отказа вещами. И как ни странно велосипед. Он лежал вверх резиновыми колесами на ржавых ободах. Весь заросший кораллами горгонариями и в водорослях. Здесь были и куски бортовой обшивки. И, похоже, даже, вещи утопленников. Сумки и чемоданы. Все это превратилось в однородную заросшую кораллами массу на каменистом дне нижнего плато. Мелкое крошево останков самолета, вели нас по следу катастрофы.

   На пути попалось еще несколько оторванных кресел с ремнями безопасности в застегнутом виде на замках, выпавших из развалившегося самолета и куски обшивки, и обломки корпуса лайнера.

   Становилось все холоднее и глубже. Потянуло сильным течением. И, Дэниел ухватился за мою руку своей рукой. Именно здесь, наверное, и побывала моя любимая Джейн. Это место ее и напугало. И, она под впечатлением всего кругом не решилась дальше плыть. И вернулась назад.

   Нас потащило в сторону океана. Мы, слабо работая ногами и ластами, буквально стоймя зависли над каменистым, теперь замусоренным самолетными обломками дном. Мы оба глубоко и тяжело дышали, пуская вверх с фильтров аквалангов обильные крупные в воду углекислые пузыри. Сказывалось сильное уже давление. Надо было проверить еще впереди. Там я увидел силуэт в глубине синеющей воды. Что-то, более крупное. Тенью оно лежало на каменистом, как и обломки, дне плато. И было глубже, чем там, где мы были с Дэниелом, стоя вертикально борясь сильным течением.

   Это был располовиненный ударом об воду кусок корпуса самолета. Там, чуть дальше, от него был еще один. И так, видимо до самого низа и края самого океанского обрыва. И все усеяно обломками и вещами смертников. От которых, уже ничего не осталось в океанской соленой воде.

   Кусок маячил нам навстречу своими пассажирскими повыбитыми о воду иллюминаторов окошками.

   Я показал Дэни на тот ближний большой кусок. Торчащий силуэтом в синей воде. И мы устремились, борясь с течением к останкам искалеченного о воду пассажирского большого самолета.

   Глубина здесь была больше ста. Это точно. Давление давило на голову и тело. Становилось еще тяжелее дышать. Глубина росла, но мы плыли упорно и настырно, над дном, чуть не касаясь вещей утопленников и мелких обломков. Дэни неудержимо рвался вперед, а я за ним.

  - "Джейн! Любимая моя красавица, Джейн!" - бурлили мысли в моей голове - "Моя Энн Бони! Это твой BOEING 747. Мы нашли его! Мы нашли твой с Дэниелом борт 556! Мы нашли его. Ты, первая его нашла".

   Мы заплыли в этот большой оторванный фрагмент пассажирского самолета. В трехцветной облупленной раскраске фюзеляжа. Это была средняя часть BOEING 747. Она была в относительной целости, если не считать ее обломанной по обеим сторонам и недостающие несколько с краю пассажирской палубы тех самых, видимо, выброшенных при аварии за борт кресел. Что нам попались на пути сюда. Виднелись останки внешней и внутренней обшивки и перегородок. Еще уцелевших, при жестком падении о воду. Часть кресел лежала разбросанными на дне под нами, оторвавшимися, здесь же, при ударе о дно.