Маша скомандовала «Вперёд!», и отряд бодро зашагал за мелькающим впереди белым хвостом проводника.
«Бодрое шагание» продлилось недолго. Как недолго оставался белым и хвост Оборотня. Словно издеваясь над людьми и нелюдями, которых он должен был довести к какой-то никому неизвестной цели, Шарик повёл их прямо через болото. Так что через какую-то сотню шагов все уже двигались по щиколотку в противно чавкающей грязи. Глубже, вроде, не становилось, но осторожный гном наломал из растущих то там, то сям чахлых деревец длинных шестов, и сам возглавил колонну, предупредив всех, что вступать надо точно след в след. Выполнить это требование оказалось непросто: как увидеть, где этот след, если его тут же заливает дурно пахнущая болотная жижа? Но тем не менее, люди упорно шагали вслед за то ли идущим, то ли уже плывущим бывшим Белым, а сейчас неопределённого цвета Оборотнем.
Солнце быстро разогнало туман над болотом, но вместо тумана почти сразу появились марево и вонь от испаряющейся болотной воды. Особо чувствительная Маша какое-то время зажимала нос рукой. Потом смрад стал не таким сильным. То ли действительно самое гнилое место прошли, то ли принюхалась. Скорее — второе.
Сквозь чавканье шагов доносилось сердитое бормотание гнома, который что-то вычитывал комку грязной свалявшейся шерсти, двигавшемуся впереди. И ещё время от времени с разных сторон доносились какие-то протяжные стоны.
– «Болото иногда издаёт странные звуки, сэр», — заметил Витя на очередное Машино дёрганье. Хоть девушке и сказали, что упыри и прочая нечисть днём не высовываются, она всё равно вздрагивала при каждом подозрительном звуке.
— Сам ты «сэр»! — моментально взвилась та. Я девушка! И, между прочим, вся на нервах! Могу и заехать сгоряча!..
— Ну ладно, ладно… — примирительно пробормотал Витя, и дальше всю дорогу топал молча.
На сухое выбрались к обеду. Но сразу останавливаться не стали, а отошли подальше. Местность здесь изобиловала каменистыми холмами, поросшими жухлой травой. Вот на вершине одного из них, среди каких-то больших каменюк, и устроились на обеденный привал.
Место было удобное, подходы к холму были видны отсюда, как на ладони. А рядом, в низине, весело журчал небольшой ручей. Самого его было почти не видно, но сочно-зелёная травяная полоса вдоль его берегов выдавала его местоположение издалека.
Первым делом все кинулись смывать с себя грязь, уже чуть подсохшую с момента выхода из болота. Эльфу и гному это было сделать очень легко — они всего лишь помыли свои высокие сапоги. А вот у Маши и Вити, которые были в «удобных» кроссовках, ситуация оказалась потяжелее: Мыть пришлось и кроссовки (причём и внутри, и снаружи, и носки, и штаны. Ну, у Маши то хоть юбка поверх штанов была надета (чему она сейчас была несказанно рада), а Витя без штанов выглядел э-э-э-э… Довольно забавно. Что не преминули обсудить между собой Нар и Элдуисар.
Витя, красный как рак, быстро достирал штаны, и напялил их на себя мокрыми, буркнув «на мне досохнут». Маша же разложила свою постирушку на камне у места привала, что бы хоть немного просохло. Костёр для приготовления пищи разводить не стали, ограничившись «сухим пайком».
Эльф, так тот и вообще есть отказался. Пока остальные подкреплялись, он залез на самый высокий камень, и оттуда озирал окрестности. Время от времени поглядывающая на него Маша буркнула:
— И куда он, интересно, свой лук прячет?… Да и мешка у него нет…
— Зачем ему мешок? — удивился гном, проглотив очередной кусок мяса, и собираясь приложиться к фляге. — У него персональный пространственный карман, — тут гном с сожалением вздохнул, — Мне бы такой… Почти ничего не весит, места не занимает, а спрятать туда можно столько!
— Так чего ж тогда мы свои мешки тащим? — возмутился Витя.
— Потому что это ваши мешки, — ответил Нар, сделав из своей фляги хороший глоток, Вам их и нести. Можете, конечно, договориться с Элдуисаром за опредёлённую плату… Хотя, что с вас возьмёшь…
— Это да… — с сожалением вздохнул Витя, глядя на свой мешок.
— Да если бы и было, чем расплатиться. — усмехнулся гном. — А если его вдруг убьют, как ты из кармана свои вещи достанешь? Этот амулет завязан только на владельца, и другим не подчиняется… А если ты потеряешься? Останешься голым и босым, — гном опустил взгляд на Витины ноги, — В этих, как их… красавках…
— В кроссовках, — поправил его Витя. — А где можно будет по дороге купить сапоги?
— Да уж точно не здесь, — гном доел свой обед, и принялся собирать мешок. Деревеньку какую, или город, будем проходить, там и купишь… Кстати, а за какие шиши?…
— Ну… Задумался Витя.
— А когда будет деревенька или город? — вступила в разговор Маша.
— Да откуда я знаю? — пожал плечами гном. Мы ж теперь непонятно где. В каком мире?… Пёс его знает… Кстати: Шарик!
Из-за одного из камней вылетел Белый Оборотень. Теперь уже снова действительно белый. С его мокрой капала вода — очевидно, пёс тоже только что принял ванну.
— Ты своего подопечного кормить собираешься? — возмущённо поинтересовался у Маши Нар. Или только о себе думаешь?!
— Сейчас, покормлю, — Маша принялась торопливо развязывать мешок.
— Кстати, не иначе как это он нас по отражениям водит… — задумчиво пробурчал гном, глядя, как пёс предложенную Машей пища в мгновение ока исчезает в пасти псины, — Больше не кому.
— Вряд ли… — эльф отнёсся к предположению Нара скептически. — Согласно легендам, путешествовать между реальностями могут только боги или полубоги. А ЭТО… — он презрительно посмотрел на Оборотня, уже уничтожившего свой обед, и умильно виляющего хвостом в ожидании добавки.
— Ну, тогда предлагай свою кандидатуру из нашего отряда на роль бога или полубога, — хохотнул гном, — Или полубогини, — добавил он, скользнув взглядом по Маше.
— Почему «полу-»? — удивилась польщенная Маша, принимая эффектную, по её мнению, позу, и кокетливо поправляя причёску, — На целую богиню, что, не тяну?