Том 11. Публицистика 1860-х годов: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

«Нужно постановить — в народе же». — Щербина (с. 296–297).

201

«Есть еще способ — по деревням». — Щербина (с. 297).

202

…все — Фролы Силины, благодетельные человеки! — Об отношении Достоевского к повести H. M. Карамзина «Фрол Силин, благодетельный человек» (1791) см.: III, 511–512.

203

«Часто распространение книги — чаще». — Цитируется статья Щербины (с. 297).

204

…«Зефироты» же, например… — Речь идет о первоапрельском шуточном рассказе В. Ф. Одоевского «Зефироты» (Сев. пчела, 1861, № 73, 1 апр. С. 289–290). В мистификации Одоевского рассказывалось о некоей породе полулюдей-полуптиц, размножающихся «при посредстве поцелуев» и обладающих неотразимым оружием: их глаза, испуская «нечто вроде электрического пламени», испепеляют все живое на огромном расстоянии. Рассказ Одоевского стал настоящей сенсацией, взволновав умы петербуржцев. Не помогло даже специальное «Объяснение» «Северной пчелы»: «По неосмотрительности наборщика в статье „Зефироты“ <…> пропущено несколько слов в самом ее начале. Напечатано: „На днях получена здесь Chiapes Advertiser“, следует читать: „На днях получена здесь газета „Chiapes Advertiser“ за пять лет XXIX столетия с 2857 по 2861 год“» (Сев. пчела, 1861, № 74. 3 апр. С. 294). Как свидетельствует некто А. Полоротов, автор тогда же появившейся брошюры «Зефироты и зевороты». (СПб., 1861), «статью эту народ читал в Петербурге во всех ресторанах, трактирах и ресторациях два дня кряду, в особенности много читателей было в воскресенье, — этого было весьма достаточно для того, чтобы весть о вновь открытых крылатых людях, питающихся только запахом цветов, разнеслась повсюду, с горячими уверениями вестовщиков, что это действительная правда, потому что напечатано в газетах, с ссылкою на затронутое этого вопроса наукой и т. д. А так как, при всем этом, нынче такое время, что все и диковинки становятся не в диковинку, то девять десятых народонаселения в Петербурге уверовали в истину открытия и возможности существования зефиротов <…> огромное большинство и посейчас находится в уверенности, что рано или поздно, а привезут зефирота в Петербург и станут показывать сперва, конечно, в Пассаже, а потом на масленице, и на Адмиралтейской площади» (С. 9-10). О впечатлении, произведенном на петербургскую публику, писал П. Горский в фельетоне «Истинно счастливый и практичный человек нашего времени. (Исторический рассказ)» (Библиотека для чтения. 1861. № 4. С. 4–11). О популярности, выпавшей на долю шутки, говорят и другие факты: «Зефиротом», в частности, называли в кругу E. А. Штакеншнейдер H. Г. Помяловского (Штакеншнейдер E. А. Дневник и записки (1854–1886). М.—Л., 1934. С. 292–293).

205

Трудящийся достоин платы, это давно сказано. — Ср.: «трудящийся достоин пропитания» (Евангелие от Матфея, гл. 10, ст. 10); «трудящийся достоин награды за труды свои» (Евангелие от Луки, гл. 10, ст. 7).

206

…о каре Новгорода… — Имеется в виду совершившееся в 1478 г. присоединение Новгородской земли к Московскому великому княжеству, за которым последовало подавление Иваном III попыток сопротивления со стороны новгородцев.

207

…об осаде Лавры… — Имеется в виду осада польско-литовскими войсками Лжедмитрия II Троице-Сергиевой лавры (23 сентября 1608 — 12 января 1610 г.).

208

…о смерти Ивана-Царевича… — Возможно, имеется в виду сын Ивана IV (Грозного) Иван (1554–1581), убитый своим отцом. Но Достоевский мог иметь в виду и брата Петра I Ивана Алексеевича (1666–1696).

209

…путешествий Кука… — Описания путешествий Джемса Кука (James Cook, 1728–1779) многократно переиздавались в различных русских переводах начиная с конца XVIII в.

210

…путешествия капитана Бонтекое, гениально составленного из прежних материалов Александром Дюма… — Биллем Исбранц Бонтеку (Bontekoe) (1587–1647?) — голландский мореплаватель, совершивший в 1618–1625 гг. трудное и опасное путешествие в юго-восточную Азию и Китай. 19 ноября 1619 г. на находившемся в Индийском океане корабле «Нью-Хорн», капитаном которого был Бонтеку, произошел пожар, приведший к взрыву запасов пороха; оставшиеся в живых члены экипажа, предводительствуемые Бонтеку, на шлюпке добрались до Суматры, где подверглись нападению туземцев, вынуждены были вновь выйти в море и наконец у берегов Явы были подобраны голландским флотом. Написанный Бонтеку рассказ о своем полном приключений плавании был опубликован в 1646 г. в Голландии, а в 1663 и 1681 гг. издан в переводе на французский язык. Воспоминания Бонтеку послужили основой для рассказа «Bontekoe», открывавшего цикл документальных рассказов А. Дюма-отца «Les drames de la mer» («Драмы на море»), который печатался в петербургском журнале «Revue étrangère de la littérature, des sciences et des arts» (1852. 5. 81. Fevr. P. 384–425). Отдельные издания «Les drames de la mer» вышли в Париже в 1853 и 1860 гг. Рассказ «Bontekoe» был переведен на русский язык уже в 1852 г. См.: «Капитан Бонтеке» — Библиотека для чтения. 1852. T. 113. Ч. 2. Июнь. С. 144–180 (анонимный перевод); «Капитан Бонтеку» — Морской сборник. 1852. T. 8. № 7 (июль). С. 15–32; № 8 (август). С. 91–120 (пер. В. К. Шульца). Подробное изложение записок Бонтеку содержится в статье «Гибель голландского корабля „Нью-Горн“» в 7-м томе «Библиотеки путешествий», изданной А. А. Плюшаром (СПб., 1854), 6-й и 7-й тома этой серии — «Рассказы о кораблекрушениях» ·— представляют собой сделанное В. M. Строевым изложение западноевропейских печатных источников.

211

…статьи — Хомякова, Константина Аксакова… — В № 1 «Дня» опубликованы статьи К. С. Аксакова «Наша литература» (с. 7–8) и А. С. Хомякова «Об общественном воспитании в России» (с. 3–7)

212

..всего замечательнее «славянский» и «областной» отделы. — Областной отдел открывался следующими словами редакции: «Мы намерены помещать в этом отделе не только «вести из областей», присылаемые в редакцию в виде писем от наших постоянных или временных корреспондентов, но и статьи, посвященные обсуждению какого-либо областного вопроса или вопроса всеобщей важности, но которого основание, повод, точка отправления стоят на областной почве. <…> Кроме того, мы желали бы представить в этом отделе нашим читателям такого рода описания, которые бы знакомили их с физиономией, тоном, нравственным характером наших губерний» (с. 12). Славянский отдел редакция «Дня» намеревалась превратить в международную политическую трибуну: «Открывая славянский отдел в нашем издании, мы имеем основание надеяться, что сделаем его со временем довольно полным источником разнообразных и верных сведений о положении и движении славянского дела. Но мы поставили себе и другую задачу. <…> мы желали бы (и приглашаем к тому и другие органы нашей печати) иметь в виду не одних русских, но и славянских читателей, сообщать не одни сведения, но и обсуждать общие вопросы, постоянно возбуждаемые антагонизмом западного и славянского мира, и не оставлять без внимания враждебные выходки европейской публицистики. <…> Именно теперь в настоящую трудную минуту, нужно было бы живое и дружеское слово славянам, такое слово, которое, возбуждая и поддерживая в них чувство славянской народности, в то же время скрепляло бы их духовную связь с Россиею, связь, без которой их собственное, самобытное развитие и преуспеяние — немыслимо и невозможно! Пусть помнят это славяне!» (с. 16).

213

…Аскоченский, говорят, восторженно похвалил его… — B. И. Аскоченский, редактор мракобесной «Домашней беседы», с энтузиазмом процитировал передовую И. Аксакова в № 1 «Дня» и выразил сочувствие славянофильской газете: «Мы с напряженным вниманием прочитали profession de foi новорожденной газеты «День» и от души порадовались такому взгляду на принятую ею задачу, о каком за несколько лет тому и подумать было опасно» (Домашняя беседа. 1861. № 42. C. 817). Вновь восторженно приветствовал «День» Аскоченский месяц спустя: «Дай бог здоровья редакции, что она не стала дожидаться обычного срока появления в свет газет и журналов. Не такое теперь время, чтоб стеснять себя подобного рода формальностью: в литературе нашей пожар; тушить надо, — кто первый поспел на тревогу, тому честь и слава» (Там же. № 46. С. 895). Аскоченский призывал новый орган печати не следовать пагубному примеру других появившихся в 1861 г. журналов — «Времени» и «Века». «Помоги господи! Но тронет ли новорожденная газета главный и существенный элемент жизни народной — веру православную, проведет ли она ее, как ярко-серебряную нить, в пестрой, а больше черной ткани быта общественного, — этого мы не видим? покамест; имеем даже основание опасаться, чтоб и „День“, вслед за „Временем“ и „Веком“, не склонился к западу современного умничанья о религиозности и преданности вере, прикрывающей якобы грубое безверие» (там же. № 42. С. 819–820).

214

«И на каком же — уже брезжит». — Цитата из передовой И. С. Аксакова «Москва 14-го октября» (День. 1861. № 4. С. 1; курсив Достоевского). Обвинения русского общества во всепроникающей «лжи» вызвало единодушно (исключение — Аскоченский) отрицательный прием в печати 1860-х годов. Характерно в этом смысле пародийное стихотворение В. С. Курочкина «Когда мне в первый раз принес рассыльный „День“…» (1861) в составе фельетона «Дни и ночи. (Образцы славянофильского витийства и поэтические грезы барона Тираха Толерансова)» (см.: Поэты «Искры». Л., 1955. T. I. С. 194–195).

215