Стюарт. Ну… Получается, что так.
(Молчание.)
Александров. Итак, мы уже говорим о прогрессорской операции в мире Аналогов?
Стюарт. Нет. Человек, которого мы туда пошлем, не должен действовать как классический Прогрессор. Ни в коем случае. Он пойдет именно налаживать контакт. Ваш адмирал Линденгард сможет обеспечить ему прикрытие?
Александров. Он постарается. Я уверен.
Стюарт. Завидую я все-таки вашему оптимизму, Кирилл Михайлович… Вот что, господа. Я – штатный сотрудник Института времени. Эта работа – по моему профилю. И… я историк, в конце концов. Готовьте меня к переброске. Вернусь – расскажу.
Кацеленбоген. Джеймс…
Стюарт. Что? У тебя есть возражения?
Кацеленбоген. У меня их множество, знаешь ли. Коллекция целая. Причем – самых категоричных… Извини. Раз уж меня сюда позвали – это означает, что за подготовку инфильтрации буду отвечать я. Как начальник центра подготовки Прогрессоров. Как профессионал, в конце концов… Так вот: первым ты не пойдешь. Вторым – быть может. Если мы будем уверены, что нашего человека там приняли и канал заработал. Но первым должен идти настоящий специалист.
Стюарт. Хочешь пойти сам?
Кацеленбоген. Ох, я рад бы… Но, боюсь, я для этого староват и толстоват. Нет. Но ты прав: тут нужен Прогрессор. Лучше всего – человек с опытом, уже работавший на индустриальных планетах. На Саракше, например, или на Гиганде…
Дружинин. Я работал на Гиганде.
Кацеленбоген. Знаю. Неужели ты думаешь, что я всех своих не помню? Ну вот… если не откажешься…
Дружинин. Не откажусь.
Кацеленбоген. Еще бы… Только смотри, там тебе не здесь.
Дружинин. Слон…
Кацеленбоген. Да, да. Я уже пятьдесят лет Слон. Никаких рискованных фокусов в твоем духе. Пройти Окно, поговорить с кем надо, и назад. Прикрытие у тебя, полагаю, будет…
Сумароков. Будет. Я сейчас же займусь связью.
Кацеленбоген. Отлично. Ну, легенда все равно понадобится, это мы разработаем, когда я посмотрю вашу базу данных…
Ковальский. Так. А задание?
Стюарт. Слон, но вторым пойду я!.. А что касаемо задания… Первое: выяснить причину гибели «Нейтрона». Окончательно: кто, что, зачем. Второе – просто собрать впечатления. Для нас будет ценной любая мелочь. И третье – узнать что-то о политической ситуации там, внутри. Кто за контакт, кто изоляционисты, с кем те и другие связаны… Впрочем, третье – это уже, строго говоря, не для тебя… Борислав, не обижайся, но я скажу серьезно. Здесь ты сработал отлично. И на Гиганде ты работал отлично, я в курсе. Но за Окном ты будешь не Прогрессором, а курьером. Дойти туда. Поговорить с Линденгардом, или кто там еще найдет нужным тебя встретить. И – назад с отчетом. Ты меня понимаешь?
Дружинин. Конечно, понимаю. Как ты мог сомневаться.
Стюарт. Ох, не успокаивает меня это… Ладно. Ты, по крайней мере, уже в курсе дела, не придется расширять круг… И… Знаешь, что еще…
Дружинин. Я тебя слушаю.
Стюарт. Борислав, ты шесть лет проработал на Гиганде. У тебя привычные профессиональные шаблоны… да как у всех у нас, чего там. Мы привыкли иметь дело с цивилизациями, которые стоят на линии прогресса заметно ниже нас. Я знаю, теоретик может тут насыпать тысячу возражений – но на самом деле это так, и это отражается на всем. На том, как мы ставим задачи, на способах разговора с людьми, на наших страхах… Я не предлагаю тебе все это преодолевать за Окном. Не надо. Скорее всего, твои профессиональные навыки там вполне пригодятся. Но… Когда ты столкнешься с чем-то серьезным – отбрось их. Я не знаю, что это будет. Но я уверен: может возникнуть ситуация, когда твои принесенные с Гиганды привычки начнут мешать. Когда твой способ видеть вещи… станет ненадежным. И вот тогда тебе придется вспомнить, что люди Рейха – не наши младшие братья, не дети, не ученики… Строго говоря, они вообще не объекты. Они просто нам равны. Во всем. Это очень необычная ситуация для контактера, а тем более для Прогрессора, но – будь к ней готов. Да и всем пора готовиться, я бы сказал…
Дружинин. Спасибо, Джеймс. Я тебя понял.
Стюарт. Да… И надо поспешать, вообще-то. Как только в большом КОМКОНе поймут, в чем дело, здесь начнется татаро-монгольское нашествие. Хорошо бы нам успеть что-то сделать до этого… Антон Павлович, я вас очень прошу, позаботьтесь о связи.
Сумароков. Да… Я постараюсь наладить канал немедленно. То есть сразу, как только мы разойдемся.
Ковальский. Намек, да?.. Ну что, у нас еще остались срочные вопросы?..
10 сентября 61 года Нового Рейха
Межзвёздная станция «Ётунхейм»