Свержение ига: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

   — Вот и ходи у стремени, — оборвала Алёна, — а в дела, что розмысла требуют, не суйся, не по тебе это! Так и государю скажу. Иди покуда, и боле чтоб не дурил, а то и взаправду в ледник посажу!

Побитым псом возвращался Василий, полный стыда за свою оплошность и обиды от сотворённых над ним насмешек. Стыд, правда, скоро прошёл — Василий был к нему не приучен. Но прошёл не бесследно: затуманил голову гневом, замохнатил сердце злобой. На всех разгневался, на всех озлобился и, пока шёл по двору, честя своих обидчиков, отругал одного пригревшегося на солнце дружинника, турнул другого, расположившегося на бревне с обеденной миской, с руганью накинулся на сидевших у своего возка и мирно беседующих скоморохов:

   — Принесла вас сюда нелёгкая, только вшей натрясли, захребетники поганые.

Те затихли, съёжившись, только поводчик, мужик со смелым и независимым взглядом, проговорил:

   — Срамно глядеть на тебя, ей-богу! Аки пёс лаешь на всех без разбору!

Василий поднял было плеть, чтоб проучить глумника, но тот лениво повернул голову и сказал:

   — Михайло Иваныч, ну-тко шугани его отсель.

Медведь не спеша поднялся, покрутил головой, заурчал, будто представление продолжалось, и медленно пошёл на обидчика. Василий был не из робких, а гнев, застилавший рассудок, требовал выхода. «Свалю косолапого или лягу, но не отступлю!» — решил он и застыл, сцепив зубы. Он уже ощутил на своём лице зловонное дыхание зверя и решил было первым броситься вперёд, однако наблюдавший за ним поводчик дёрнул медведя за цепь и проговорил:

   — Храбрый ты воин, зря не скажешь, и духовитый. Только нечего из-за своей обиды на весь свет волком смотреть, не ровен час, в капкан попадёшь.

Василий после напряжения, когда он готовился к схватке, вдруг успокоился, постоял, махнул рукой и пошёл прочь.

   — Постой, — крикнул ему поводчик, — иди-тко, что скажу!

Василий медленно поворотился.

   — Есть у меня зелье одно лечебное, всякую душевную хворобу враз лечит. Эй, Тимошка! — мигнул он небольшому, ладненькому скомороху, что давеча плясал в потехе.

Тот закопошился в возке и протянул кружку.

Тёмная маслянистая жидкость пахнула травами и обожгла огнём. У Василия попервости в горле перехватило, но вскоре по нутру разлилась приятная теплота, сладко задурманилась голова. Он привалился к возку и стал слушать неторопливую речь одного из скоморохов, прерванную его появлением.

   — Не поверил старик молодой жене. Я, думает, про твою верность ко мне доподлинно выведаю. И решил свой мужской приклад в красный цвет выкрасить. Увидали это его товарищи и спрашивают: «О безумный и несмышлёный старик, матерой материк! Почто своё естество стариковское кармином пачкаешь?» Тот и отвечает: «Вернусь от вас домой и пойду со своей молодой женой в баньку. И коли спросит меня молодая жена о том же, заставлю разобъяснить, у кого она иного цвета видела».

   — Ого-го-го! — загоготали скоморохи.

«Вот у кого лёгкая жизнь, — думал Василий, смотря на смеющиеся лица. — Всего и забот-то покривляться да позубоскалить. Коли не то сказал или сделал что не так, беды для них нет — что с весёлого возьмёшь?! Мне же за всякий шаг шею нагреть могут — такая служба!» И, словно угадав его мысли, скоморохи стали говорить о своих бедах: вспоминают-де их лишь по веселью да по пьянке великой, а в иное время взашей гонят и глумятся всяко. Пуще всего чернецы обижают: не велят ватагами ходить, ряжеными рядиться, в храмы Божьи не допускают...

   — Ну ладно, братва, — прервал разговоры старшой, — только-то и забот у нашего гостя — жалобы потешные слушать. Погостили, пора и честь знать. Путь нам неблизкий, а дело к вечеру идёт. Что, воевода, отпустишь нас или власти твоей в том нету?

   — У государского слуги на всё власти хватит! — начал было строго Василий, но усмехнулся и разрешил: — Валяйте, тута и без вас делов хватает.

   — По обычаю, посошок бы надобен на дорожку, да вот беда — всё наше зелье кончилось. — Поводчик почесал голову. — Раз ты подобрел, так, может, и вина велишь подать?

   — Ладно! — тряхнул головой Василий. — Придётся свой долг ворочать. Разыщите мне ключника и к погребу приведите. Я сейчас там буду.

Скоморохи бросились на поиски, а Василий направился к воротному стражнику и приказал выпустить скоморохов.

   — Блох от ихнего зверья много, — добавил он шутливо, — скоро весь двор заполонят.

У винного погреба его уже ожидал мохнатый ключник.

   — Почто звал? — хмуро поклонился он Василию.

   — Плесни весёлым людям на дорожку.

   — Чего плескать? — так же хмуро спросил ключник.

   — Отворяй погреб, посмотрю, что есть, а заодно проверю, как государское добро бережёшь.

Ключник вынул из-за пояса громадный ключ, прикреплённый для верности к толстой цепи, и стал отворять дверь.