Почему Деклан так долго не приходит в себя? Где черти носят Карсона? Почему же он сейчас не стоит плечом к плечу со своей соратницей по борьбе с вампирами? Что они оба сказали бы, узнай о планах доктора Грей? Все, что она до сих пор делала — все эти тридцать лет — была направлено на уничтожение Маттиаса и восстановление на троне Кристофа.
Ее преданность предыдущему королю вампиров граничила с безумием.
— Ты понимаешь, что жизнь твоей дочери в моих руках. — Она выписывала круги вокруг Маттиаса. — Ты бессилен — и это только маленький образец того, что Кристоф чувствовал все эти годы по твоей милости. Твой собственный брат. Может, тебе стоило убить его, когда представилась такая возможность.
Маттиас скрипнул зубами:
— Я пытался. Он не мог умереть.
— Ритуал «Амарантос», — прошептала Моника. — Говоришь, он сработал?
— Знаю только, что когда я всадил серебряный кинжал в сердце Кристофа, его это не остановило.
Я резко втянула воздух. Ритуал для получения бессмертия. Кристоф выпил крови. Правда, Маттиас тоже. Что это значит? Что он неуязвим? Они оба бессмертны?
— Полезная информация. Выходит, он быстро восстановится после освобождения. — Она вздохнула, похоже, что с облегчением. Неужели боялась, что Кристоф мог и не дожить до этого дня? Что все эти годы она питалась иллюзиями? — Сейчас ты должен пройти с моим охранником, чтобы мы могли украсить твои запястья милыми серебряными наручниками. Ты же понимаешь, что мы должны соблюдать рядом с тобой кое-какие меры безопасности. Ты станешь великолепным племенным жеребцом. Думаю, благодаря тебе я смогу получить много материала для жертвоприношений.
— Я не раб. Я король.
— Уже нет.
Некоторое время он молчал, сохраняя каменное выражение лица, потом сказал:
— Позволишь попрощаться с Джиллиан до того, как уведешь отсюда?
Она склонила голову набок:
— Как романтично. Если бы она не требовалась мне для других целей, я бы сделала ее первым инкубатором для твоих будущих отродьев.
Маттиас повернулся ко мне и в два шага преодолел разделяющее нас расстояние, не сводя с меня пристального взгляда, в котором не было даже намека на улыбку.
Мне хотелось колотить кулаками по его груди, чтобы вырвать из странного ступора, в котором он пребывал. Серебряные стены? Да тьфу на них! Он вампир, а доктор Грей всего лишь человек. Почему он не борется? Почему он вот так спокойно собирался покориться? Боялся, что не сможет защитить дочь?
Я покачала головой, в груди разлилась боль, потому что я потеряла всякую надежду.
— Это не может вот так закончиться.
«Сопротивляйся», — подумала я, мельком взглянув на охранника с шокером. — «Сделай хоть что-нибудь. Не сдавайся».
— Ты должна мне пообещать, что будешь присматривать за моей дочерью, — тихо сказал Маттиас, глядя на колыбельку. — Не допусти, чтобы с ней что-нибудь произошло.
Я не понятия не имела, как выполнить подобное обещание, но знала, что должна его дать.
— Да, конечно. Даю слово. Но, Маттиас, ты должен…
Он взял мои ладони в свои руки.
— Если бы это зависело от меня, я не хотел бы, чтобы все закончилось сегодня и именно так, но у меня всегда есть план Б. И он еще сработает. Даже лучше, чем я думал. — Он снова перевел взгляд на колыбельку и на крошку, чье личико так и не видел вблизи. — Она прекрасна, правда?
— Да.
— Джиллиан, ты тоже. — Его губы слегка изогнулись в улыбке. Потом он склонился ко мне и кое-что прошептал на ухо.
Я нахмурилась:
— Что ты…
Не успев сказать что-нибудь еще, я почувствовала, как он прижался ртом к моей шее и пронзил клыками нежную кожу.