— Кристоф. — Я вспомнила свою беседу с доктором Грей. Великодушный правитель вампиров, держащий своих подданных в узде, пока не объявился Маттиас, жаждущий власти.
Великодушный правитель, убивающий детей и пьющий их кровь?
Маттиас пронзил меня взглядом:
— Моника, что, многое разболтала?
— Она… она рассказала, что он был хорошим королем, а ты… ты его сверг.
На пару секунд повисла тишина, которую словно нож прорезал вдруг смех Маттиаса.
— И почему я не удивлен? Тебе становится легче от мысли, что ты отдашь свою жизнь ради благородной цели? Чтобы вернуть на трон хорошего короля?
— Ты держишь Кристофа где-то здесь?
Насмешливая улыбка Маттиаса испарилась.
— Его никогда не освободят. Ни за что.
— Ну… если все так серьезно, почему бы его просто не убить?
Резкий взгляд Маттиаса охладил мой энтузиазм не хуже пощечины.
— Это мое дело, что мне делать с моими заключенными. — Он умолк на секунду. — Скажи-ка, Джиллиан. Тот мужчина, с которым ты была в машине. Охотник, Деклан Рейс. Ты его любила?
В груди заныло при упоминании имени Деклана. Вопрос был слишком неожиданным.
— Я встретила его всего пару дней назад.
Маттиас подошел и налил мне еще вина. Вместо того чтобы выпить его, я поставила бокал на стол рядом с полупустой бутылкой.
— Он много лет убивал вампиров, — сказал Маттиас. — Наводил ужас больше любого другого охотника. Это ограничивало число изгоев, рвущихся в мир людей на поиски жертв.
Я с трудом сглотнула.
— Ты называешь их изгоями?
— Они и есть изгои. Те, кто клянутся мне в верности, с радостью привечаются в моем королевстве, которое обеспечивает безопасность и пропитание. Но если вампиры нарушают мои правила и отправляются в человеческий мир, я отправляю за ними слуг, чтобы вернуть их и подвергнуть наказанию. С остальными разбираются охотники. Однако те не всегда видят разницу между изгоем и не изгоем. В числе таких неразборчивых и был твой Деклан.
Я поморщилась:
— Он не мой.
— А он был весьма уродливым, согласись?
— Не был он уродливым.
Маттиас не отрывал от меня взгляда:
— Все-таки он тебе не безразличен.
Я сморгнула слезы, подкатившие к уголкам глаз. И беззвучно кивнула.
— Тогда какая жалость, что его больше нет. — Маттиас — явно не без усилий — подобрался ко мне вплотную и принялся накручивать на палец прядь моих волос. — Только стоящий мужчина мог заслужить интерес такой женщины, как ты.
Каждая мышца моего тела была напряжена оттого, что монстр стоит так близко. Я с трудом сдерживалась, чтобы не отпрянуть.
— Осторожнее, — предупредила я. — С такого расстояния можешь не устоять и укусить меня.