Миклуха-Маклай, улыбаясь, вынес им ружье. Папуасы тесно прижались друг к другу. Миклуха зарядил ружье и выстрелил. Папуасы разом, как снопы, повалились на землю. Они заткнули пальцами уши, ноги их тряслись так, что они не могли даже усидеть на корточках. Только минуты через три некоторые папуасы стали поднимать голову и боязливо смотрели на Миклуху. Трясущимися руками они делали ему знак, чтобы он спрятал страшное «копье». Михлуха унес ружье в хижину, и тогда папуасы встали с земли.
— Маклай, скажи, волшебное копье может убить «буль-буль» — дикую свинью?
— Может.
— А может оно убить человека?
Маклай успокоил папуасов, говоря, что «копье» опасно только для дурных людей, а хорошим оно вреда не сделает.
— Маклай, мы — хорошие люди, нам нечего бояться твоего копья?
— Да, да, вы хорошие люди. Я пойду с вами на охоту на диких свиней и буду убивать их своим «копьем».
Папуасы были в восторге и, как дети, прыгали от радости: Маклай набьет много, много диких свиней; они сделают большой огонь, и у них будет много вареного мяса…
Прошло полтора года с того дня, как «Человек с Луны» поселился среди папуасов. Однажды ранним утром к Маклаю прибежали несколько человек.
— Э, Маклай! Бие-биа (огонь, огонь) — кричали они.
— Где огонь? — спросил Миклуха.
— На море, около острова Кар-кар.
— Это люди с Кар-кар жгут костер, — ответил Маклай.
— Нет, нет, Маклай, огонь идет из моря, — сказали папуасы.
Маклай вышел из домика. Действительно, на море виднелся дымок. Скоро можно было увидеть, что это шел корабль. Миклуха поднял на высоком шесту флаг, который заметили на корабле, и корабль изменил свой курс.
Маклай попросил папуасов отвезти его в пироге на корабль, который оказался русским.
Нашлось двое смельчаков, решивших поехать с Маклаем. Когда лодка близко подъехала к кораблю, и оттуда раздались крики «ура», папуасы оставили весла и моментально бросились в море…
С корабля спустили веревочную лестницу. Через минуту Миклуха-Маклай был уже на палубе. В числе команды он нашел даже некоторых своих старых знакомых. Корабль был послан Русским Географическим Обществом на поиски Миклухи-Маклая, так как в России ходили слухи, что его съели папуасы…
Капитан просил Маклая немедленно же собираться и покинуть Новую Гвинею. Но Маклай не хотел уезжать в Россию. Между тем он был сильно изнурен тропической лихорадкой. Он решил поэтому временно покинуть Новую Гвинею и просил перевезти его на остров Яву, где он мог бы полечиться и поправить свое здоровье.
Узнав, что Маклай покидает остров, папуасы толпами приходили прощатся. Все они упрашивали Маклая не уезжать. Многие плакали. Особенно горевал приятель Маклая, Туй. Миклуха утешал своих чернокожих приятелей, обещая скоро вернуться к ним, и просил сохранить его домик.
В день отъезда сотни папуасов, даже из дальних деревень, пришли на берег. Несколько папуасов решили проводить Маклая на страшную огненную пирогу. Они сели в лодку, вместе с Маклаем подъехали к кораблю и взобрались на палубу. Но при виде множества белых людей их храбрость пропала, и ухватившись за Маклая, они не хотели выпускать его.
Миклуха-Маклай попросил веревку, обвязал ее вокруг себя, а конец дал папуасам. Папуасы, держась за веревку и воображая, что таким образом они держатся за Маклая, ходили с ним по всему кораблю. Маклай показывал им разные невиданные вещи. Больше всего заинтересовало папуасов большое зеркало, где они видели себя во весь рост.
На корабле был живой молодой бычок. Папуасы не знали других домашних животных, кроме свиньи и собаки.
— Большой русс-свинья, с двумя зубами на голове, — решили они.
Маклай объяснил им, что это не свинья, а бык. Папуасы рассмеялись и десятки раз повторяли:
— «Бик, бик, бик»…
Наконец наступил час отъезда. Подняли якорь. Сотни папуасских челноков и пирог окружили корабль. Маклай стоял на палубе и кланялся папуасам. А они громко кричали:
— Э-ме-ме! Э-аба! (Прощай, друг! Прощай, брат!..)