Далее Шпенглер описывает возникающие в этой связи трудности и заканчивает следующим выводом:
Таким образом, в настоящее время и в пределах обозримого будущего на пути развития общественных наук и осуществления с их помощью предвидения стоят следующие важнейшие препятствия, которых не знают естественные науки.
Явления, исследуемые естественными науками, могут вновь воспроизводиться (например, давление пара при нагревании воды до 70 градусов по Цельсию). Ученому в этой области нет необходимости начинать все исследования с самого начала. Он может работать, полагаясь на достижения своих предшественников. Вода, которую мы возьмем, будет вести себя точно так же, как и во время опытов, поставленных ранее. Напротив, явления, изучаемые общественными науками, в силу своих особенностей не могут быть воспроизведены. Каждое исследуемое нами в этой области событие в известной степени является новым. Мы приступаем к работе, располагая данными только о сходных явлениях, имевших место в прошлом, а также относительно имеющихся методов исследования. Эти сведения составляют тот вклад, который общественные науки внесли вдело развития человеческих знаний.
В области естественных наук большинство важных для исследования факторов можно измерить с определенной степенью точности (например, температуру, давление, напряжение электрического тока и т. д.). В области общественных наук результаты измерения многих важных факторов в такой мере неопределенны (например, количественные показатели силы побудительных мотивов, способностей военного командира или руководителя и т. д.), что ценность всех таких количественных выводов практически весьма ограничена.
Вопрос об измерениях и количественном выражении результатов исследования имеет важнейшее значение для общественных наук, и особенно для информационной работы разведки. Я вовсе не хочу сказать, что многие важнейшие для информационной работы разведки факторы нельзя измерить. Однако измерения такого рода требуют много времени, сопряжены с трудностями и часто имеют сомнительную ценность. Результаты измерений в области общественных наук труднее использовать, чем результаты измерений, сделанных в области естественных наук. Это положение, имеющее такое большое значение для информационной работы, более обстоятельно будет рассмотрено в этой главе ниже.
Количественные показатели весьма полезны. Они в большей мере помогают предвидеть развитие событий в будущем. Однако нельзя сводить все дело к этим показателям. Большинство суждений, в том числе по важнейшим вопросам, не связано с измерениями и не основывается на количественном учете всех соображений за и против. Мы никогда не измеряем в каких-то единицах своего доверия к друзьям, своей любви к родине или интереса к собственной профессии. Точно так же дело обстоит и с общественными науками. Они полезны прежде всего потому, что помогают понять нам внутренние связи и ключевые факторы многих явлений, имеющих важнейшее значение для разведки. Далее, общественные науки полезны теми методами, которые были ими выработаны. Весьма полезным исследованием по этому вопросу является книга Сорокина [85А].
Давайте посмотрим, в чем заключается ценность общественных наук для офицера информации. Почему он обращается за помощью к общественным наукам, что в них такого? Что в общем представляет собой та помощь, которую офицер информации может получить от общественных наук и не может получить из других источников? Пегги [6] пишет:
Джи [21] следующим образом суммирует свои взгляды относительно будущего общественных наук:
История. Важность изучения истории человечества говорит сама за себя. Разведывательная информация, несомненно, представляет собой один из элементов истории — прошлой, настоящей и будущей, если вообще можно говорить о будущей истории. Несколько утрируя, можно сказать, что, если разведчик-исследователь разгадал все загадки истории, ему немного нужно знать еще, кроме фактов текущих событий, чтобы понять положение в той или иной стране. Многие историки не считают истерию общественной наукой и не понимают, что она многим обязана методам исследования, применяемым в этих науках. В большинстве классификаций история, однако, причисляется к общественным наукам [25].
Культурная антропология. Антропология, буквально — наука о человеке, подразделяется на физическую антропологию, изучающую биологическую природу человека, и культурную. Судя по названию, культурная антропология может включать изучение всех форм культуры — экономических, политических и т. п. отношений всех народов мира. Фактически культурная антропология изучала культуру древних и первобытных народов. Это, однако, пролило свет на многие современные проблемы.
Кимболл Янг [52] пишет «Со временем культурная антропология и социология будут объединены в одну дисциплину». Культурная антропология может помочь офицеру информации узнать обычаи отсталых народов, с которыми приходится иметь дело Соединенным Штатам или другим государствам; понять проблемы, с которыми, вероятно, столкнется Куртэния, эксплуатируя те или иные отсталые народности, проживающие на ее территории.
Социология — учение об обществе. Прежде всего она изучает национальный характер, обычаи, установившийся образ мышления народов и культуру вообще. Кроме социологии, эти вопросы изучаются также психологией, политической наукой, правоведением, экономикой, этикой и педагогикой. В изучении этих вопросов социология играет незначительную роль. Основной вклад социология сделала в изучение тех групповых общественных отношений, которые не носят преимущественно политического, экономического или правового характера.
Получилось так, что социология в меньшей мере занимается изучением первобытной культуры, чем культурная антропология. Тем не менее социология может помочь решить многие проблемы, относящиеся к области культурной антропологии. Офицер информации может рассчитывать, что социология поможет ему глубже уяснить роль народных обычаев, национального характера и «культуры» как факторов, определяющих поведение людей, а также деятельность общественных групп и институтов, не являющихся политическими или экономическими организациями. К Таким общественным институтам относятся, например, церковь, учебные заведения, общественные организации. Социология охватывает все вопросы, включая такой важный вопрос, как народонаселение, отнесенные к социологической разведывательной информации, составляющей один из видов стратегической информации. Ясно, что некоторые проблемы, изучаемые социологией, иногда имеют первостепенное значение для решения информационных задач.
Социальная психология изучает психологию человека в его взаимоотношениях с другими людьми, а также коллективную реакцию людей на внешние побудительные мотивы, особенности поведения общественных групп. Л. Браун [52А] пишет:
«Социальная психология изучает взаимодействие органических и общественных процессов, продуктом которых является человеческая природа». Социальная психология может помочь уяснить «национальный характер народа», рассматриваемый ниже в настоящей главе.
Политическая наука имеет отношение к развитию, структуре и деятельности органов государственной власти (см. Манро [54]).
Ученые, занятые в этой области науки, добились больших успехов в изучении, например, тех факторов, которые оказывают значительное влияние на исход выборов и деятельность государственных органов, включая такой фактор, как действия — общественных групп, выступающих против своего правительства. Тщательные исследования в этой области дали надежные сведения, которые во многих случаях можно использовать для решения специальных информационных задач. Работникам информации политическая наука может помочь установить ключевые факторы будущей политической кампании и определить результаты действия каждого из них. С помощью политической науки можно определить сильные и слабые стороны различных форм правления, а также последствия, к которым они могут привести при данных обстоятельствах.
Юриспруденция, то есть правоведение. Разведка может извлечь пользу из некоторых процессуальных принципов, особенно из принципа, предусматривающего представительство обеих сторон при разборе дела в суде. Из юристов часто получаются хорошие работники информации.
Экономика занимается социальными явлениями, относящимися прежде всего к обеспечению материальных потребностей отдельных индивидуумов и общественных групп. Она изучает такие категории, как предложение и спрос, цены, материальные ценности. Одной из важнейших основ мощи государства как в мирное, так и в военное время является промышленность. Исключительная важность экономической науки для изучения положения за границей очевидна.
Культурная география (иногда ее называют человеческой географией). Географическую науку можно подразделить на физическую географию, изучающую физическую природу, например реки, горы, воздушные и океанские течения, и культурную географию, занимающуюся в первую очередь явлениями, связанными с деятельностью людей, например городами, дорогами, плотинами, каналами и т. д. К культурной географии относится большинство вопросов экономической географии. Она тесно связана с экономикой. Культурная география имеет прямое отношение к ряду разновидностей стратегической информации и дает в большом объеме сведения для стратегической разведки, собирающей информацию о географии, средствах транспорта и связи, военных возможностях иностранных государств.
Те, кто оптимистически оценивают перспективы развития общественных наук, говорят в обоснование своей позиции, что ученого, работающего в этой области, следует сравнивать, с точки зрения его способности устанавливать общие закономерности явлений общественной жизни и предвидеть, скорее с биологом, чем с химиком. Биолог, подобно социологу, имеет дело с различными и отнюдь не однотипными проявлениями живой материи. Тем не менее он добился значительных успехов в установлении общих закономерностей и предвидении, опираясь на изучение большого количества явлений. Подобное сравнение социолога с биологом нельзя считать вполне правильным. Существенные различия между ними состоят в следующем. Занимаясь обобщениями и предсказывая будущие события, биолог часто имеет дело со средними величинами. Например, мы можем в опытном порядке установить урожайность пшеницы на нескольких участках, поставленных в различные условия (неодинаковая степень орошения, удобрения и т. п.). В этом случае при определении средней урожайности в равной мере учитывается каждый отдельный колос пшеницы. Выдающиеся личности не играют здесь никакой роли. На пшеничном поле нет руководителей, которые заставляли бы отдельные колосья развиваться определенным образом.
В других случаях биолог имеет дело с установлением определенной вероятности каких-то явлений, величин, например определяя смертность в результате эпидемии. Он может правильно предсказать, что смертность составит, например, 10 процентов, отчасти потому, что не должен указывать, кто именно попадет в число этих 10 процентов. Преимущество биолога состоит в том, что он имеет дело с большими числами. Он не интересуется, применимы ли открытые им закономерности и сделанные предсказания к отдельным лицам.
В области общественных наук дело обстоит иначе. Хотя с первого взгляда и кажется, что ученый имеет дело с тысячами людей, исход того или иного явления часто зависит отрешения весьма узкого круга лиц, оказывающих влияние на окружающие их многотысячные массы. Например, боевые качества солдат армии Ли[45] и армии Макклеллана[46] были примерно равны. Тот факт, что использование этих солдат дало различные результаты, объясняется существенными различиями в способностях генерала Ли и его ближайших офицеров, с одной стороны, и генерала Макклеллана и его ближайших офицеров — с другой. Точно так же решение одного человека — Гитлера — ввергло миллионы немцев во вторую мировую войну.
В области общественных наук ученый в ряде случаев (но не всегда) лишен возможности действовать наверняка, опираясь на большие числа. Даже в тех случаях, когда внешне кажется, что он основывает свои выводы на учете действий большого количества людей, и тогда к окончательным заключениям он приходит из понимания того факта, что на самом деле решения очень часто принимаются небольшим кругом лиц. Исследователю-биологу не приходится иметь дело с такими факторами, действующими в обществе, как подражание, убеждение, принуждение и руководство. Таким образом, при решении многих проблем ученые-социологи не могут вдохновляться успехами в области предвидения, достигнутыми биологами, имеющими дело с большими группами различных индивидуумов, которых они, однако, рассматривают в целом, не принимая во внимание отношения руководства и подчинения, существующие в данной группе. В других случаях социологи могут, подобно биологам, не обращать внимания на отдельных индивидуумов и оперировать только целыми группами людей. Мы должны полностью учитывать различия, существующие в области научно-исследовательской работы между социологами и биологами.
Подводя итог, следует сказать, что значительные успехи в области общественных наук достигнуты благодаря тому, что ученые стремились сделать свои работы более ясными (уточняя, например, используемую терминологию) и бол^е объективными, благодаря тому, что при планировании своей работы и оценке полученных результатов они стали применять метод математической статистики. Некоторые успехи в открытии закономерностей и в предвидении развития событий в будущем были достигнуты в тех случаях, когда ученые имели дело с большими числами и ситуациями, на исход которых не влияли отношения руководства и подчинения, а также когда ученые могли ограничиться исследованием определенных качественных показателей членов данной группы в целом и им не нужно было предсказывать поведение заранее отобранных индивидуумов. И все же исход многих событий и явлений, изучаемых общественными науками, зависит от поведения определенных личностей.
ПОВТОРЯЕТСЯ ЛИ ИСТОРИЯ?
Этот вопрос возникает вновь и вновь, и он, конечно, имеет большое значение для информационной работы. Многие считают, что история определенно повторяется. См., например, Фараго [54 Б].
Поставим вопрос более широко: «Может ли повториться какая-либо ситуация, изученная общественными науками?»
Знакомясь с историей, мы обнаруживаем много удивительно схожих ситуаций. Приведем пример из недавнего прошлого. Наполеон одерживал блестящие победы, ведя войны против почти всех стран Европы. Поход в Россию имел для него роковые последствия. Судьбу Гитлера с полным основанием можно считать весьма схожей с судьбой Наполеона. Читатель может вспомнить сам другие примеры.
Спрашивая, повторяется ли история, мы должны иметь в виду также следующие вопросы. Они расположены нами в такой последовательности, что на последующие вопросы могут быть даны менее определенные ответы, чем на предыдущие.
[45] Имеется в виду генерал Роберт Эдвард Ли (1807–1870), командовавший в период Гражданской войны в Америке армией конфедератов. — Прим. ред.
[46] Макклеллан Джордж (1826–1885), американский генерал, командовал в 1861–1862 гг. в период Гражданской войны в Америке армией северян. — Прим. ред.