Адское ущелье: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Часть первая

МЕСТЬ ЗА ОТЦА

ГЛАВА 1

Адское ущелье и озеро Дьявола. — Город растет. — Счастливое прошлое. — Суд Линча. — Завсегдатай кабака. — Убийство и поджог. — Шериф-оригинал. — Подвиги Боба Кеннеди. — Повешен на телеграфном столбе.

Первого июня 1885 года, через три недели после описанных событий, город Гелл-Гэп стал местом невиданного паломничества. Гелл-Гэп — иначе, Адское ущелье — это один из крайних форпостов Дикого Запада. В то время он располагался на уровне 99° западной долготы и 48° северной широты, в пяти километрах к северу от озера Дьявола на реке Мовез-куле.

Не пытайтесь найти его на карте по указанным координатам. Он пережил несколько периодов бума[31] и антибума, дважды выгорал дотла, а затем переместился на 10 лье[32] восточнее. Ныне его название — Город у Озера Дьявола — Девлз-Лейк-Сити.

Итак, начиная с 1 июня 1885 года Гелл-Гэп — прежде небольшой временный лагерь или, попросту говоря, нагромождение палаток и деревянных лачуг — начал расти, будто река во время паводка.

Местоположение городка, надо признать, оказалось весьма удачным. Находился он на американской земле в восьмидесяти километрах от канадской границы и в ста — от железной дороги, соединяющей Виннипег и Миннеаполис[33]. Одна небольшая ветка обеспечивала его связь с крупными городами Америки и Канады. Ее вполне хватало для быстрого расцвета неприметного городка.

Однако нужен был какой-либо толчок, серьезный повод, чтобы потенциальные возможности сделались реальными. И вот, к великой радости местных жителей, неведомо откуда возник слух, что в песчаных отмелях реки Мовез-куле таятся несметные залежи золота!

Судьба Гелл-Гэпа в одночасье переменилась.

Среди брезентовых палаток и уродливых бараков, крытых дерном, встали первые каркасные дома из обструганных досок, где можно было жить с некоторым комфортом. Появились банк, три церкви, здание суда, четыре гостиницы и бессчетное количество салунов[34], где бессовестные торговцы за непомерную цену предлагали горячительные напитки, столь любезные сердцу янки[35].

Два месяца назад в Гелл-Гэпе насчитывалось не более двух сотен жителей, во всем терпевших нужду. Теперь городок имел вдесятеро больше обитателей, и с каждым днем прибывали новые. Предполагалось, что к концу года численность населения увеличится еще раз в пять.

Бум обещал быть весьма продолжительным. Людей влекло сюда не только золото, но и здешняя земля, мягкая и плодородная, как все долины Дакоты[36]. Она сулила необычайные возможности и для земледелия, и для животноводства.

Большая часть жителей — как местных, так и приезжих — ликовала при мысли о столь радужном будущем. Однако кое-кому такая перспектива отнюдь не улыбалась.

Еще совсем недавно, в благословенные времена палаток и бревенчатых бараков, Гелл-Гэп являл собою райский уголок для тех, кто пребывал не в ладах с законом. Они стекались сюда с канадской границы и из восточных штатов Америки. Разорившиеся отщепенцы и отъявленные головорезы, утратившие любые социальные связи, но зато мастерски владеющие холодным и огнестрельным оружием, оседали на нейтральной территории между двумя странами — работали, попав в безысходное положение, пропивали прилипшие к рукам крохи золота, рисковали, если промывка песка сулила удачу, и резали друг друга, когда пьяный угар туманил голову и горячил кровь.

Единственным законом для них было своеволие, и они защищали его доступными им способами — с помощью длинного охотничьего ножа или револьвера Кольта[37], что при всяком удобном случае выхватывался из кобуры, висевшей на поясе или на бедре.

И вдруг неведомо откуда появились некие люди со странной фантазией нарушить порядок или, вернее, беспорядок анархического заповедника.

Они посмели возомнить себя умнее первооткрывателей сих мест, им вздумалось установить какие-то новые правила. Дошло до того, что пальба из револьвера перестала считаться достаточной платой за выпивку в кабаках, а хозяева гостиниц стали требовать золотые кругляшки, именуемые долларами[38]. Даже принадлежность к почитаемому клану «десперадос»[39] не гарантировала больше бесплатного ночлега и утоления жажды.

По наущению наглых и трусливых торгашей в городе организовали Комитет бдительности. Новоявленные блюстители порядка взяли законность в свои руки и принялись охранять ее примитивными, но действенными методами. При малейшем поползновении нарушить их нелепые законы появлялись люди в масках, хватали возмутителя спокойствия, накидывали на шею петлю и вздергивали на первом попавшемся дереве. Для разнообразия иногда использовался фонарный столб или же мост, откуда сбрасывали виновника, затянув потуже веревку.

Если бы еще в городе был шериф![40] С ним наверняка удалось бы договориться. В Америке нет такого чиновника, что устоял бы перед увесистым подношением!

Но вот наконец появился и шериф. Он оказался славным малым, но, к несчастью, совершенно неподкупным.

А может быть, он все-таки дрогнет? Не припугнуть ли его как следует?

Сказано — сделано. С полдюжины отъявленных головорезов выработали план и немедленно приступили к его осуществлению под руководством Боба Кеннеди. Этого ковбоя многие подозревали в конокрадстве[41]. Он и возглавил нападение на кабак, хозяин которого не проявлял должного уважения к старожилам Гелл-Гэпа. Зазвенели разбитые стекла, из простреленных бочек потоком хлынуло виски, заливая даже улицу. В довершение бандиты потребовали открыть кассу и отдать всю выручку Бобу Кеннеди.

Несчастный торговец изворачивался и юлил, стараясь выиграть время в надежде на подмогу.

Боб, теряя терпение, выхватил нож и для пущей убедительности решил слегка пощекотать адамово яблоко[42] кабатчика, дабы тот проникся должным почтением к желаниям гостей. К несчастью, владелец салуна покаяться не успел: в его горло проникло лезвие, ибо Боб слегка не рассчитал свои силы.

Кабатчик со страшным хрипом рухнул к ногам ковбоя, в чьи планы никак не входила такая развязка.

— Как это получилось, ума не приложу! — воскликнул тот изумленно. — Что за хлипкий народ…

После такого краткого надгробного слова, лишенного излишних риторических[43] украшений, бандиты незамедлительно очистили кассу. Желая достойно завершить дело, хитроумный Боб кинул зажженную спичку на пол, залитый виски. Кабак вспыхнул, как огромная чаша с пуншем[44], став одновременно и сковородой для трупа.

Разъяренные блюстители порядка примчались, дабы немедленно покарать виновников происшедшего. Но Боб с друзьями укрылся в ближайшей харчевне, с гостеприимно распахнутыми дверями: хозяин, естественно, издавна конкурировал с соседним заведением. Бандиты, забаррикадировав вход, открыли прицельный огонь. Многих блюстителей тяжело ранило. Наконец прибыл шериф — единственный законный представитель власти.

Он смело направился к закрытой двери и крикнул:

— Боб! Сдавайся, парень! Именем закона!

[31] Бум — шумиха, искусственное оживление.

[32] Лье — французская мера длины, равная 4,5 км (ныне устарела).

[33] Миннеаполис — город в США.

[34] Салун — кабачок.

[35] Янки — прозвище американцев — уроженцев США.

[36] Дакота — по названию индейских племен, чьи земли в районе Великих озер в США и Канаде были захвачены колонизаторами.

[37] Кольт Сэмюэл (1814–1862) — американский конструктор и промышленник. Усовершенствовал (1835) револьвер, названный его именем.

[38] Денежной единицей Канады является канадский доллар.

[39] Десперадос — буквально «отчаянные», здесь — бандиты. В единственном числе — десперадо.

[40] Шериф — должностное лицо, выполняющее в своем округе многие административные функции, связанные с поддержанием порядка и законности.

[41] Конокрадство в странах, где основным занятием населения было сельское хозяйство, считалось весьма тяжким преступлением и нередко каралось смертной казнью (в России зачастую путем самосуда).

[42] Адамово яблоко (кадык) — выпуклость на передней стороне шеи у мужчин.

[43] Риторика — в настоящее время ироническое обозначение напыщенного пустословия.

[44] Пунш — спиртной напиток, иногда подается к столу подожженным.