Ты будешь нашей мамой?: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Виноградова Оля

Ты будешь нашей мамой?

Глава 1

Дети

Темнота, сплошная темнота… Везде… Я ничего не вижу… Только слышу свое судорожное дыхание и бешеный стук сердца. Здесь есть нечто, что вызывает безотчетный страх, переходящий в ужас, чем больше я нахожусь здесь… Здесь… Где?

«Ты будешь нашей мамой?» Раздается звонкий детский голосок. Опять. Только не это. Только не эти ужасные дети. Они появляются всегда, как только я оказываюсь здесь. Не ощущая собственное тело, я чувствую пот, ручьями стекающий с меня. И холод, пронизывающий до костей. «Ты будешь нашей мамой?» Спрашивает другой детский голос. Создатель, спаси сохрани непокорную дщерь твою. Прошу… «Он не услышит». Смеется первой голосок. Они рядом. Они кружат вокруг меня, как хищники. «Ты будешь нашей мамой?» Хором спрашивают голоса. Я кричу, захлебываясь беззвучным воплем. Меня не слышат… Меня нет здесь… Меня нет…

— Ученица Риина дель Мааре, вы опять спите на уроке! — от резкого стука посохом по столу распахиваю глаза. Я снова заснула в неподходящее время. Я снова кричала во сне.

— Простите, — заикаясь, отвечаю, прячу заплаканные глаза. Слезы все еще стекают по лицу.

— Вы нерадивы, вы не проявляете должного уважения к наставникам. Ваше поведение недостойно звания ученицы. Вы — позор нашей Школы! — шипел наставник, грозно нависая надо мной.

— Простите… — говорить что-либо другое бесполезно. Не поверят, не прислушаются. Ведь я всего лишь человек. Всего лишь жалкая эни[1]. Меня здесь терпят, но более того. Как только я поступила в начальную группу Школы магии… Нет, не так, мне позволили поступить. Дабы соблюсти закон, по которому совсем недавно людей признали разумными существами. До этого мы носили жалкое звание животных у сотворенных, но позорное прозвище эни, зверек, никуда не делось. Дриады, эльфы, альвы, драконы, морфы и морры — все сотворенные расы презирали рожденных. Рожденные — это мы: люди, орки, гоблины, гномы. В отличие от сотворенных, возлюбленных детей Создателя, в чьих жилах течет частичка Его крови, мы произошли от животных. По их мнению, животными и остались, только разговаривать да носить одежду научились. Мы были полезны, но не более. Сейчас мы стали опасны. Наша численность скоро сравняется с сотворенными расами, несмотря на все запреты, выбраковку и маленький срок жизни. Сотворенные выбирали между полным уничтожением людей и признанием нас как самостоятельной расы. Люди никогда не узнают, что склонило часу весов в сторону жизни. Нас признали, остальные рожденные пока не удостоились такой чести. Несмотря на признание, отношение к нам не изменилось. Люди как были эни, так и остались. О нас вытирали ноги. Об меня, как о первого людского мага, посмевшего поступить в Школу, вытирали ноги особенно часто. Я привыкла. Я терпела. Слишком много надежд возлагалось на мою двадцатилетнюю особу людьми. Знать секреты сотворенных, стать сильнее их — вот мечта, которую лелеяли люди.

— В качестве наказания определяю вам ночное дежурство. — Большую часть поучительной лекции, вкупе с завуалированными оскорблениями, я провела в своих мыслях. Дежурство так дежурство. Выбирать не приходилось. В группе послышалось заинтересованное перешептывание. Значит, опять будут строить гадости. Ничего нового. Фантазия у сотворенных бедновата.

— Молчать! — рыкнул наставник на учеников. Он из морфов, потому рык в его исполнении выглядит особенно впечатляюще.

Урок продолжился. Ни одного взгляда в мою сторону от одногруппников, но атмосфера в учебном зале изменилась. Наставник не мог этого не почувствовать, но никогда ни один из них не протянул мне руку помощи. Иногда мне казалось, что они поощряют издевательства надо мной. По крайней мере, наставники не вмешались ни разу. Я была уверена, что эти сны и эти дети тоже дело рук особо одаренных учеников. Лучше бы пытали физически.

Здравствуй, ночь. Со всей предосторожностью я вышла из отведенной мне комнатки. Закрывать ее я не стала. Зачем? Все равно все перевернут вверх дном, моя защита против старшекурсников не выстоит, а значит, не буду зря тратить силы. Черный комбинезон, верный кинжал, другого оружия в стенах школы не полагается. Пара дымовух[2]. Вот и весь мой арсенал. Раньше после таких дежурств меня часто отправляли в лазарет. Но после пяти лет обучения мне иногда удается отбиться.

Дежурство было на удивление спокойным. Всего пара ловушек, которые, не без труда, но я нейтрализовала. Я кралась по этажам, сливаясь со стенами. Зигзагообразно пересекала коридоры и залы. Наверное, это забавляло наблюдателей. Жаль, нигде нельзя было отсидеться. В самые первые дежурства я пыталась так сделать. Узнали. Наказание было жестоким, повторения не хотелось. Будущих магов, вообще, воспитывали кнутом, выбивая всю дурь из головы, но, если альвы выдерживали десять ударов кнутом, то мне хватало и пяти. Правда, послаблений делать не стали. Зачем? Это мои проблемы, что я человек.

Лабораторный корпус большой, там проходят все практические занятия, именно поэтому там приходилось дежурить. Не всегда занятия предполагали начало и окончание в один и тот же день, а за ночь эксперимент мог сбежать. Особенно это утверждение касалось биомагов. Сегодня мне пока везло. Это и настораживало. На очереди коридор третьего этажа. Шагов не слышно, только тихое дыхание и стук сердца. В конце балкон над холлом. Открытое и удобное для засады место. Его необходимо было миновать как можно быстрее. Дыхание участилось, по спине потек ручеек холодного пота. Я чувствую, они ждут меня именно там. Оторвавшись от стены, я вышла в коридор. Темно-то как. Зажечь свет я не могла из опасения выдать свое местонахождение. Морфы, конечно, видят в темноте, но надеюсь, они не будут участвовать в сегодняшнем развлечении. Они вообще ленивы по природе и меньше всего доставали меня. Я их почти любила за это. Как же темно, обволакивающая чернота давит на грудь, мешая дышать. Я сейчас задохнусь, страх ударил по нервам набатом. Сзади послышались легкие шаги. Разворот — никого. Ничего. Только темнота. Я обернулась вперед — там тоже ничего не было. Нигде ничего не было! Похоже, мои кошмары воплотились в реальность. Я вытянула перед собой руку, ее не было, но я отчетливо чувствовала, как она дрожала. Еще чуть-чуть и я услышу… «Ты будешь нашей мамой?» Дыхание перехватило. Может, я опять сплю, может, это все только сон? Создатель, пожалуйста… Шаги за спиной приближались. Бежать, бежать отсюда. Куда? Не важно, главное, бежать. Я рванулась туда, где, по ощущениям, был балкон. Все то же Ничего вокруг, но шаги отстали. «Ты будешь нашей мамой?» Я едва не упала. Совсем рядом, второй ребенок. Мальчик. Теперь я это поняла. Первый печальный голосок принадлежал девочке. Ее я боялась больше. Снова бег, тихий смех за спиной. «Ну, зачем же ты бежишь? Ты наша мама, мы узнали тебя, мы выбрали тебя…» Не хочу, не буду, ни за что!

— Риина, сюда! — испуганный возглас, и слабенький свет пробился сквозь темноту. Кажется, это кто-то из одногрупников. «Риина! Быстрее!» — они испуганы, значит, все это не их шутка… А значит, я не сплю… Еще немного… «Мама…» Я увидела их. Призрачные фигуры на пути света. Дети лет пяти. Больше невозможно ничего разобрать. Они перекрыли мне дорогу. Не спастись… «Мама…» Девочка взяла меня за руку, холод пронзил все мое тело, выдавливая из него жизнь. «Пойдем домой, мама» — за вторую руку ухватился мальчик. Холод стал намного сильнее. Домой… вместе с этим словом изо рта вырвалось облачко пара. Я… сердце трепыхнулось последний раз… Не… Слеза застыла на щеке… Хочу… Безжизненное тело упало на колени, невидящим взором уставившись на недосягаемый свет. На лице застыл невыразимый ужас.

Странная темнота, охватившая лабораторный корпус, рассеялась с первыми лучами Звезды. К тому времени около корпуса были уже все Наставники и Знающий*. Они почуяли неладное перед восходом Второго Пса, но не смогли войти. В здании было заперто несколько учеников, но, главное, человечка — гарант будущих взаимоотношений с людьми, молодой опасной расой. Никто не смог определить природу странного явления. Наконец, двери распахнули сами собой, словно приглашая войти.

На полу сбились в кучу четверо невменяемых учеников. Старший из них, альв, поднял наполненные ужасом глаза на Знающего.

— Мы пытались, Наставник, мы, правда, пытались…

— Что здесь произошло?

— Мы не знаем… Мы не знаем! — голос альва сорвался на истерический визг.

«Этих можно исключать, полноценных магов из них уже никогда не будет», — запомнил Знающий. Он аккуратно ощупал магическим полем помещение. Ничего. Никаких заклинаний. Никакого следа магии. Пусто.

— Где Риина дель Мааре? — задал он вопрос растерянным ученикам.

— Там, — альв вздрогнул от резкого тона наставника и мотнул рукой в сторону лестницы.

«Создатель!» — раздался оттуда чей-то изумленный возглас. Знающий поднялся наверх, не понимая, что могло так испугать бывалых магов, но даже он не был готов к такому. Перед лестницей стояла на коленях фигура, покрытая тонких слоем инея. Слабый ветер шевелили длинные полностью седые волосы, вызывая хрустальный перезвон. Каждый отдельный волосок был одет в тонкую ледяную броню. Руки девушки были раскинуты в стороны, как будто ее кто-то держал за них. Голова запрокинута вверх. Широко раскрытые глаза выражали ужас и обреченность. Риина дель Мааре была мертва. Более того, она была жестоко убита, и Знающий не представлял, как скрыть этот факт, а также чем заглушить свою боль, засевшую в сердце.

Темнота, везде темнота. Все в этом месте состоит из нее. Бежать отсюда невозможно. Я пыталась, но снаружи темнота сжимала меня в стальных объятиях, растворяя то, что от меня осталось. Теперь я выходила на улицу только в сопровождении кого-то из детей. Они добрались до меня. Они забрали меня к себе. Я стала их мамой. Стирать одежду, готовить еду. Здесь это происходит так странно. Предметы нельзя увидеть глазами, только ощутить их так, как будто они на самом деле есть.

Дети… Это действительно оказались мальчик и девочка. Сначала я воспринимала только их силуэты, постепенно они стали приобретать более узнаваемые черты. Я кормила их, укладывала спать, играла с ними. Самое жуткое — это их игры. Они разбирали мое сознание на части, до мельчайших составляющих. Раз за разом. Это страшно. Представьте, что лежите на столе. Рядом, извлеченные из тела, лежат ваши органы, связанные с телом тончайшими ниточками кровеносных сосудов. И все по отдельно это живет и функционирует. Иногда они оставляли меня в таком виде надолго. Потом собирали в произвольном порядке мыслей, чувств, эмоций, воспоминаний. Я уже забыла, какой была до своей смерти, а в том, что я умерла, сомнений не было. Сколько прошло здесь времени? Не знаю. Если судить по детям, то около десяти весен[3]. О времени в этом месте я могла судить только по изменившему облику детей. Они выросли и теперь больше напоминали подростков. Только напоминали, я прекрасно отдавала себе отчет в том, что эти создания не принадлежали ни к одной известной мне расе. Они так и не назвали свои имена. Забавно, но когда их долго не было, я начинала скучать по своим мучителям. Наверное, потому, что тут никого больше не было, а как человек, я нуждалась в небольшом личном стаде, пусть и таком странном.

Легкий ветерок. Так всегда приходил мальчик. Спрыгнув с несуществующего подоконника, на котором я предавалась размышлениям, направилась встретить его. Мальчик растерянно стоял в холле, словно не понимая, что он тут делает. Он был один.

— Где твоя сестра? — спросила я. Внезапно поняла — что-то случилось. Мальчик не ответил. Его задумчивый, наполненный живой темнотой взгляд остановился на мне.

— Сестра? — эхом повторил он мой вопрос, — Я не знаю… Ее тут нет?

— Нет, что случилось, хороший мой? — я обняла его, зная, что с недавних пор ему это нравится.

[1] Эни — кличка, данная сотворенными рожденным.

[2] Дымовухи — зелья, при разрыве колбы, образующие густой едкий дым.

[3] Вес (весен) — год по летоисчислению рожденных (состоит из 16 месяцев).