(ЮнМи) — Что, опять должна?!
(ЧжуВон) — Да, опять. Причём, как мне помнится, ты за прошлые разы так и не рассчиталась, хоть и обещала.
(ЮнМи, с возмущением) — И за что я должна в этот раз?!
(ЧжуВон) — Я продвинул твой марш.
(ЮнМи) — Марш? «Red Alert»? Куда, продвинул?
(ЧжуВон) — Вверх. Генералитет заинтересовался твоей кровожадной музыкой. Так что, жди представителей вооружённых сил, может, даже с заманчивыми предложениями. К тебе ещё никто из армейцев не приходил?
(ЮнМи, неуверенно) — Нн-нет.
(ЧжуВон) — Если командование утвердит твою композицию, то, обязательно — придут. Будь готова к встрече.
(ЮнМи) — Куда — утвердят?
(ЧжуВон) — Утвердят как марш, под который будет маршировать морская пехота на международных учениях «Щит моря».
(ЮнМи) — Уу-у! … А если — не утвердят?
(ЧжуВон) — Тогда — не придут. Но, всё равно, ты мне должна за мои усилия.
(ЮнМи, удивлённо) — Хм… А чего это ты вдруг решил это сделать?
(ЧжуВон) — Ты безнадёжна. Где твоё дипломатично-вежливое обращение с собеседником? Разве мы равны по статусу?
(ЮнМи) — Простите, ЧжуВон-сии, я не волшебник. Я только учусь.
(ЧжуВон) — Хех! Волшебник! Скромности, как вижу, не прибавилось у тебя ни грамма, Как тебя ещё из Кирин не выгнали? Дам совет. Не трать своё время на дипломатию. Женщины на это не способны. Едва переговоры становятся более напряжёнными, как у них сразу всё вылетает из головы. Ты только что это продемонстрировала.
(ЮнМи) — Вы правы, ЧжуВон-сии, говоря о моём ученическом уровне. Однако, я помню, что ничего в этом мире просто так не делается. Раз вы потратили своё драгоценное время, то, наверняка, вы что-то рассчитываете получить взамен. Не так ли, ЧжуВон-сии?
(ЧжуВон) — Слово «драгоценное», было лишним. Оно придало фразе сарказм.
(ЮнМи) — Мм-мм… Господин ЧжуВон, у меня такое ощущение, что вы прекрасно владеете, по крайней мере, одним из дипломатических приёмов. Не совсем уверенна, как правильно он называется в дипломатических кругах, но на железной дороге это называется — «перевод стрелок».
(ЧжуВон, деланно-удивлённо) — «Перевод стрелок»? О чём ты это сейчас?
(ЮнМи) — Я же начала говорить о вас, и вдруг, опять, разговор обо мне, ЧжуВон-сси.
(ЧжуВон) — Наверное, это от того, что ты просто не умеешь поддерживать беседу в нужном тебе русле. Ладно, закончим с этим. В общем, я прорекламировал твоё произведение перед нашим генералом. Если он решит, что оно ему подходит, то ты — станешь знаменитой. Написать музыку для армии — это очень почётно. Все документы для урегулирования имущественных и правовых вопросов я подготовил. Правообладателем марша «Red Alert» отныне являюсь я, ты — указана в документах как автор. Тебе понятно?
(ЮнМи) — Понятно… Понятно теперь почему, потребовались документы от меня…
(ЧжуВон) — А как ты хотела? Дело серьёзное, речь идёт о представлении нашей армии на международной арене. Ошибки и накладки в таком вопросе недопустимы. В юриспруденции ты не разбираешься и легко можешь сделать какую-нибудь глупость. Поскольку в этом деле замешен я, я взял всю ответственность на себя, чтобы твои внезапные закидоны не могли нанести вреда.
(ЮнМи, задумчиво) — Ясненько…
(ЧжуВон) — Ты чем-то недовольна?
(ЮнМи) — Нет, ЧжуВон-сси. Я подарила, композиция твоя, делай с ней, что хочешь.
(ЧжуВон) — Рад, что ты хозяйка своего слова. Всё, мне пора. До свидания, ЮнМи.
(ЮнМи, задумчиво) — До свидания, ЧжуВон-сси…
(позже, вечер)