Сон навалился сразу – видно, не сердится белокрылый брат Таната.
А то ведь дружбу вязать являлся.
И не один раз. С чашей своей этой, а потом еще с нектаром и с вином. Чудовище.
В последний раз душевно получилось. Летел бог сна по красивой дуге, а смертные внимали в изумлении…
А может, сердится Гипнос, кто его знает: в сон вплелись волчьи глаза, гибнущая в своре кроновых тварей квадрига, мой игумен[3] Эпикур: «За Зевса! За Кронидов!» – ему первому перекусили горло… И вой, волчий вой в ушах.
Да не просто в ушах, а рядом! Жутко, надрывно, под дверью!
Действовал я в полусне, без раздумий. Привык за годы.
Раз – не открывая глаз, схватить меч, лежащий на ложе слева (положил, не забыл все-таки!). Два – прыжком с кровати.
Три – навстречу противнику, через комнату. Дверь на себя. Меч…
– Аид, Аид, что ты делаешь?!
Что я… Да ничего я. Стою, понимаете ли, в коридоре. Держу за грудки противника – почему-то Деметру. Острие меча смотрит ей в горло.
А Деметра смотрит на меня – с таким выражением, будто хочет сказать: «Ну, я всегда от него этого ждала».
А вокруг – зареванная Гестия, зареванная Ата, Афродита златоволосая… что, тоже зареванная?!
Пальцы я разжал от визга Деметры. Сестра сделала шаг назад, окинула меня взглядом с головы до ног и заорала повторно – громче.
Что за… а, ну да. Выскочил в чем был, то есть – ни в чем.
Из коридора послышалось сперва раздумчивое «Хм» Аты, потом неуверенное «Бррр!» Афродиты.
Гестия (тут только она не меняется!) задрала голову, посмотрела мне в глаза и спросила прямо:
– Аид, ты зачем вот так?
– Я говорила, что он меня ненавидит! – взвыла Деметра. – Что ты хотел со мной сделать?!
Я взвесил в руке меч и буркнул:
– Мечта всей жизни…
Собрался было нырнуть в комнату, но Деметру властно оттерла с пути Фемида.
– Его нет, Аид!
– Что? Кого?
– Мальчика!
Гестия всхлипнула. Съехала по стене Ата, горестно завывая: теперь хоть понятно, кто под дверью выл...
– Офиотавра? Во дворце?
– На Олимпе.
Вот и все. И сна нет: в голове ледяные штормы закручиваются, ветер воет, да нет, воет – это Ата, она еще и о стенку головой стучится, размеренно так – залюбуешься…
– Сейчас.