— Почему было просто не взять ее с собой?
— Послушайте, леди, — сказал он неожиданно серьезным голосом. — У меня только две руки. Я не могу держать твою одежду, зажимать рот и одновременно вытаскивать тебя из воды. Ясно? Поэтому я спрятал вещи. Если бы солдаты нашли тебя раньше меня, поверь моему опыту, им было бы все равно, голая ты или одетая. Они, в отличие от меня, наплевали бы на твою добродетель и обеты.
Керри была благодарна, что Линк, по крайней мере, сделал вид, что не заметил, в каком виде она была. Теперь, когда опасность почти миновала, Керри могла позволить себе подумать о своей внешности и о том положении, в котором находилась.
Как долго они еще будут лежать, прижавшись друг к другу? Поскольку спрятаться в доме нет никакой возможности, единственным местом, где они могут остаться на ночь, были джунгли. Искать другое убежище весьма рискованно. Только сейчас Керри до конца осознала, какая ей предстоит ночь.
И дело не в том, что ей жестко и холодно. Больше всего ее нервировала непосредственная близость Линка и тяготила необходимость прижиматься к нему, чтобы не замерзнуть.
— Они готовят что-то вкусное, — сказала она, чтобы отвлечься.
— Не думай об этом. — Линк и сам едва справлялся с голодными спазмами в желудке. Керри посмотрела через плечо ему в лицо. — Это может быть игуана или что похуже, — сказал он, в надежде, что аппетит сразу пропадет.
— Лучше молчи, — проворчала Керри. — У меня сразу все тело зачесалось.
— Прекрати ворочаться, — процедил Линк сквозь зубы. При каждом ее движении она касалась бедром его паха, доставляя массу неудобств.
— Я стараюсь, — отозвалась Керри, — но у меня все тело затекло.
— Тебе холодно?
— Немного, — ответила она.
Днем в джунглях было душно, влажно и жарко, как в сауне. Но ночи достаточно прохладные, кроме того, они лежат на земле, куда сквозь пышные кроны деревьев не проникает солнечный свет. Скоро они будут дрожать от холода.
— Лучше сними эту мокрую рубашку.
Неизвестно, сколько времени пройдет, прежде чем они смогут отсюда выбраться. Керри старалась не думать о плохом. Сейчас ее жалобы прозвучат нелепо. Однако лежать рядом с мужчиной в одних трусиках…
— Все нормально, — сказала она.
Он вздохнул.
— Я сниму рубашку, и ты в нее завернешься.
Керри подумала и пришла к выводу, что простудиться сейчас будет более чем некстати.
— Хорошо. А… а как мы это сделаем?
— Я первый.
Стараясь совершать как можно меньше движений, Линк расстегнул несколько пуговиц и просунул руки ей за спину. Осторожно, чтобы ни один лист не шелохнулся, он сел и перекинул рубашку через голову.
— Теперь тяни за рукава.
Керри была счастлива, что вокруг так темно, что не видно даже собственных рук. В то же время богатое воображение помогло ей живо представить, как они выглядят со стороны. Она зажмурилась и сжала зубы, прежде чем заставила себя расстегнуть пуговицы на своей рубашке. Хотя это было самое простое. Сложнее было стащить мокрую, прилипшую к телу ткань.
— Сядь, если сможешь, — предложил Линк.
От Керри не ускользнуло, как изменился его голос. Сейчас ей не хотелось думать, каковы тому причины.
Она приподнялась на локте и потянула за мокрый рукав.
— Подожди, я помогу.
Она почувствовала, как его теплая ладонь легла ей на плечо, и пальцы ухватились за мокрую ткань. Керри старалась помочь, как могла. Он случайно задел ее грудь и замер.
— Извини, — сказал он, наконец.