И вдруг Роджер присвистнул от изумления. К рапорту была приложена подробная схема местности, где было обнаружено тело, на ней указан путь, по которому волокли задушенную девушку, чтобы спрятать ее в кустах. Если не считать показаний избитого Тика Картера и исчезновения Хэролда Милсома, все один к одному. Фамилия убитой — Хилда Шоу, убийство произошло в Тотенхеме, весьма похожем на Тэлхем.
Распахнулась дверь, и в комнату влетел Тернбул.
— Рапорт готов, — доложил он с порога. — Будешь читать или можно подшить к делу?
— Просмотрю, — сказал Роджер.
— Благодарствую, сэр. — Тернбул с трудом сдерживал ярость. — Поправь, если что не так. Звонили из Челси — вроде бы Милсома видели там. Может, мне туда смотаться?
— Может быть, — не без колебаний ответил Роджер.
— О'кей.
Тернбул вышел, хлопнув дверью.
Роджер принялся читать рапорт — он был написан блестяще. Этот малый хорошо владел стилем (чего не скажешь о большинстве его коллег по Ярду), точен в формулировках. К тому же умен и даже хитер. Здесь ничто не говорит, что Тернбул считает доказанной вину Милсома. Напротив, он рекомендует местной полиции ускорить расследование по выявлению приятелей Бетти Джелибранд. «У привлекательных девушек вроде погибшей, как правило, много приятелей», — пояснял он, что являлось единственной ошибкой, ибо было рассчитано на публику.
Внизу листа стояла жирная подпись Тернбула.
Роджер едва заметно улыбнулся и написал: «Прочитано и одобрено» — и поставил свои инициалы.
Нужно непременно повидать Чэтуорта, а также пролистать дюжину аналогичных дел. В последнее время он без остатка отдается работе. Быть может, следует передать это новое дело об убийстве Тернбулу и окружной полиции Тэлхема, но, черт побери, не дает покоя аналогичное происшествие в Тотенхеме. Ту девушку тоже волокли за ноги и…
Роджер снова уткнулся в рапорт из Тотенхема — он весь построен на сугубо фактическом материале и дает полную картину случившегося. Что там насчет чулок?.. Ага, все то же самое: «Слегка повреждены нейлоновые чулки на убитой».
Он набрал номер телефона архива.
— Подберите мне все, что сможете, по делу об убийстве Хилды Шоу. Тотенхем, шесть недель тому назад, — сказал он.
— Слушаюсь, сэр.
— Мне не посылайте, я сам зайду.
Сказав это, Роджер сам удивился. Ну конечно же, ему не хочется, чтобы Тернбул догадался о ходе его рассуждений. Пускай это останется для него тайной.
Тут его вызвал Чэтуорт, дородный детина с бурно седеющей густой шевелюрой, очень смахивающий на оказавшегося не на своем месте фермера. Его кабинет оформлен в ультрасовременном дизайне — сплошь черное стекло и хромированная мебель. Да, Чэтуорт явно боится отстать от времени.
— Будем надеяться, что вы на правильном пути, — проворчал шеф, попыхивая небольшой манильской сигарой. — Тернбул еще не доложил, как там у него дела с этим Милсомом?
— Пока нет.
— Кстати, по поводу Тернбула. Он что, на самом деле такой, как о нем тут поговаривают?
Роджер давно ждал этого вопроса.
— У меня создалось впечатление, что Тернбул очень квалифицированный работник, сэр, По крайней мере рапорт он составил безукоризненно.
— Вот как? — Чэтуорт задумался. — Хорошо. Я просмотрю этот рапорт.
Роджер отправился к себе.
Скоро шесть. Денек выдался тяжелый, и вечер хотелось провести дома. Его жена, Джанет, периодически ругает Ярд, в котором ее муж, как ей кажется, днюет и ночует и где на него наваливают самую ответственную работу. Стоит Роджеру провести один-единственный вечерок дома, и Джанет наверняка успокоится. Он черкнул записку и только потянулся было к шляпе, как зазвонил телефон.
— Уэст слушает. Да, я буду с ним говорить. Хорошо, подожду.
Он пошарил левой рукой, нащупывая сигареты. Тернбул уговорил кого-то из местных полицейских набрать номер Ярда и позвать к телефону старшего инспектора Уэста. Тернбул определенно считает себя большой шишкой, а следовательно, не может тратить попусту свое драгоценное время.
— Это ты, Красавчик? — раздался в трубке голос. — Говорит Тернбул. Кажется, он у нас в руках.