Заклятие Горца: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Никаких свидетелей, Роман. Любой, кто хотя бы незначительно приблизился к разгадке свойств Реликвий…

Роман склонил голову в молчаливом понимании.

Лука больше ничего не добавил. Не было необходимости. Роман прошел нужную подготовку так же, как и все, кто работал на него и продолжал жить.

Спустя некоторое время, вскоре после полуночи, Джесси третий раз за этот день оказалась в университетском городке, отпирая офис профессора Кина в южном крыле отдела Археологии.

Он ас издевкой подумала, зачем она вообще уезжала. Учитывая время, проводимое здесь, она могла бы спать в душной кладовке внизу зала, среди швабр, метел и ведер, которые не использовались годами. Таким образом, у нее имелось бы не только больше времени для сна, но она также сэкономила бы на бензине.

Когда профессор позвонил ей из больницы, чтобы сказать, что он попал в аварию по дороге к университетскому городку — «несколько переломов и ушибов, не волнуйся», — уверил он ее, она уже ожидала, что он попросит ее вести его занятия в течение следующих нескольких дней (время на сон истощится с четырех или пяти часов до большого, большого, жирного нуля). Но он сообщил ей, что уже принял меры и вызвал Марка Трудео, чтобы он взял на себя занятия до его возвращения.

— Тем не менее, у меня к вам, Джессика, есть небольшая просьба. Я ожидаю прибытия пакета. Я должен был получить его в моем офисе этим вечером, — сказал он ей своим глубоким голосом, который даже через двадцать пять лет после переезда из графства Лаут в Ирландии не потерял мелодичности.

Она любила эту мелодичность. И не могла дождаться того дня, когда будет сидеть в пабе, где все будут говорить так, в то время как сама она будет наслаждаться содовым хлебом и тушеной бараниной с луком и картофелем, прихлебывая идеально налитый Гиннес [1]. Но, разумеется, только после того, как проведет весь день в Национальном Музее Ирландии, восхищенно и детально изучая такие невероятные сокровища, как Брошь Тары, Чаша Ардаж и Золотое Собрание Бройчера.

Зажав телефон между ухом и плечом, она смотрела на часы. Люминесцентный циферблат показывал десять минут одиннадцатого.

— Что за пакет доставляют так поздно вечером? — громко спросила она.

— Вас не должно это интересовать. Только распишитесь за получение, заприте пакет и идите домой. Это — все, что мне нужно.

— Конечно, профессор, но что…

— Только распишитесь, заприте, и забудьте об этом, Джессика. — Последовала пауза, гнетущая тишина. — Я не вижу никакой причины рассказывать об этом кому-либо. Это личное. Не относящееся к университетской работе.

Она пораженно моргнула; профессор никогда ранее не разговаривал с ней таким тоном. Резкие короткие фразы, он говорил, как параноик.

— Я понимаю. Я позабочусь об этом. Вы только отдыхайте, профессор. Не волнуетесь ни о чем, — успокоила она торопливо, решив, что обезболивающие препараты, которые он принял, сделали его забавным, беднягу. Она когда-то принимала тайленол [2] с кодеином, который сделал ее беспокойной, несдержанной и раздражительной на все время применения. Можно с уверенностью сказать, что с многократными переломами ему дали что-то посильнее, чем тайленол.

Теперь, стоя под тихо гудящими флуоресцентными светильниками в университетской прихожей, она терла глаза и постоянно зевала. Она была истощена. Она встала в пятнадцать минут седьмого, чтобы успеть к занятиям в семь двадцать, а к тому времени, когда она вернется домой сегодня вечером — или точнее утром — и сможет лечь в кровать, начнется другой двадцатичасовой день. Снова.

Поворачивая ключ в замке, она открыла дверь офиса, повозилась в поисках выключателя света и щелкнула им. Она вдохнула присущий кабинету профессора запах, смакуя академическую смесь книг и кожи, прекрасной древесной полировки и острого аромата его любимого трубочного табака. Она планировала когда-нибудь иметь собственный офис, очень похожий на этот.

Просторная комната имела встроенные книжные шкафы от пола до потолка и высокие окна, так что в течение дня солнце освещало искусно сотканный старинный коврик красновато-коричневого цвета вина и янтаря. Мебель из тика и красного дерева была мужской: величественный стол; роскошный кожаный честерфилдский диван оттенка кофейных бобов; в тон им подобраны стулья. За стеклом хранились различные сувениры и дорогостоящие, точные копии различных предметов. Копия лампы от Тиффани украшала его стол. Только компьютер с двадцатиоднодюймовым плоским экраном противоречил выбранному стилю оформления. Уберите его — и кабинет можно было бы спутать с библиотекой поместья англичанина девятнадцатого столетия.

— Сюда, — указала она курьерам.

Пакет оказался не тем, что она ожидала увидеть. Со слов профессора она вообразила большой конверт, возможно, маленький пакет.

Но «пакет» оказался большим ящиком. Он был высокий, широкий, что-то размером с саркофаг, и его нелегко было пронести по университетским коридорам.

— Осторожнее. Наклоните! Наклоните! Ой! Вы прижмете мне палец. Отодвиньте и наклоните!

— Простите, — пробормотал он. И дальше под нос. — Проклятье, какая громоздкая вещь. Зал тоже чертовски узкий.

— Вы почти дошли, — сказала Джесси услужливо, — еще чуть-чуть.

Действительно, спустя мгновение они аккуратно спустили продолговатый ящик с плеч на коврик.

— Профессор сказал, что я должна что-то подписать, — поторапливала она их. Ее ждал полный работы и занятий день завтра… уже сегодня.

— Леди, мы нуждаемся не только в этом. Необходимо снять упаковку, провести проверку.

— Проверку? — отозвалась она эхом. — Что это значит?

— Предмет этот стоит охрененных бабок и застрахован грузоотправителем, поэтому необходимо провести визуальную проверку. Видите? Прямо здесь об этом сказано. — Более крепкий из этих двух обратился к ней. — Не имеет значения, кто сделает это, леди, пока чья-то подпись не стоит на моих документах.

Необходимость визуальной проверки для передачи прав была отпечатана красным поперек сопроводительной накладной, в соответствии с двумя страницами условий и определений, детализирующих права грузоотправителя и покупателя, написанных педантичным, надутым юридическим жаргоном.

[1] Гиннес(guinness) — крепкий ирландский портер (Здесь и далее прим. пер.).

[2] Тайленол — он же парацетамол — (лат. Paracetamolum, англ. Paracetamol, также ацетаминофен) — лекарственное средство, оказывающее обезболивающее и жаропонижающее действие. Является широко распространенным ненаркотическим анальгетиком, обладает довольно слабыми противовоспалительными свойствами.