— Где ваш багаж?
— Потерялся. В аэропорту, в Барселоне.
— Плохо.
— Наверное, попал в другой самолет. В аэропорту все выяснят, и я получу его завтра или через день. Но сейчас мне надо в Кала-Фуэрте, понимаете, и я…
Что-то в лице великана заставило ее замолчать. Он не мигая глазел на сумочку Селины. Она тоже посмотрела туда и поняла, что с сумкой что-то не так. Обе ручки были целы, но в боку зияла дыра, напоминавшая открытый рот. Кто-то разрезал сумку бритвой. И самое страшное — не было ее кошелька!
Таксиста звали Тони. Он представился ей и взял на себя обязанности переводчика во время долгой изнурительной беседы с полицейскими.
Да, сеньориту обокрали. Утром, в толпе в аэропорту. Вор разрезал сумочку бритвой. Пропало все, что было внутри.
А паспорт?
Нет, паспорт на месте. Но пропали деньги — и песеты и английские деньги, — дорожные чеки и обратный билет до Лондона.
Полицейские сосредоточенно изучали сумочку Селины.
Сеньорита ничего не почувствовала?
Ничего. Что она могла почувствовать в такой давке?
Выглядит так, будто сумку разрезали бритвой.
Так и есть. У вора была бритва.
А как, вы говорите, зовут сеньориту?
Мисс Селина Брюс, из Лондона, путешествует по британскому паспорту.
А где мисс Брюс остановилась на Сан-Антонио?
Я… Селина запнулась, но поняла, что другого выхода нет. В Каса Барко, Кала-Фуэрте.
Какого цвета был кошелек? Сколько точно в нем было денег? Дорожные чеки были подписаны?
Слабым голосом она отвечала на вопросы. Стрелки на часах показали десять, половину одиннадцатого, одиннадцать… Сбывались ее самые худшие ожидания. Чемодан потерялся, деньги у нее украли. И она пока так и не добралась до Кала-Фуэрте.
Наконец все закончилось. Полицейский собрал в стопку бумаги и встал из-за стола. Селина поблагодарила его и протянула руку для рукопожатия. Он, казалось, приятно удивился, но до улыбки так и не снизошел.
Вместе Селина и Тони пересекли опустевшие залы аэропорта, через стеклянные двери вышли на улицу и остановились лицом друг к другу. Свое пальто Селина перебросила через руку, потому что в нем было слишком жарко; она смотрела на таксиста, ожидая, что тот сделает первый шаг.
Тони снял темные очки.
Она сказала:
— Мне все равно нужно в Кала-Фуэрте.
— Но у вас нет денег.
— Вам заплатят, обещаю. Когда мы доберемся до Кала-Фуэрте… мой… мой отец заплатит за меня.
Тони нахмурил густые брови.
— Ваш отец? Он живет здесь? Почему же вы не сказали?
— Это ничего не меняет. Мы… мы все равно не смогли бы связаться с ним.