— О чем вы спорите? — вошел отец.
— Полюбуйся на своего сына! Он хочет убедить меня, что нынешняя деревня способна вдохновлять художника!
— А знаешь, ему виднее! Ведь он рисует! Ему и судить. И вообще, Валентина, наш сын давно не мальчик. Не лезь в его душу с поварешкой. Он сам способен разобраться во всем. Если ошибется, винить кроме себя будет некого! Мы с тобой — старики. И между нами и сыном лежит пропасть. Временная. Целых двадцать пять лет! Они теперь живут иначе! Мы безнадежно отстали от них. Пусть живет, как считает нужным.
— Ты отец ему? — подбоченилась Валентина Ивановна.
— Ты на этот вопрос отвечать должна. Тебе виднее! Коли я отец, пусть сын живет своим умом. И ты в его жизнь не лезь! — топнул ногой.
— Я не позволю, чтоб мой сын позорил фамилию! Я столько лет учила его, воспитывала в нем характер, личность! А получилось…
— Валентина! Угомонись! — открыл дверь в спальню и втащил за собой жену. Там еще минут десять спорили. Потом, выпив успокоительного, мать легла и вскоре уснула.
Вечером Александр с Сережкой пошли во двор подышать чистым воздухом.
— Переживаешь, батя? Ничего! Обломается бабка. Поскворчит, пошипит, угомонится! И чего взвилась? Она наших не видела! Если б хоть раз туда приехала, ее оттуда ухватом не выпихнули б.
У них так здорово! Я соскучился по всем. Домой хочу!
— А как же Стеша? Ты обещал ей…
— Я не сказал, что уеду. Я говорю, хочу к ним, — уточнил Сергей. — Смотри, какой тут грязный дождь! А там — совсем другой. Чистый. Он душу лечит! Он похож на бабкину сказку.
— Не горюй! Все кончается! И ты здесь не вечно! Закончишь колледж, домой вернешься! — успокаивал Александр.
— Меня пошлют работать поначалу! Я же программистом буду. По компьютерам! Их в Дубровинке нет! — заметил парнишка.
— За три года многое изменится и там…
— Хорошо бы! Я уже устал от города. А ты?
— Я завтра поеду домой, — ответил тихо.
— Счастливый! Когда я туда попаду?!
— На Новый год! — успокоил Сергея.
— До него еще далеко! А знаешь, о чем я мечтаю?
— О чем?
— Купить нашим телевизор! Большой, импортный. Чтоб Ленка с Любкой смотрели мультики. Бабка — «В мире животных», «Клуб путешествий». Ты — свой футбол. А мать — фильмы про любовь.
— Почему про любовь?
— Коль свою не имела, хоть чужую — счастливую увидит. И порадуется, что не все в жизни несчастные.
— Почему она несчастна? — удивился Александр.
— Никто из вас ее не понимает. А значит, не
любите. А мне мамку жаль. Она — самая хорошая… Ты ей это передай. Скажи, что я всегда ее помню…
Александр видел, как удивилась и обиделась мать, узнав, что он решил уехать к Стеше уже на следующий день. Не захотел побыть с родителями. Заторопился.
Валентина Ивановна даже заплакала от обиды. Но сын не обратил внимания. Не стал утешать. Поспешил поскорее собраться, чтобы не опоздать на вечерний автобус.
Перед отъездом долго говорил с отцом и Сергеем. К ней в спальню не зашел проститься, не сказал, когда его ждать. Хлопнул дверью и умчался к себе — в деревню. Она даже не увидела, как он ушел.