Оккультисты Лубянки: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Василий Берешков

Глеб Бокий — чекист и оккультист

ОТ АВТОРА

В 1996 году в своей книге «Питерские прокураторы», где шла речь о руководителях ВЧК-КГБ города и области, я упоминал и Глеба Ивановича Бокия — заместителя Урицкого с 10 марта по 1 сентября 1918 года и председателя ПЧК в период с 1 сентября и до 8 октября того же года.

После выхода этой книги в свет я натолкнулся на ряд публикаций в печати о Бокие лишь негативного характера. Меня возмутило такое одностороннее толкование его жизни и деятельности, и я решил познакомить читателя с новыми материалами, которые мне удалось обнаружить, главным образом, в различных архивах. Об этом было рассказано в книге «Искушения чекиста Бокия. Вечный революционер», изданной в 2001 году. Отклики на эту книгу и появившиеся у меня новые материалы дали возможность продолжить тему Бокия: был ли он масоном, с какой целью предпринимались попытки организовать экспедицию в Шамбалу, деятельность Спецотдела.

Так появилась книга «Глеб Бокий — революционер и чекист». На примере Глеба Бокия — читатель, полагаю, ощутит всю противоречивость того времени и необходимость всесторонней оценки происходивших тогда трагических событий.

Начало конца

В середине 1937 года, когда уже прошла вереница политических процессов, а впереди маячили новые еще более страшные, началось истребление опытных чекистских кадров. Существует множество различных версий о причинах подобных акций, но анализировать их здесь мы не будем.

В первой волне расстрелов оказался один из ответственных руководителей НКВД, бывший член Коллегии ВЧК-ОГПУ Глеб Иванович Бокий. Вплоть до своего ареста он возглавлял созданный им еще в 1921 году по указанию В.И. Ленина Спецотдел, который занимался разработкой и применением технических средств в разведке и контрразведке. Эта служба не использовалась ни при арестах, ни в следственных мероприятиях.

Мне довелось соприкасаться с теми, кто во времена массовых репрессий работал в органах государственной безопасности, и с теми, кто сам прошел через карательные жернова. Я просмотрел в архивах множество документов по данному вопросу, участвовал сам в пересмотре следственных дел и попытался представить, как могло все происходить тогда. В полной мере это относится и к нашему герою.

В тот поздний июньский вечер 1937 года Глеб Иванович Бокий сидел, как обычно, в своем кабинете, наклонившись над раскрытой папкой, работал с документами из поступившей почты. Когда зазвонил прямой телефон наркома, он встрепенулся и моментально поднял трубку.

— Здравствуйте, Николай Иванович, — первым поздоровался Бокий.

— Глеб Иванович, зайди ко мне, — скороговоркой произнес Ежов. И все. Послышались короткие гудки.

Сопоставив ряд событий, произошедших совсем недавно, Бокий пришел к неутешительным выводам. Ведь не случайно пустота вокруг него день ото дня все больше расширялась. Словно по заранее разработанному плану исчезли неведомо куда сначала далекие знакомые, затем близкие коллеги и друзья. Венцом стало сегодняшнее утро, когда он обнаружил за собой слежку — признак близкой развязки, и, наконец, этот неожиданный телефонный вызов Ежова. Его ждал арест.

Он закрыл сейф, еще раз осмотрел ящики стола, взглядом окинул кабинет и не спеша отправился навстречу судьбе. В приемной наркома царила пустота, отсутствовал даже секретарь. Тишина давила. Бокий вошел в кабинет. Ежова на месте не было, там находился его заместитель Вельский, а справа и слева у стен на стульях сидели два сотрудника в милицейской форме.

— Бокий, ты арестован, — заявил Вельский. Чекисты вскочили с мест, подошли к Бокию и обыскали его. «Ну, это мой тринадцатый и, похоже, последний арест», — как о чем-то постороннем, подумал Бокий. Он заложил руки за спину и уставился на Вельского, прошептав:

— Вас ждет такая же участь. — В его словах не было злорадства, лишь утверждение неизбежного. «Нет, нет», — говорили широко открытые, наполненные ужасом глаза заместителя наркома. Он крикнул:

— Везите его в Лефортово!

— Есть, — отвечали офицеры.

Бокий окончательно успокоился: наконец-то бесконечные ожидания были позади.

Глава первая

Революционер по воле случая

Глеб Иванович Бокий родился 3 июля 1879 года в Тифлисе в семье действительного статского советника, преподавателя и ученого, автора учебника по химии «Основания химии» Ивана Дмитриевича Бокия. Мать — Александра Кузьминична (девичья фамилия Кирпотина) тоже была дворянкой. Семья придерживалась традиций добиваться положения в обществе своим трудом и в то же время гордиться своим происхождением.

Брат Глеба — Борис Иванович Бокий после окончания в 1895 году Горного института работал в Донбассе. Там он разработал новую систему сплошной разработки угольных пластов взамен прежней столбовой, изменив таким образом технологию подземной добычи угля. В 1906 году после защиты диссертации «Выбор системы работ при разработке свиты пластов» стал профессором Горного института. В 1914 году выпустил «Практический курс горного искусства» в трех томах, в 1924 году — «Аналитический курс горного искусства». В 20-е годы Б.И. Бокий работал в Научно-техническом совете Главного горного управления ВСНХ. Умер 13 марта 1927 года, похоронен в Ленинграде.

Кстати, его сын Георгий, родившийся в 1909 году в Санкт-Петербурге, выпускник того же высшего учебного заведения — всемирно известный ученый, профессор, член-корреспондент Академии наук.

В связи с тем, что в Горном институте обучался и Глеб Иванович Бокий, несколько слов об этом институте.

Перспективу набережной Лейтенанта Шмидта завершает монументальное здание Горного института. В восемнадцатом веке на этом месте стояли дома петербургских вельмож братьев графов Шереметевых, там и разместилось основанное в 1773 году Горное училище. На его базе возник Горный кадетский корпус. А с 1866 года — Горный институт, давший стране многих известных русских ученых. Здание, построенное в 1806 году А.Н. Воронихиным, является одним из лучших памятников русского классицизма. Дорический кортик. Скульптуры у входа. В институте обучалось немало землепроходцев и покорителей недр, а также будущих выдающихся политических деятелей.

Бокий проживал недалеко от Горного института, на тихой, с газонами, 11-й линии Васильевского острова.

На восьми факультетах института готовятся горные инженеры по пятнадцати специальностям. Там имеется музей, основанный одновременно с Горным училищем в 1773 году, большая научно-техническая библиотека — одна из крупнейших в мире.

Сестра Глеба — Наталья, окончила Бестужевские женские курсы. По специальности она историк, продолжила учебу, а затем преподавала в Сорбонне, похоронена в Париже на русском кладбище в Сент Женевьев де Буа.

В 1900 году, когда семья Бокия жила в Петербурге, Борис, уже окончивший Горный институт, пригласил брата и сестру принять участие в демонстрации студентов. Произошло столкновение с полицией. Все трое были арестованы. Глеба к тому же еще избили полицейские. Их освободили по ходатайству отца. Но его больное сердце не выдержало, и спустя несколько дней отец умер. Потрясенные горем, братья приняли диаметрально противоположные решения. Если Борис, считая себе виновником смерти отца, отошел от политики, то Глеб, напротив, встал на стезю профессионального революционера.

Еще в то время, когда Глеб обучался в 1-м реальном училище, где зарекомендовал себя заводилой в устройстве разных каверз, он приносил в училище запрещенные в то время книги, первым высказывал недовольство класса каким-нибудь распоряжением начальства. Он был несокрушимой скалой, когда его допрашивали, и горой стоял за товарищество. Блестящие способности помогли ему: он благополучно окончил училище и в 1896 поступил в Горный институт, где началась его революционная деятельность. Одновременно он подрабатывал репетиторством и черчением.