современное состояние великой россии, или московии: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В-пятых: В городе Москве общественных часов только трое, которыми все и руководствуются. В частных домах знати и в монастырях за городом встречается много часов как немецких, так и русских, искусной работы. Немцы в свое время просили разрешения построить в своей слободе башню с часами для общего пользования, как дневными, так и ночными, но им в этом отказали. Отсюда остается обычай, особенно в Немецкой слободе, отбивать часы ударами какого-нибудь жезла таким образом: после того, как прозвонят хозяйские часы, домашний сторож начинает постукивать специально приготовленными палочками в жезл, будто в колокол, и, после такого вступления, которым он привлекает внимание к последующему звону, он ударяет медленно по жезлу столько раз, сколько должно быть часов. Немецкие и русские часы отбиваются по-разному. Но все это только ночью, и притом в богатых домах. Но приобщаются к этому все, ибо поднимается такой шум, что слышно его далеко и широко. Удары следуют в определенном порядке, один за другим, чтобы из смешения часов не получалось путаницы.

В-шестых: В воскресные дни не все воздерживаются от работы, в особенности крестьяне, которые безнаказанно работают. И хотя предписано ходить в церковь и воздерживаться от работы, в простонародье говорят, что это только для богатеев.

В-седьмых: Праздники святых отмечают, но по большей части в хоре. Иконы святых почитают благоговейно, и нет ни одной хижины, даже самого убогого нищего, где не было бы иконы какого-нибудь святого, как мы уже говорили об этом выше.

В-восьмых: Календаря они придерживаются старого, Юлианского. Они говорят, что по приказу папы Григория календарь был реформирован специально для того, чтобы наша церковь и их церковь расходились в праздниках.

В-девятых: В нижеследующем календаре указывается для определенных праздников разрешение употреблять вино и масло, и иногда рыбу, но для понимания этого следует знать, что: 1. Под вином подразумевается водка или хлебное вино. 2. Русские по средам и пятницам соблюдают строжайший пост, так что им не дозволено употреблять ни масла, ни вина, ни рыбы, если только на эти дни не падает такой праздник, в который это дозволено. Постятся также по понедельникам, но это по желанию. В остальные дни можно есть мясо.

В-десятых: К некоторым святым они прилагают эпитет «творец». Под этим словом подразумевается писатель или автор каких-то святых. или благочестивых книг. Некоторых называют «творец канонов», и подразумевается под этим, что тот написал краткие жития святых наподобие «Чтений», или беседы, или какие-нибудь стихи, которые читаются и поются в церквах. К некоторым еще прибавляют «новый». Под этим словом подразумеваются святые более поздние, как будто есть у них еще и более древние. Некоторых они называют также «юродивый», то есть как бы безумный или дурак, и подразумеваются под этим те святые, которые выставляли перед людьми как бы безумие или глупость, за это подвергались насмешкам, издевательствам и презрению, а между тем все ночи проводили в молитвах и изображали святость. Я в этом переводе называю их «простаками».

[Из «Календаря» Георгия Давида ниже приводятся только отрывки, содержащие какие-нибудь фактические стороны жизни Московии. Все чисто календарные сведения, основанные на русском лунном календаре, опущены (Примеч. публикатора).]

Сентябрь… начало Нового года. [47] Праздник этот публичный. В этот день все друг другу желают счастливого года. В этот и в следующие дни бояре и чиновники, в том числе и иностранные, являются к царскому величеству, чтобы пожелать счастливого Нового года.

7. Всенощная рождения Святой девы. Все всенощные у русских свято соблюдаются, церкви постоянно открыты, и почти непрерывно звонят колокола.

25. Праздник св. Сергия чудотворца. Праздник этого святого отмечается огромным стечением народа, от самого высокого до самого низкого звания, в монастырь Святой Троицы, в 12 немецких милях или 60 русских верстах от Москвы. Там он лежит нетленный, и даже цари приходят сюда в этот день, чтобы ему поклониться. Поссевина, возможно, ввели в заблуждение московские переводчики, говоря, что этот святой умер двадцать лет назад; или, что кажется мне более вероятным, переводчик Поссевина их не понял, ибо очень легко можно принять восемнадцать за восемьдесят или восемьсот, или, наоборот, когда воспринимаешь их счет на слух.

Октябрь… 29. Смерть благочестивого Авраама, архимандрита Ростовского. Говорят, что это первый московский святой, который на Руси, еще блуждающей в язычестве, многих крестил и обучил [48].

Ноябрь… 30. Апостола Андрея. Этого святого русские чтят особо, как своего апостола. Говорят, что он был в Киеве, благословил эту страну и предсказал, что она будет христианской [49].

Декабрь… 6. Николая Мирликийского чудотворца. Это среди праздников святых самый славный, ибо он отмечается всем народом с огромным воодушевлением. Как мне рассказывали, москвитяне так почитали этого святого, что в старину говорили: если бы умер бог, то его преемником был бы только Николай или, наверное, их царь. Но эта шутка, вероятно, очень старая. Я, во всяком случае, не слышал ничего подобного. 7. Русские чтят Амбросия, Григория Великого, Иеронима, но не Августина, имя которого им ненавистно, так как он писал что-то, противное их церкви.

Январь. 6. Богоявление. Этот праздник самый славный в году. Торжественная процессия идет от кафедральной церкви к реке Москве, патриарх благословляет в сопровождении царя и всей знати, свиты Великого князя. В 1687 и 1688 гг., когда я участвовал в этой процессии, она проходила по следующему ритуалу: примерно в половине двенадцатого процессия начинала выход из кафедральной церкви. Впереди шли в своем одеянии церковные дьяконы, перед которыми несли два небольших знамени. За ними четыре дьякона несли огромный светильник со свечами, еще четыре - большой крест, за которым следовали главные попы. Из них одни несли тяжелые иконы в золоте и драгоценных каменьях, называемые диптихи или триптихи. Затем шествовали протопопы или деканы, потом несколько архимандритов, далее - епископы и митрополиты, все с непокрытой головой. Перед митрополитами несли их митры и жезлы. Дальше шел патриарх, человек небольшого роста, худощавый, преклонных лет, красуясь огромной седою бородой. Он нес тяжелый золотой крест, склоненный на подставке над красной подушечкой. Перед патриархом на огромном серебряном диске, усеянном жемчугом и драгоценными камнями, несли его митру и книгу Евангелие, тоже в роскошном оформлении. Митры митрополитов и патриархов почти подобны княжеским. Платье патриарха было белое, усыпано жемчугом, и почти такие же драгоценные одежды у остальных церковников. После патриарха шли вереницею чернецы, или монахи, и его прислуга, а на некотором расстоянии шествовала русская знать в блистательных одеждах, за ней следовал в сопровождении двух бояр пресветлейший Петр (пресветлейший царь Иван из-за болезни отсутствовал), в богатом белоснежном платье, в короне. За ним следовали длинным рядом первые бояре и князья, тоже в дорогих одеждах. В конце - единственные сани, все позолоченные, запряженные шестью белыми лошадьми, для просветлей шего (царя), если ему понадобится. А дальше - бесчисленное множество народа.

Когда дошли до реки, духовенство встало вокруг благословленного источника, пресветлейший царь взошел на свой трон, а патриарх - на свой. Бояре расположились между ними и вокруг царского трона. Тогда отдельные лица из духовенства, начиная от высших достоинств, по два стали выходить вперед, трижды низко кланялись пресветлейшему (царю), один раз - патриарху и возвращались на свое место. Потом патриарх, сложив руки крестом, благословил на все четыре стороны света и, взяв у архидьякона кадило, трижды окропил пресветлейшего (царя), который для этой церемонии опустился с непокрытой головой на вторую ступеньку трона. Затем окропил иконы, крест, кое-кого из духовенства, бояр, весь народ и источник, и потом еще раз пресветлейшего (царя), таким же образом, как раньше. Все это было для него, очевидно, очень утомительно. Взойдя после этого на трон, он снова, как раньше, благословил и роздал зажженные свечи, стоя на своем троне, - первую дал пресветлейшему (царю), который подошел за нею с непокрытой головой, и другим в порядке достоинства. Попы что-то пели, потом читали «чтения» из Книги мудрости, псалмов и посланий Павла, сам патриарх с непокрытой головой читал из Евангелия, а когда закончили чтение, книгу Евангелие поднесли пресветлейшему (царю), и тот, стоя с непокрытой головой на второй ступеньке, где он слышал чтение, поцеловал ее. Затем патриарх спустился к источнику и благословил [146] его по своему ритуалу. Патриарха провожали с непокрытой головой пресветлейший (царь) и бояре. Покончив с благословением, он внутри трона окропил пресветлейшего (царя), пожелал ему счастья и то же самое духовенству и боярам. В это время неподалеку от источника специально поставленные для этого люди вскрыли лед, уже заранее вырубленный, чтобы народ мог черпать воду. Между тем к нам был послан один из дьяконов, который от имени пресветлейшего (царя) пожелал счастья господину посланнику и мне и осведомился о здоровье. Наконец пошли обратно в том же порядке. На обратном пути переводчик подвел меня и господина польского посланника, чтобы мы. выразили почтение пресветлейшему (царю) и патриарху, что мы и сделали. Пресветлейший (царь) несколько раз оглянулся на нас с мягким выражением лица, и патриарх тоже оглянулся, но весьма кисло. В том же обратном шествии кто-то из митрополитов по дороге окроплял народ святою водой, и еще несли эту воду в трех золотых кувшинах, покрытых порфирой, для царя и царевен. В этой обратной процессии патриарх и митрополиты уже шествовали в митрах, держа в руках жезлы. По окончании церемонии нас подвели к самой реке, чтобы мы могли все рассмотреть вблизи. Все это празднество на реке продолжалось немногим более часа.

Для этого торжества за несколько дней дорога от кафедральной церкви до самой реки выкладывается жердями, и, чтобы не было скользко, посыпается песком, а края с обеих сторон укрепляются колышками. На самой реке такими же колышками обозначается квадратная площадка, в центре ее удаляется лед и вырубается источник, который покрывают деревянной, мастерски сделанной крышкой. К югу, на левом берегу, ставится трон, воздвигнутый наподобие шатра, довольно высокий, с окошками из московского стекла. Четыре его ступеньки покрыты пурпурной тканью. В нем сидит пресветлейший (царь). Справа, как бы по середине от места источника, трон патриарха, весь открытый, обтянутый дорогою белою тканью, приподнятый на две ступени. С северной стороны, напротив патриарха, за источником, оборудовано место для икон и креста, наподобие алтаря. Все это по окончании процессии убирается. Превосходно выглядели стрельцы, стоявшие в отличном порядке частично у дороги, частично по реке и на обоих берегах, все в блистательных одеждах, одни в красных, другие в белых, третьи в зеленых. Около двух часов пополудни заканчивалось все празднество, которое ежегодно в этот день устраивает патриарх в присутствии их величеств. Этот праздник, главный. У них нет, как у нас, пальбы из пушек или малых бомбард, и нет музыки, а только пение, и не участвуют в процессии ни школы, ни какие-нибудь ордена, а только церковники со своим главой и знать со своим. Большим украшением этому празднику могло бы служить чинопоследование, которое не соблюдается.

Таков как бы указатель святых русской церкви. Но они имеют еще много других святых, которых можно узнать как из «Прологов», так и из разных альманахов или ручных календарей отдельных церквей, или, если можно так сказать, епархий. Но те,.которых мы назвали, являются всеобщими для всей церкви, как у нас те, что предпосланы «Римскому Бревиарию». Следует заметить, однако, что они не могут показать никого из своих святых совершающим чудеса, нетленным или прославленным какой-нибудь другой небесной благодатью, который относился бы по времени после их отделения от римской. церкви и который не был бы связан с нашей святой церковью. И удивительно то, что за столь долгое время никто из патриархов не возвел кого-нибудь нового в лик святых. Это могло бы послужить им достаточным доказательством того, что истинная и подлинная святость убегает от них, и открыть им глаза, чтобы они увидели, от чего они отошли, и снова соединились бы узами любви и союзом согласия, какой имели когда-то, с единой святою римскою церковью, при которой остается истинная святость. Некоторые святые у них называются новыми, но они очень старые и жили задолго до времен отделения, а эпитет этот им дан ради уважения к святым, особенно к мученикам ранней церкви. А если и есть более поздние святые, - таких очень мало - то они не причислены к лику святых какой-нибудь официальной церемонией, а просто названы так в народной речи и обиходе. Им не оказывают никаких почестей, кроме того, что называют их святыми. Это они признают и соглашаются, что с тех давних времен среди русских не появилось ни одного истинного святого.