Несколько десятков местных жителей высыпали наверх и стоя у перил, встречали прибывших свистом и криками.
Мужчины, женщины, дети. . . Обычное племя. . . Только все загорелы до коричневости, а волосы выгорели до белизны. Мужчины в просторных шортах, а женщины в легких линялых сарафанах, значительно выше колен. Оружия ни у кого не видно.
– Есть тут какая-нибудь администрация? Полиция?
Тетка Мила захохотала.
– Есть Педро-капитан Помойки! Вот и вся полиция с администрацией! Вон тот-лохматый с тростью!
Педро, такой же загорелый жилистый мужик с немытыми лохмами до плеч картинно опирался на трость. На поясе в ножнах болтались ножи или кинжалы, штук пять или шесть.
– Чего он с тростью? Хромой?
– Из важности.
– Почему его все слушают?
– Он со своими корешами нашел корабль с провиантом и потому теперь в почете-хочешь кушать-неси чего нашел в обмен Педро. Ничего не нашел-иди рыбу ловить или крабов.
Ник еще раз внимательно присмотрелся к главному барыге атолла Помойка.
Контакт с ним надо найти. Ни к чему сложности здесь получать.
Гостей встретили с улыбками и очень дружелюбно. Помогли пришвартоваться к причалу. Ник представил свою команду и вручил капитану Педро две литровых бутылки виски, последние из немалого прежде запаса.
Педро улыбнулся во всю ширь, обнаружив недостачу части зубов на видном месте и крепко пожал руку Ника, а затем, внезапно, совершенно по-гусарски облобызал ручку Ризи. Шиллу и Диджи капитан Педро как будто даже и не заметил.
– Дорогой Ник! Прекрасная Ризи! Прошу в мое скромное жилище! Сегодня вечеринка!
– А. . . ?
– Ваши рабы пусть караулят судно. Поесть им принесут.
Педро обнял Ника за плечи и повел по шаткому, скрипучему причалу как давнего друга через много лет заехавшего в гости.
Двухэтажный зал круизного лайнера знавал и лучшие времена. От люстр остались только каркасы, зеркала выдрали из стен, а паркет и мебель, видимо пустили на дрова.
Местные обитатели разлеглись вокруг костра, огражденного обломками камней в центре зала. Дым от костра свободно уходил к закопченному потолку и вытягивался в разбитые окна верхнего яруса. В железных грубых кружках две девочки-подростка разносили какое-то простецкое пойло, вроде браги.
С краю очага над углями на решетке жарили мясо, нарезанное длинными узкими ломтями. Воняло дымом и подгоревшим жиром.
Капитан Педро попробовал подаренное виски и пришел в восхищение.
Ник сидел рядом с капитаном Педро, по правую руку. Потому ему первым после капитана поднесли на толстом мясистом листе здоровенный ломоть жареного мяса. Ели тут ножами и руками. Увидев, что гость озирается в недоумении, Педро, ухмыляясь, вручил ему один из своих кинжалов, сняв с пояса.
После пары тостов, когда брага довольно чувствительно двинула по башке, Ник ощутил щипок справа от любимой жены.
– Не пей больше эту гадость, милый.
– Все. . . завязал. . . железно. . .
Заметив, что гость перестал прикладываться к кружке, гостеприимный хозяин тут же предложил нюхнуть зеленого радостного порошка из коробочки похожей на портсигар.
– Наркота? Не нюхаю!
Педро осклабился, шлепнул по плечу.
– Радостный порошок! Это безопасно! Все здесь нюхают! Но не всем предлагают за так!