– Надо похоронить Стефана. Он был нам другом и жизнь отдал за нас. Просто выбросить вниз я его не могу. . .
Против этого никто не возражал.
Ник оставив у штурвала Шиллу, поднялся в корпус дирижабля , в свою каюту. Оставив дверь открытой/электрический тусклый свет его раздражал/ и неловко лег на матрас, застеленный одеялом левый бок.
Рана в плече ныла беспрестанно. То меньше, то больше. Но боль не исчезала ни на мгновенье. Правую руку приходилось носить на перевязи.
Ник услышал как застрекотали моторы. Дирижабль качнулся, становясь левым бортом к ветру. В каюте царил серый полумрак как в дальнем углу чердака.
«Примитивный мир! Обезболивающих средств нет, антибиотиков нет! Как я устал от этого дерьма! »
Послышались легкие шаги. На мгновенье заслонив тусклый свет, вошла Ризи.
Она грациозно села рядом и погладила Ника по голове, легонько, нежно, как ребенка.
– Болит?
– Есть немного. . .
– В городе я найду средства и сделаю тебе отвар, милый.
– У тебя золотые руки, милая.
Ризи вздохнула и опустила взгляд.
– Милый, что тебя связывает с Шиллой? Скажи мне сам чтобы я не строила догадок. Ты же меня никогда не обманывал. . .
– Я ушел из Крикса чтобы найти тебя, а на стыке гор и пустыни встретил ее. . .
Ник рассказал Ризи все, не утаив то что спал с «шоколадкой» в одной постели.
Она внимательно выслушала рассказ, только в конце всхлипнула, вытерла слезы пальчиком.
– Ты так много пережил . . . Из-за меня. . .
– Мы не виноваты, так получилось. Шилла мой друг и не более того. Ты моя единственная. . .
– Она смотрит на тебя совсем не подружески, милый. Она в тебя влюблена. Я женщина и я это сразу ощутила. Как ты полагаешь-сколько лет ей?
– Двадцать?
– Ей около тридцати, милый! Морщинки у глаз, морщины на шее, морщинки от носа к губам. . . Вы мужчины смотрите на грудь и на ноги, а лицо женщины вам не понятно, как книга на чужом языке. Шилла худенькая и стройная, потому кажется моложе. . .
Знаешь, когда она пришла ночью , я вначале испугалась, а потом мне стало даже спокойнее. Она рядом и я за нее как за стеной. Ночью, во сне она прижалась ко мне и обняла. . . Я проснулась от этого и долго не могла уснуть. Она и к тебе так приходила?
– Наверно, ты же знаешь, как я крепко сплю.
– Ей страшно оставаться одной ночью, Ник. Мне ее жаль. . .
– Мне тоже. . .
– Она сказала что ее казнят из-за нас. Это правда?
– Зачем ей врать? Если она не выполнила приказ ее на самом деле могут казнить. В любой армии приказ-важнее всего: жизни, чести, дружбы и даже важнее любви.
– Что может быть важнее любви и жизни? Это не правильно, Ник.
– Ты выросла в другом мире, у вас нет армий , уставов и приказов.